Скажи альфе "Да!" - Ева Горская

Быть спутницей альфы - это не только честь, власть и другие блага. Это еще и понимание того, что в любой момент тебя ждет боль или смерть. Толманский хорошо помнил, как меньше десяти лет назад ему постоянно приходилось доказывать свое превосходство зубами и клыками. При мысли о том, что могла бы в тот момент испытать его пара, его душе становилось неуютно.

К тому времени, когда приехала скорая, они уже закончили. Кровь остановилась, дыхание выровнялось, но девушка не приходила в сознание.

Раны на его собственном теле, нанесенные Олегом и Олесей не затягивались и кровоточили.

После того, как они закончили с телом Олеси, Олег принялся вылизывать своего альфу. Виктор старался не думать о том, что чувствовал в тот момент.

Прошло несколько часов с тех пор, как они вернулись из больницы, построенной Толманским для оборотней. Ничего утешительного главный врач Васильева В.В. им не сообщила.

Раны самого Виктора обработали, они слегка затянулись, но не исчезли. А Олеся впала в кому и сколько проведет в ней времени девушка, было непонятно. Почему Толманский не последовал за ней Веронике Викторовне было непонятно, но пожилая женщина предположила, что все дело в том, что у альфы две пары.

Вообще, случай Толманского был из ряда вон выходящим. Никто из оборотней, выбравших свою пару, не смел до него признавать новую. Если самец или самка встречали истинную пару, находящуюся в паре, они еще могли бросить вызов по праву сильнейшего. Но чтобы это сделал оборотень, находящийся в паре? Та же Вероника Викторовна предположила, что так как процесс признания пары Толманским был не окончен, он смог сотворить немыслимое. В принципе, Виктор был склонен с ней согласиться. Только вот, что теперь с этим делать, не знал никто. Ведь с каждым днем ситуация становилась все бессмысленнее и запутаннее.

Но сам оборотень хотел лишь одного. Он хотел Ольгу. Желал вернуть беглянку и наказать ее. Мужчина уже отдал приказ и сейчас его люди усердно работали над поисками любимой женщины. Удалось найти ее запах в лесу и проследить до дороги. А дальше... дальше было непонятно, куда она двинулась. У Толманского было много связей и возможностей. Он собирался задействовать их все.

Виктор устало откинулся в кресле и потер шею. Там по всем традициям оборотней должна была находиться метка, поставленная Олесей.

- Что же ты натворила, любимая? - прошептал вслух альфа.

Но метки не было, что само по себе весьма удивительно. Вместо нее на шее находилась гнойная рана. Ее обработали медикаментозными средствами и слюной оборотней. Ни то, ни другое не помогло. Поэтому место укуса пришлось заклеить обычным пластырем, чтобы не попала грязь. Виктор лишь поморщился, когда неосторожно коснулся воспалённой кожи. Мужчина вспомнил приватный разговор, состоявшийся с главврачом перед тем, как они покинули больницу.

- Видимо, у вас отторжение, - задумчиво произнесла Васильева, внимательно осматривая своего недовольного пациента.

- Не понял?! - рявкнул Толманский.

- Я не берусь утверждать, вы же понимаете, альфа, это уникальный случай. Могу только предположить, - врач чуть склонила голову в знак уважения.

- Ну, - оборотень никогда не обладал особым терпением. Особенно в те моменты, когда его явно испытывали на прочность.

- Думаю, что ваша животная половина, повязанная с истинной парой, просто отказалась принять на себя новые обязательства.

- Интересно, - протянул Виктор. - А почему я остался жив и относительно хорошо себя чувствую, пока эта, - не мог мужчина называть бывшую жену по имени - противно было, - валяется в коме?

- Видимо, действие метки ослаблено из-за того, что есть другая метка, признанная звериной половиной, - размышляла Вероника Викторовна в слух.

- Я так понимаю, регенерация не работает по этой же причине?

- Боюсь, что так, Виктор Алексеевич, - главврач только развела руками.

- Надеюсь, вы сделаете все возможное, чтобы вытащить эту суку из комы, - сообщил Толманский, поднимаясь и направляясь к двери.

- Постойте, - окликнула его Васильева.

Виктор, уже открывший дверь, повернулся и бросил:

- О дополнительном финансировании можете не беспокоиться.

- Благодарю, альфа. Но я хотела вам сказать не это.

Оборотень заинтересованно наблюдал, как Вероника Викторовна метеором прошлась по кабинету, бросая в небольшой мешочек различные лекарства.

- Возьмите, - она всунула пакет в руки растерянному Толманскому. - Боюсь, что у вас теперь регенерация человека, если не хуже. Вам необходимо обрабатывать раны утром и вечером, чтобы не занести инфекцию. Потому что я боюсь представить, что будет в таком случае. Не простужайтесь. Не напрягайтесь. Старайтесь больше отдыхать и хорошо питайтесь. Попейте витаминов, - женщина вздохнула и перевела дух. - Также не советую пока перекидываться и применять силу альфы, боюсь, что это может только ухудшить ваше физическое состояние. Также я настаиваю на том, чтобы вы завтра с утра сдали анализы на пустой желудок.

Ошарашенный мужчина даже не заметил, как перед ним захлопнулась дверь кабинета.

И вот теперь он сидел в кабинете собственного особняка и размышлял. Только что ушедший бета обработал ему раны, пока делал отчет о проделанной работе.

Где искать сбежавшую пару пока было непонятно. Они договорились с Олегом о том, что через трое суток состоится внеплановый слет всех альф, находившихся под началом Толманского.

Две недели растянулись для Толманского в вечность. Ничего не менялось, казалось время как будто застыло. Каждое утро начиналось одинаково. Он просыпался и чувствовал себя уставшим и разбитым. Куча анализов, которые его все-таки заставила сдать Васильева не показали ничего, но убедили пожилую женщину лишь в том, что сейчас организм Толманского похож на организм обычного человека, ослабленного болезнью. Каждую ночь оборотень тяжело засыпал, его тело изнывало от неудовлетворенного желания. Казалось, мужчина желал Ольгу с каждым днем все сильнее. А душевная тяга и потребность просто видеть ее рядом росла с каждым часом. Виктор уже даже не задумывался о мести, мечтал лишь просто о возможности прижать любимую женщину к себе и вдохнуть столь необходимый ему родной запах.

Олесе лучше не становилось. Правда, хуже тоже. Она по-прежнему находилась в коме. Правда ее раны, в отличии от ран самого Виктора, успели затянуться.

Волк Толманского очень удачно впился в горло волчицы в том месте, где у