Liebe. История одной любви - Лиза Вайн
— Что если ЭТО пройдёт? — спросила я его перед вылетом на Канары 29 декабря.
— Останется в наших воспоминаниях ярким фейерверком, — пожал он плечами и до мурашек по телу коснулся меня.
У меня приятно закружилась голова от одного его пристального взгляда в глаза…
— Я зациклен, заточен, зашпилен на тебе… Разве ты не видишь, не слышишь, не чувствуешь этого?
* * *
Бен увязался за нами. В наш первый совместный Новогодний отпуск… А всё потому, что в момент слабости я сама предложила Ханнесу эту бредовую идею!
— Бен хандрит, — обронил как-то за завтраком Ханнес — Одна его наметившаяся секс-афера кинула его в самый последний момент, поэтому он немного не в себе…
— Уж не Магда ли обломала его по всем канонам?
— Нет. Она типа серьёзно замутила с Гуннаром и переехала к нему…
— Очень рада за них, — на этих самых радостях я как дура ляпнула явно лишнего — Тогда давай возьмём его с нами?!
— Кого? Бена?
— Да.
— Ты уверена?
— Угу.
Глубоко в душе я мечтала наладить отношения с Беном — начать всё с нуля. Худощавый сухой парень с огромной головой и в очках был его единственной опорой во время их обмена в Бостоне. Там они, будучи старшеклассниками, провели интенсивно много времени вдвоём… Вставать между ними стало бы подлостью с моей стороны, поэтому я шла на любой контакт с Беном, в надежде, что когда-нибудь мы с ним также хорошо подружимся…
Тогда я и предположить не могла, что чуть позже эта моя инициатива выйдет мне боком на острове!
Бен ревновал Ханнеса ко мне во всём, хотя открыто и не показывал этого. Он всегда действовал исподтишка, часто во время коротких отлучек моего парня…
— Ты рассчитываешь остаться в Германии после учёбы?
— Пока не знаю…
— Не думаешь ли ты, что в Украине от тебя и твоей законченной учёбы больше будет пользы, чем в бедных странах Африки?
— Возможно… Но если каждый будет работать исключительно во благо только своей родной страны, то мир обеднеет в плане разных талантов…
— Ты — женщина, да ещё и белая. Тебя там никогда не воспримут всерьёз! Да и Йон никогда в жизни не переедет в Африку!
— А ты думаешь, я буду его заставлять?!
— Йон не для отношений на расстоянии…
При Ханнесе Бен делал вид, что тоже хотел бы подружиться со мной, узнать меня поближе. При этом он никогда не забывал язвительно поддеть меня в чём-либо. Его неизменной целью было выставить меня в глазах моего Йонни глупой, ничего не понимающей иностранкой.
Вопреки всей его неприязни ко мне, я старалась не конфликтовать с ним в открытую, так как прекрасно чувствовала, насколько Ханнес доверяет ему и во многих жизненных ситуациях полагается на него. Только на него!
Знала бы я тогда, во что мне лично выльется пребывание Бена в нашем первом совместном отпуске, то… Всё равно предложила бы ему полететь с нами!
34. Кармическая клизма
Амира
Бену посчастливилось урвать последний авиабилет в наш рейс. Весь четырёхчасовой полёт он развлекал Ханнеса разными разговорами-дискуссиями, не давая мне вставить и слова. В итоге, я забила на них, открыла свой ноут и начала строчить на родном языке.
— Что пишешь? — примкнул к моим волосам Ханнес и начал щекотать губами мой правый висок.
— Так, кое-какие наброски для моего дневника.
— Надеюсь, я там есть?
— Пару раз упомянула, — хохотнула от его защекотавших меня пальцев — Ханнес, прекрати! А то люди уже оборачиваются на нас!
— Ну и пусть. Пусть смотрят, как я ласкаю мою Девочку… Бейби, ты сводишь меня с ума!
Его утяжелившееся дыхание в ухо и безумный шёпот «Я хочу тебя прямо сейчас!» вызвали лёгкое покалывание в моей промежности.
Неужели он надеется…?!
— О да! — прочитал он мои мысли, поднялся и пошёл в хвост нашего грохотавшего А320.
Чёрт, почему он всегда выводит меня на экстрим?!
Адреналиновый наркоман!
Ноги сами понесли меня вслед за ним. Навстречу вышли обе стюардессы с тележкой. В нос ударил горячий аромат чего-то мясного. Мне удалось проскользнуть мимо них.
Обе двери кабинок оказались красными, а Ханнеса не оказалось за углом…
Куда он исчез?
Раздался громкий слив сзади, дверь напротив неожиданно полуоткрылась, и я юркнула к Любимому, прежде чем щёлкнул замок на другой стороне.
— Йон, здесь так тесно…
Ханнес без слов грубо развернул меня спиной к себе и растопырил мои ноги…
Брякнувшая пряжка его ремня, мгновенный спуск моих колготок вместе с бельём под шерстяной юбкой-клёш и прижатие его сильными руками моих локтей к стене над бочком — всё это внезапно возбудило.
«Как хорошо, что у моих сапог такой высокий каблук!», мелькнуло в мыслях, когда я вынужденно приподнялась на носочки и выгнула ему навстречу зад.
Его длинные складные ноги упёрлись коленными чашечками куда-то в бока.
Он резко, без трений и растягивания вошёл в меня…
Мы оба звучно выдохнули и на секунду замерли. Зависли, как в матрице. Матку скрутило от остроты ощущений и чувства наполненности. Захотелось сразу продолжить — быстро, жёстко и глубоко…
Ханнес стал забивать в меня свой гвоздь так, что я начала внутренне содрогаться уже через минуты две или три… За компанию с турбулентностью…
Я видела нас в левом зеркале. Это раскалило меня ещё больше… до вулканического взрыва. Боясь собственных оргазменных стонов, я бессознательно нащупала кнопку «Flush» (Flush — англ. — «смыть»)…
В тот же момент мы почти одновременно почувствовали облегчение!
Белые сгустки потекли гравитационно по внутренним сторонам моих бёдер. Ханнес поймал и вытер их салфетками… до соприкосновения с моим бельём…
Нашу дверь дёрнули. Мы снова нажали на Flush.
Мой парень намеренно громко откашлялся и помог мне привести себя в порядок. Насколько это было возможным в узком пространстве…
Боже мой, как мы выйдем? Что скажем и посмотрим ли в глаза выстроившихся в очередь пассажиров?
— Бэйби, — двумя пальцами приподнял мой подбородок и засосал в страстном голодном поцелуе, от которого мои коленки продолжили мелко дрожать, как желе.
Вскоре вся я превратилась в грязный пудинг. Какой-то неправильный. Но безумно горячий!
Как во сне, мы вылезли из кабинки, к нашему огромному облегчению, не обнаружив никого рядом.