Выжить и Заработать - Кирилл Геннадьевич Теслёнок
Кепка-хтонь двинулся к двери, но я жестом остановил его. Все ещё надеялся уладить ситуацию словами.
— Кроме того, — я постучал пальцем по стеклу. — Во-первых, стекло армированное, будете об него до пенсии стучать. Во-вторых, камеры пишут. В-третьих, полицию я вызову раньше, чем вы первый винтик найдете.
— Да срать на твою полицию! — влез второй, тощий, с бегающими глазками. — Пока мусора доедут, мы…
Договорить он не успел. Небо над Веретейским тупиком коротко громыхнуло, и дождь зарядил снова. Сразу, без разгона, стеной. По козырьку загрохотало, гопники за секунду промокли до кожанок.
— Э! — цепь утер лицо ладонью, злобно зыркнул на меня сквозь стекло. — Ладно, кассир. Понял ты, да? Мы вернемся. Скоро. И за лярву спросим, и за базар твой кучерявый.
Троица развернулась и порысила в туман, ссутулившись под ливнем. Тощий на прощание хотел пнуть в сторону ларька банку, лежащую в луже. Нога пролетела рядом с банкой, не зацепив ее. Тощий не удержал равновесие и под ржач дружков шлепнулся прямо в лужу.
Лужа не пострадала. Почти.
Я смотрел им вслед, пока силуэты не растворились за гаражами.
— Ушли? — пискнула девушка из угла.
— Ушли. Но обещали вернуться, а такие обычно держат слово. Единственное, которое умеют.
Её взгляд упал на мой импровизированный оборонительный рубеж у кассы.
— А… — её голос предательски дрогнул. — Извините… А зачем вам у кассы мешок каменной соли? И… пульверизатор с чем-то вонючим? Вы что, маньяк?
Я даже не отвернулся от бронестекла, продолжая сверлить взглядом троицу на улице.
— Гололёд, — невозмутимо, с каменным лицом сервисника отрапортовал я. — А в пульверизаторе отрава от клопов. В нашем районе очень, очень крупные клопы.
Судя по хриплому вздоху Марины, ответ про гигантских клопов её вообще не успокоил.
Из-под прилавка, из-под полотенца, глухо булькнуло:
— БЗЗЗ. РОБОТ ЗАФИКСИРОВАЛ. ТРЕХ ЧЕПУШИЛ. БЗЗЗ.
Мужик на коробке важно кивнул:
— Хорошая. Прошивка. ИИ.
Дождь молотил по козырьку. Я посмотрел на девушку, которая явно не собиралась объяснять, кто за ней гнался на самом деле. Эти гопники или же…
Я прижался лбом к холодной стали двери и выдохнул.
Странное дело. Страха не было. Вместо него внутри поднималась горячая, тяжёлая злость. Собственническая, как у мужика, которому поцарапали ключом капот.
Это МОЯ касса, МОЙ товар и МОЙ кот. Я тут от древних теней шваброй отмахиваюсь, с отрубленной головой в банке торговые споры веду, туман за окном на меня облизывается каждую ночь. И теперь три чепушилы с района будут мне рассказывать, как они раскатают ларёк по винтикам?
Да этот ларёк оплачен моей кровью, хлоркой и хроническим недосыпом. По рыночному курсу это дороже любой ипотеки.
Я крутанул ручку-мультитул в пальцах, как барабанщик палочку. Режим «испуганный курьер» отключён за ненадобностью. Загружаем режим «старший смены». Со всеми полномочиями.
— БЗЗЗ, — глухо донеслось из-под прилавка. — РОБОТ ОДОБРЯЕТ. БОЕВОЙ НАСТРОЙ. БЗЗЗ.
— Помолчи, аниматроник, — процедил я. — У тебя зарядка садится.
Я повернулся к девушке. Она сидела на коробке с минералкой и чесала Котю за ухом. Рыжий предатель урчал, как трактор, и подставлял пузо.
Ноль бдительности у заместителя по безопасности, вот вообще ноль. Хоть бы для вида тыгыдыкнул на нее разок.
— Так, — я постучал черенком швабры по полу, как судья молотком. — Хватит отвлекать нашего Зама по безопасности. Имя?
— Марина, — она подняла глаза.
— Отлично, Марина. Теперь выкладывай всё. Кошелька у тебя нет, это я вижу, в таких джинсах кошелёк не влезет, там телефон-то с боем помещается. Значит, гнали тебя не за кражу. А за что тогда? И сразу предупреждаю: у меня прайс на враньё простой. Одна сказка — и вылет на улицу, к тем троим. Они там как раз скучают.
Жестко, но честно. Мне в чужие проблемы лезть не улыбается.
Марина сглотнула и перестала гладить кота. Мой пушистый Зам недовольно мяукнул: услугу прервали без предупреждения.
— Я через гаражи срезала. От остановки. Там короче на десять минут, все ходят… — она обхватила себя руками. — И увидела их. Эти трое стояли у синего контейнера, а с ними мужик какой-то. Стрёмный, в чёрной куртке. Они ему собаку передавали.
— Собаку, — повторил я.
— Живую. Связанную скотчем. Она скулила так… — Марина поморщилась, будто звук до сих пор стоял в ушах. — Жалобно… Мужик её взял под мышку, как сумку, сунул им деньги и пошёл к промзоне.
— А ты?
— А я дура, — честно призналась Марина. — Я им крикнула, что всё сняла на телефон. Что это жестокое обращение с животными, статья, и я сейчас всё выложу. Хотя ничего я не снимала, у меня руки тряслись.
— И они побежали за тобой, а орали про кошелёк, чтобы прохожие думали, что ловят воровку, — закончил я. — Классика. Дёшево, но работает.
Я побарабанил пальцами по прилавку. Связанная собака плюс стрёмный покупатель. Да ещё и в нашей промзоне. Пазл складывался в картинку, которая мне сильно не нравилась.
Обычным живодёрам собак в промзону не носят. Да и они вообще не платят.
— Ладно, — кивнул я. — Версия принята. Но у нас тут строгий пропускной режим, так что не дёргайся.
Я снял с крючка проводной сканер штрих-кодов. Тяжёлый, с потёртой рукояткой, обычный магазинный сканер. Ну, почти обычный.
— Э-э… — Марина уставилась на меня. — Ты чего делаешь?
— Инвентаризацию, — я навёл сканер ей на лоб и нажал курок.
Пискнуло. На зелёном экране терминала выползли буквы:
[ОБЪЕКТ: ЧЕЛОВЕК. СТАНДАРТ. АНОМАЛЬНЫЙ ФОН: ОТСУТСТВУЕТ. ТОРГОВАЯ ЦЕННОСТЬ: НИЗКАЯ.]
— Не обижайся насчёт ценности, — хмыкнул я. — Это он всех так. Я вообще у него иду как «расходный персонал».
— Вы тут все ненормальные, да? — тихо спросила Марина. — И этот твой робот под прилавком, и кот с должностью, и ты со своим пикающим…
— Мы тут все при исполнении, — поправил я и развернулся к углу.
Мужик в кепке сидел на своей коробке ровно, как манекен в отделе спецодежды. Смотрел в стену. Стена, надо признать, отвечала ему взаимностью.
— Гражданин, подойдите. Плановая проверка.
— Проверка, — согласился мужик. Он послушно встал и подошёл. — Полезно. Для здоровья.
Я навёл сканер и нажал курок. Пискнуло.
[ОБЪЕКТ: ЧЕЛОВЕК. СТАНДАРТ. АНОМАЛЬНЫЙ ФОН: ОТСУТСТВУЕТ.]
Я моргнул и перечитал. Отвёл сканер,