Развод. Последний танец с бывшим - Виолетта Весна

Так выглядел успех после удаления музыки и аплодисментов: совпавшие акты, деньги с известным назначением и отсутствие неожиданного счета.

— Пять месяцев плана остаются, — продолжил Всеволод. — Сокращение сервисов выполнено на восемьдесят тысяч из ста десяти. Остальное после окончания текущих договоров. Повышение на восемь процентов касается только новых продаж с января. Старые условия не трогаем.

— Годовые абонементы? — спросила я.

— Посещаемость выше расчетной. Это хорошо для исполнения и увеличивает текущую часовую нагрузку. Еженедельный отчет сохраняем.

Майя утвердила календарь и сообщила решения, которые приняла в пределах бюджета. Когда я предложила добавить вечернюю репетицию для новой группы, она отказала: зал уже был обещан по действующему расписанию.

— Подайте программу на декабрь, — сказала она. — Посчитаем отдельным решением.

Я не стала искать у Родиона поддержки. Он записал дату подачи своего мастер-класса в тот же список.

После финансов мы закрыли увольнение Тимура и Дианы. Все проведенные часы и компенсации по договорам были выплачены. Часть учеников перешла в их студию, двадцать три человека остались у нас, шестеро пока приостановили занятия.

— Публиковать сравнение цен не будем, — сказала Майя. — Люди сами выбирают.

— Согласна, — ответила я.

Рената прислала подтверждение удаления рабочих копий данных по соглашению и закрыла доступ к папке проверки. Сеть больше не участвовала в нашем плане. Ее предложение осталось разумным вариантом, от которого мы отказались, а не побежденным врагом.

Перед окончанием собрания пришло подтверждение регистрационных действий по долям. Александра переслала выписку: у меня шестьдесят процентов, у Родиона сорок. Залог на приобретенную часть отражался в документах, график продолжал действовать.

— Теперь временная формулировка закончилась, — сказала Майя. — Обновляю шаблоны решений и уведомляю контрагентов по списку.

Родион открыл проект своего преподавательского договора. В нем были часы, ставка, ответственность за конкретные постановочные проекты и порядок подачи новых программ. Ни одного пункта о заместительстве директора.

— Я хочу оставить доступ к техническому архиву, — сказал он. — Как руководителю проектов.

— К папкам утвержденных проектов и шаблонам, — ответила Майя. — К договорам подрядчиков доступ по запросу на конкретный проект. Полный архив у директора.

— Подходит.

Я подписала согласование как художественный руководитель, Майя — сам договор от компании. Мои шестьдесят процентов не требовали подписи на трудовом документе Родиона, но программа его мастер-классов относилась к моей зоне. Роли пересекались только там, где это было записано.

Майя закончила собрание в два часа.

— Следующая встреча собственников в пятницу, — сказала она. — Родион Сергеевич, вопросы по преподавательскому договору отдельно, не через доступ участника.

— Понял.

— Евгения Андреевна, художественный бюджет до среды.

— Пришлю.

Мы уже собирались расходиться, когда Лариса прислала предложение использовать внимание после юбилейного вечера. За неделю на страницу центра пришло больше новых людей, чем за весь сентябрь. Она подготовила акцию: полугодовой абонемент со скидкой пятнадцать процентов при оплате до конца ноября.

— Это даст деньги на два ближайших месяца, — сказала я, просмотрев расчет.

Всеволод не закрыл связь.

— И обязательства до весны, — напомнил он.

— Не год. Полгода.

— Принцип тот же. Размер меньше.

Лариса подключилась к разговору. Она показала прогноз: после роликов и отзывов можно было продать от двадцати до тридцати абонементов. Деньги закрывали значительную часть пятимесячного разрыва и позволяли вернуть часть сокращенной рекламы.

— Срок внимания короткий, — объяснила она. — Если ждать января, люди уйдут в другие школы. Нам нужен понятный продукт, а месячный абонемент не воспринимается как специальное предложение.

Я смотрела на цифры и чувствовала знакомую уверенность. В июле я рассуждала так же: люди готовы заплатить, группы будут работать, деньги спасут нужное сейчас. Разница казалась очевидной — теперь все знали об акции. Но публичность решения не делала будущую нагрузку оплаченной дважды.

— Какой резерв потребуется? — спросила Майя.

Всеволод пересчитал модель.

— При скидке и текущих ставках минимум сорок процентов оплаты нельзя использовать на старые расходы. Иначе в январе снова получим разрыв. При посещаемости выше средней — больше.

— Тогда акция даст свободными только шестьдесят процентов, — сказала Лариса. — Этого все равно достаточно для продвижения.

— А залы? — спросил Родион. — После субаренды утро занято. Вечерняя загрузка почти полная.

Майя открыла расписание. Новых людей можно было разместить в двух группах, если набор распределится равномерно. Если большая часть выберет популярное время, придется нанимать преподавателя и открывать дополнительный класс.

— Нельзя продавать общий полугодовой абонемент без ограничения по группам, — сказала она. — Иначе обещаем выбор, которого нет.

— Сделаем отдельные продукты по направлениям, — предложила Лариса.

— Тогда это уже не простая акция и прогноз продаж меняется.

Мы решили не отвечать сразу. Майя назначила короткую встречу через час и потребовала три расчета: месячный вводный курс, трехмесячный абонемент и полугодовой с полным резервом. Лариса ушла переделывать предложение. Всеволод выгрузил нагрузку по залам. Я осталась с мыслью, что могла одним согласием получить деньги, которых нам не хватало.

Родион собирал