Измена. Не умирают от любви - Светлана Калинникова

— Люди и зимой учатся на машине ездить. Если есть желание улучшить навыки, есть у меня знакомый, который занимается обучением экстремальному вождению, но у него своя методика зимнего вождения. Рекомендую, — сказал Туринов.

— Спасибо. Вот как с поступлением все закончится, так сразу и на курсы экстремалов, — раздался смех Юры.

— А куда собираешься поступать, если не секрет?

— В Университет прокуратуры в Питере. Давно определился, и родители, то есть мама, довольны.

— Ну, то, что мама довольна, — это, конечно, хорошо. А сам-то хочешь?

— Да, — с некоторой долей сомнения сказал Юрка.

— По стопам родителей, в общем-то.

— В прокуратуре отец работал, это он потом в адвокаты подался. По другую сторону баррикад, я даже удивлялся всегда, — фыркнул мой сын.

— Рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше. Тут никого осуждать нельзя. Я, например, долгое время в экспертно-криминалистическом центре работал экспертом-автотехником, а потом стал работать на себя. Во-первых, работа стала более разнообразной, и во-вторых, появилась финансовая стабильность. Служба мне этого дать не могла. Так что можно начать с одного направления, а потом жизнь подскажет. Твои родители правы в том, что нужно получить хорошее образование, а жизнь остальное подскажет.

— А вы сразу с профессией определились?

—Ну да, сомнений не было. Может, где-то отец подсказал, он у меня в милиции работал.

— Мой немного подсказывал, сказал, что будет династия семьи Ахтырских, ну а теперь решил слиться.

— Всякое бывает, — отозвался Туринов. — А как мама пережила уход Вадима?

— Как стойкий оловянный солдатик. Даже плакала так, чтобы я, не дай Бог, не увидел. Она молодец! Только и твердит: «Мы справимся». Бабушка немного помогает и тоже плачет.

— Галина Николаевна?

— Да. Интересно, мама скоро встанет? Она вчера такая смешная была: расслабленная, чуть-чуть даже веселая. А почему вы ее привезли? Она вам позвонила? Или вы вместе отдыхали?

— Ее подруга Марина позвонила мне с ее телефона, я приехал, и она попросила ее отвезти домой. А я вручил ее сыну.

— Хм. Спасибо.

Юрка явно ломал голову над тем, что же связывает меня с Туриновым. Он уже взрослый и, конечно, понимал, что между двумя свободными людьми могут быть отношения. Возможно, его мучило любопытство, а может, и ревность. Но спросить он стеснялся. «Только этого мне не хватало!» — подумала я и, чтобы разрядить обстановку, зашла на кухню.

— Здравствуйте, мужчины! — произнесла я, стараясь придать голосу непринужденность. — А вы, Александр Евгеньевич, с утра к нам решили приехать?

Туринов даже глазом не моргнул. Он лишь коротко переглянулся с моим сыном и начал:

— Вчера я пообщался с вашим сыном, и он великодушно согласился, что я могу присоединиться к поздравлению с Международным женским днем. И вот мы с Юрием хотели...

Не успел он договорить, как Юрка прошмыгнул к кухонному шкафу и достал оттуда целое ведро ромашек. А из-под стола Туринов вытащил пять разноцветных шариков.

— Мама! С праздником! — радостно крикнул Юрка, его голос звенел от счастья. — Желаю тебе здоровья и счастья!

Туринов, стоявший рядом, не мог не улыбнуться.

— Спасибо, мой дорогой, — ответила я, обняв его и потрепав по голове. Он так послушно склонил голову, чтобы я могла дотянуться, что я вдруг осознала: вот она я, его мама, такая взрослая, и рядом с ним — такая крошечная.

Я приняла шарики от Туринова и получила от него порцию поздравлений:

— Желаю счастья во всех делах: и на работе, и в личной жизни, и как маме, и как женщине.

Все шло так чудесно и приятно, что мне сейчас совсем не хотелось заниматься готовкой.

— Придется вам немного подождать, — сказала я, намекая на то, что стол еще не накрыт.

— Ничего подобного, — возразил Туринов.

— Мама, нас приглашают на шашлык, — пояснил Юрка.

— Ну вы даете, ребята! Прямо как в фильме «Москва слезам не верит», — рассмеялась я.

— Мама, ну ты как скажешь... — поморщился Юрка.

— Сегодня такая прекрасная весенняя погода, — продолжил Туринов. — У меня на даче мы с Юрием можем пожарить шашлыки, а вы, дама, можете просто отдыхать и наслаждаться природой.

— Это замечательная идея! — с улыбкой ответила я. — Но ведь Юре нужно поздравить бабушек.

— Я уже позвонил обеим, — сказал сын, отвернувшись. — Этого достаточно.

— Но я же купила им подарки! — возразила я.

— Мам, — тихо произнес Юрка. — Бабушка Таня сегодня уехала на экскурсию, а бабушка Галя... в общем, мам, они все сегодня у Антоновых.

Меня словно обдало холодом. Семья Ахтырских поставила на нас с Юркой точку. Мы остались в прошлом.

— Ну и отлично! — улыбнулась я. — Почему бы нам тогда не отведать шашлыков?

[1] М. Беркович. «Ей имя – женщина»

ГЛАВА 28. Вот тебе и напасть.

Ну как, как всё прошло? - промурлыкала Марина в трубку, явно ожидая чего-то особенного.

— Да ничего особенного, если честно. Он нас с Юркой на дачу в Череночки свозил, шашлыками угостил, время провели.

— А гитара была? Он пел? - Марина явно по сценарию пошла.

Я вздохнула. Ну почему все так зациклены на этих клише из фильмов?

— Поёт он ужасно, Марина. И на гитаре он не играет. Вообще ни на каком инструменте Туринов не умеет.

Подруга обиделась, потому что ничем из того, что было на даче Туринова, я не хотела делиться. Когда Туринов нахально мне заявил, что ухаживает за мной, когда он почти две недели возил меня с работы и на работу, занимался ремонтом моей машины, когда он получил моё категоричное «нет», я спокойно рассказывала ей об этом. Но теперь всё менялось незримо и ожидаемо: время года, люди, окружавшие меня, ощущения и вкусы. Весна принесла мне ожидание свиданий с человеком, к которому я присматривалась, которому хотела доверять, надежду на очищение от отравы прошлых предательств. Я, получив свой «мильон терзаний», снова хотела счастья - женского, выстраданного, обещающего не звёзд с небес, а радость встреч и покой в крепких объятиях.

Туринов не спешил, не торопил меня.