Прихоть - Асти Брамс

Мой взгляд заставил его вернуть бокал на стол. И от греха подальше вырубить эту чертову сахарную гостеприимность.

– Я не люблю, когда меня заставляют нервничать, Захар. Сроки вышли. Мне нужны ответы.

– Да, конечно, я понимаю… – отозвался он, вновь взявшись за бутылку и зачем-то наполнив второй бокал. – Но, Кирилл, я же рассказывал – есть проблемы, которые жестко тормозят процесс! Кто мог знать, что этот гребаный мясокомбинат – такой геморройный объект?..

Я поджал губы. Этот объект был не просто гемором, а могилой вложенных в него бабок: грунтовые воды, размывающие фундамент, километры изношенных канализационных труб, которые надо менять целиком, и как гвоздь в крышку гроба – статус объекта культурного наследия, который внезапно всплыл и запрещал менять фасады. И так, грандиозный план-проект Игнатова превратить заброшенный заводской комплекс под городом в элитный лофт-квартал, стремительно и эффектно превращался в убыточное дерьмо.

– Ты должен был знать об этом ещё до того, как решил связаться с инвесторами моего уровня, – низким голосом отчеканил я, медленно снимая кожаные перчатки. – Исключить все риски или продумать стратегию решения. Отец тебя этому не учил?

Захар отвел хмурый взгляд, сделал неловкое движение рукой и залпом выпил содержимое стакана. Да, его триггерила эта тема. Вечный сыночек, играющий в большого бизнесмена.

– Я облажался, Кирилл, и не отрицаю, – выдавил он, наливая новую порцию напряженной рукой. – Но мне… черт, мне лишь нужно больше времени! Полгода… Может, восемь месяцев и все будет решено!

– Нет, – звук моего голоса перерезал воздух, как лезвие. – Этого ресурса я тебе больше не дам. Сотрудничество с тобой уже обошлось мне слишком дорого. Ты потратил не только моё время и вложения, но и репутацию перед спонсорами, которых я привёл! А это никакими связями не восполнишь.

Подняв руку, я глянул на часы и решил, что достаточно. Итог встречи был предельно ясен. Игнатову нечем было удивить меня.

– Завтра к тебе придут мои адвокаты. Свяжись с отцом, если не хочешь потерять больше того, что имеешь! – хладнокровно объявил я. – И надеюсь, ты понимаешь, что с этого момента ни один серьёзный инвестор не рискнет с тобой иметь какие-либо дела.

В светлых глазах хозяина кабинета вспыхнула неприкрытая, животная паника. Захар увидел крах. Не проекта – а своей тщательно сконструированной иллюзии значимости.

– Подожди, Кирилл… Постой! – Он бросился ко мне, почти споткнувшись о ковёр. – Ты ведь даже не дал мне толком объяснить!.. Все будет улажено, я тебе обещаю! Твою мать… Не топи меня вот так. Не кидай за борт! Я согласен на любые условия, дай мне только решить проблему!

В его голосе слышалась глупая надежда, которую пришлось разом разрушить.

– Дам тебе бесплатный совет. Сэкономь свое время и сожги презентацию проекта, – спокойно изрек я, поворачиваясь к выходу. – Он – мёртвый, убыточный груз, Захар. Как и твои амбиции.

– Любые условия, Кирилл! – крикнул он мне в спину, и в этой фразе уже не было просьбы, а слышалась мольба утопающего. – Что угодно! Скажи?!

Я остановился. Не оборачиваясь, взял паузу, чтобы взвесить внезапную мысль, которая пулей влетела в голову, пробуждая искушение.

– Любые? – переспросил, вкладывая в слово ледяное любопытство.

Игнатов подтвердил свои намерения кивком. Глаза выдали: он уже мысленно отдавал долю в отцовском бизнесе, свои яхты, может, даже этот дурацкий дом.

– Хорошо, – произнёс я тихо, делая шаг к нему. – Поскольку ты не можешь предложить мне ничего ценного в деловой сфере… есть иной вариант, который меня удовлетворит.

– Какой? – Захар сразу учуял подвох, но не смел возражать.

– Твоя жена.

Воздух в кабинете ощутимо сгустился. Игнатов замер, на его лице заиграли желваки, а взгляд отразил замешательство.

– В смысле?.. – выдавил он наконец. – Зачем?

– Глупый вопрос, Захар. Тебе должно быть очевидно, зачем мужчине может понадобиться женщина. Но если необходим прямой ответ: я хочу ее трахнуть.

Уголки его губ дернулись. На лице промелькнуло подобие надежды – он решил, что это чёрная, больная шутка. Но, мой взгляд – абсолютно ровный, лишённый и тени игры, – заставил Захара понять. Всё.

Уронив глаза, он попятился к столу. Схватился за стакан, который изначально предназначался для меня, и осушил его одним махом, будто пытался потушить шквал нахлынувших эмоций.

– Это… слишком.

– Значит, ты отказываешься? – холодно потребовал я ответ.

– Нет, я… Я просто не знаю, как выполнить это условие! – начал оправдываться Игнатов, уставившись на меня пьяными глазами. – Кирилл, это же моя жена!

Прозвучало настолько неуверенно, что внутри скрежетнуло мерзкое чувство. Жалкий, убогий червяк. Как она могла связаться с таким ничтожеством?! Сколько он ей заплатил?

– Я выставил условие. Ты либо его принимаешь, либо нет.

Мой жесткий вердикт заставил Захара соображать быстрее.

– Погоди… Даже если я… Блин, даже если бы я был готов – о-она не согласится! Пойми! Мия не пойдет на это…

Сдвинувшись с места, я неспеша сократил между нами расстояние до нуля. Игнатов чуть отпрянул, будто ожидал от меня всего, чего угодно. Даже удара.

– Меня не волнует, как ты будешь выполнять мое условие, – сказал я низким голосом, наклоняясь так, чтобы каждое слово легло прямо в его сознание, как гвоздь. – Уговори. Прикажи. Купи. Как ты обычно и делаешь. У тебя есть двадцать минут. Жду внизу!

Я развернулся и вышел из кабинета, оставив Игнатова в удушливом вакууме, который возник после сказанных слов. Дверь закрылась за мной с глухим, окончательным стуком. Последнее, что услышал, был сдавленный, нечленораздельный звук – не то хрип, не то сломленный стон, который тут же был поглощен тишиной коридора.

Бой сердца, работающего как отлаженный механизм, стал мощнее, глубже, и с каждым ударом по моим жилам начал растекаться адреналин, подпитывая концентрированное, почти ликующее предвкушение. Я не торопился спускаться. Замедлился в нескольких шагах от кабинета, а мой взгляд, будто ведомый, устремился в темноту левого