Сила воинского огня - Максим Владимирович Бахарев

Замолчит генератор,

Закончилась солярка,

В блиндаже погаснет свет.

Я зажгу керосинку,

Закурю сигарету,

Посижу пять минут в тишине.

И память включит старое кино,

Мы гуляем в парке, а там же на лавке

Мужики играют в домино,

И ругаются громко,

Попивая три семёрки,

Боже, как всё это было давно.

Затоскую по тебе сильно,

Как святой по Богу на молитве,

Обернусь в шинель потуже,

Думы мои фронтовые вьюжат.

Догорит окурок,

И на палец,

Желтизна останется ожога.

Вынырну обратно

Из раздумий,

Словно космонавт вернулся из полёта.

Но не сразу растворится,

В памяти картинка,

Словно эхом на щеке,

Останется морщинка,

Затоскую по тебе сильно,

Как креститель по своей пустыне,

Закидаю дров в буржуйку туже,

Думы мои фронтовые вьюжат.

Вернусь с войны домой живой,

На гвоздь повешу берцы,

Закину в шкаф камуфляж,

Надену кроссы, футболку, джинсы,

Поеду в центр на метро,

По Москве побродить, погулять.

Шагают ноги по асфальту,

Непривычно, но хорошо.

На Красной площади брусчатка,

Не сапоги, а кроссовки, эх, хорошо.

Вернусь к тебе,

Моя подруга,

И расскажу, как служба шла.

Пойдём в кино,

Места – галёрка,

А губы – сладкое вино.

Шагают ноги по асфальту,

И ты со мной, эх, хорошо.

На Красной площади брусчатка,

И каблучки стучат хорошо.

Вот такая жизнь,

Ты не спишь.

Я сижу, курю и дремлю.

Ну, кто сказал, вообще, чёрт побери,

что за правила здесь на этой войне.

Ты готовишь омлет,

Много лет,

Я тушёнку ем каждый день.

Ну повторите еще мне, чёрт возьми,

какие законы работают на этой войне.

Я помню грязные дороги,

Дождь, подбитый танк в лучах восхода,

Обрывки фраз, тяжёлый мат и стоны,

Скажите мне, отцы родные, всё это здесь за что нам?

Ты снова не спишь,

Начала курить,

Я почти не ем, только хочется пить,

Мне кто-то сказал, что война, мать её,

такая большая онлайн-игра.

Ты не смотришь ТВ,

Не читаешь инет,

Я застрял где-то в календаре,

Мы сидим на цепи, голодные псы,

Сука, ответьте мне, что за принципы у этой войны?

Я помню

Сильные морозы,

Сбитый вертолёт Ми–8,

И только окурок в замерзших руках спасал от безумия нас.

Оборвана связь… и ругань,

Тяжёлый мат и стоны,

Пацаны латают дыры от ран и форму,

Так ответьте внятно мне, о мои боги,

Скажите: зачем мы здесь, и кто мы?

Здесь на рубеже,

На линии огня,

Где просит у неба

Прощения земля.

Я испрошу,

Не за себя,

А за свою семью,

Сохрани умоляю я.

Без бед и без болезней,

Вирусов и эпидемий,

Без ракетных ударов и обстрелов,

Без действий боевых военных.

Мирного неба подай,

Ангелам завещай,

Духом святым укрыть,

Всех моих родных.

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Здесь на войне,

Торг на высоте,

Жизнь и смерть,

Покупают лотерейный билет.

Я испрошу,

Моя судьба,

Деву Богородицу,

Христа, Аллилуйя.

Без бед и без болезней,

Вирусов и эпидемий,

Без ракетных ударов и обстрелов,

Без действий боевых военных.

Мирного неба подай,

Ангелам завещай,

Духом святым укрыть,

Всех моих родных.

Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь.

Трассер вспышкой разрежет тьму.

Звонко врежет по блиндажу.

Я пригнусь, машинально в ствол досылая патрон.

По тревоге поднимется взвод.

И позиции к бою займёт.

Свой рубеж ни за что не отдаст врагу батальон.

Взрыв фугаса, миномётный залп

Напугать не сможет нас.

Мы давно уж привыкли к обстрелам врага.

В час, когда утихнет бой,

Мы закурим папироску с братвой.

И в минутную слабость о доме заплачет душа.

После боя вернёмся в блиндаж.

Кроме тех, кто остался в полях.

Тем, кому в цинке двухсотым лежать навсегда.

Мы вернёмся обратно домой,

И всегда за любимым столом,

Третий тост мы поднимем за тех, кому пухом стала земля.

В печку подкину дрова.

На минуту прикрою глаза,

И увижу тебя, будто рядом со мной ты сейчас.

Прикоснусь к твоим волосам,

Припаду губами к губам.

И прошу этот призрачный сон – не оставь сегодня меня.

Заступаю на пост.

Циферблат часов покажет четыре нуля.

Мне охранять заданный квадрат, стоять

Полных два часа.

На дворе зима, не вышла