Против ветра - Анна Джейн

– Как думаешь, это нормально, если милая маленькая девочка влюбляется во взрослого большого мальчика? – невпопад предположила Юля, картинно задрав голову к потолку. – Мальчик умен и расчетлив. А девочка глупа и доверчива. Мальчик может обнадежить девочку, и девочка станет страдать.

– А кто тебе сказал, что девочка влюбляется в мальчика? – волком глянул на нее Александр. – Юля – тебя ведь так зовут? – давай без намеков. Есть что сказать, так и говори, но не устраивай сцен.

– Без намеков и говорю, – отозвалась лениво Крестова. – Не обижай свою новую «невесту», не втягивай ее ни в какие дела. Справили подставную свадьбу – отлично. Больше не играй с ней. Серьезно.

– Я не играю с твоей сестрой. И это более чем серьезно.

Наверное, именно в этот момент Дионов понял, что как раз таки играет. Он вспомнил, как вчера сестренка решила украдкой сфотографировать его и промахнулась, забыв про вспышку. Вспомнил, как она смотрела на него, когда Саша потащил ее вон из клуба. Вспомнил, как она целовала его в ответ – не как маленькая девочка, а как взрослая и очень притягательная женщина.

Во взаимоотношениях с противоположным полом Александр был прост – либо он завоевывает понравившуюся девушку, либо девушка завоевывает его, а он благосклонно позволяет. В первом случае отношения будут серьезными и долгими – а такие у него были лишь с Никой и с его первой любовью, во втором – очень яркими, приятными, но короткими. Таких у него было множество.

С Мартой все было вроде понятно: он не завоевывал ее, она не оказывала знаков внимания ему. Они – параллельные прямые. Но если подумать, рядом с ней комфортно. Она действовала на него успокаивающе. С ней ему хочется быть собой – шутить, дерзить, вести себя как мальчишка, у которого проколото одно ухо, костяшки разбиты после драки, а за спиной – гитара.

Эта мысль позабавила Дионова. И он провел четкую аналогию между Никой семнадцати-восемнадцати лет и ее кузиной. Когда он влюбился в Нику в далеком прошлом, ему тоже хотелось рядом с ней вести себя беззаботно, шутить и смеяться, доставать ее глупыми шуточками, как сейчас Марту.

Вполне возможно, что малышка себе что-то напридумывала. Чувствует что-то к нему. Вернее, думает, что чувствует. Потому что молодая еще, глупая. Не знает, кто ей нужен. А ей нужен такой, с которым Саша видел ее в аэропорту, – творческий тип, знающий о бизнесе и разборках лишь из кино и книжек.

– Загрузился? – усмехнулась Крестова, угадав его состояние.

Они оба были чем-то похожи, а потому Юля более-менее понимала этого человека и его мотивы.

Саша же глянул на нее как на разговаривающую салфетку – с долей превосходства, но с недоумением: и чего она пищит не останавливаясь?

– Будь скромнее, Юля. Не все любят девочек с характером.

– Они их просто боятся.

Дальнейший их разговор прервался – в комнате, шурша юбками, появилась Марта. Ей сделали высокую изящную прическу и макияж – естественно-неброский, который подчеркивал ее молодость.

Александр оценил свою вторую «невесту» на девять с половиной баллов из десяти. Он даже и не думал, что она может быть такой. Такой… притягательной. Дионов даже голову склонил набок, разглядывая сестренку, а та немного засмущалась, а потом, по настойчивым просьбам ее смеющейся подруги, несколько раз покрутилась.

Уже в машине, когда Карлова села в «Хаммер», Александр, к своему недоумению, понял, что девчонка что-то чувствует к нему. Как назло, вспомнился осенний неприятный эпизод, когда Марта стала невольной свидетельницей перестрелки с его участием. Тогда она жутко рассердила его. Вместо того чтобы лежать на асфальте или прятаться в каком-нибудь укрытии, как все нормальные люди, она побежала к нему. Она хотела узнать, не ранен ли он? Смешная. Боялась за него? Лучше бы за себя испугалась. Не только смешная, но еще и очень, очень глупая.

И то, что малышка согласилась на его аферу с подставной невестой, доказывает ее глупость. Хотя ему, Дионову, от ее глупости намного легче живется.

Именно с такими мыслями Саша встречал гостей – в том числе и тех, кто использовал его бракосочетание как предлог для сходки. Макс, конечно, уже звонил, интересовался, как и что проходит. Как понял Александр, его дела были не очень хороши – у прокуратуры появились доказательства участия Макса в противозаконных сделках и тому реально грозило тюремное заключение. И не только ему, но и куче «пристанских» пацанов. Да и у Даниила Юрьевича Смерчинского, у внука которого тоже вскоре свадьба, все было далеко не идеально. Дионов понимал, что Смерчинский наверняка отмажется, но множество неприятных дней ему обеспечено. А все благодаря архиву Андрея Марта, который попал в руки органов правопорядка. Скорее всего, его передал Никки. Забавно – ведь урод Кларский был у него почти в руках. Был – но вместе с Никой, которая, как выяснилось, давным-давно его любит.

Только из-за нее Александр отпустил Никки. С одной стороны, его мучило чувство долга перед иерархией «пристанских», куда он отчасти входил, с другой – Дионов ревновал и злился на бывшую невесту. Однако сейчас, если честно, эти чувства перекрывали другие.

А Марта, пока ее лжежених встречал гостей, в ошалелом недоумении стояла в каюте напротив зеркала. Будучи подростком, она часто представляла себе свою свадьбу, но реальность превзошла ожидания. Платье, место свадьбы, жених – все это было таким чудесным, что от восторга земля уходила из-под ног. Но одна мысль отравляла радость.

Все это ненастоящее.

Это подделка.

Фальшивка.

Не свадьба, а лишь ее имитация.

Марта старалась наслаждаться моментом и не думать о том, что она – всего-навсего замена Ники, но выбросить эту противную мысль из головы не могла.

– Гости собрались, и уже на местах. Через три минуты мы отплываем. Через десять минут начнется церемония, – вежливо предупредила Марту одна из организаторов свадьбы. У нее была рация, чтобы связываться с коллегами и капитаном судна, а также охраной.

Карлова кивнула. Надя тоже.

Подруга только что вернулась – встречала Олега. Тот приехал в строгом костюме и с подарком – большой коробкой в красно-белой упаковке.

– Безумно ждал нашей встречи, – прошептал он в волосы Нади, обнимая ее одной рукой.

– И я рада тебя видеть, – прошептала она.

Отчего-то она чувствовала родство между собой и этим высоким худощавым молодым человеком. Надежда мало кому разрешала обнимать себя после нескольких свиданий, не то что на следующий день после знакомства.

– Я должна идти, – грустно сказала Надя, глядя в прозрачно-голубые глаза Олега. – Я же свидетельница, – гордо добавила она и подняла руку с цветочным браслетом.

– Конечно, иди, крошка. Не забудь найти меня. И не затми невесту, – напутствовал Олег и, поймав ее руку, поцеловал кончики пальцев.

Надя кивнула и, оглядываясь, пошла обратно.

– Что, нашла дружка? – ехидно поинтересовался грубый голос