Голоса Серебряной страны. Краткая история Аргентины - Эсекьель Адамовски

Ознакомительная версия. Доступно 23 из 116 стр. в других областях, также закрылись. Несвоевременное вмешательство короля вызвало значительное недовольство и несколько актов сопротивления в регионе Гуарани, в Кордове и Буэнос-Айресе. Несмотря на это, общины, организованные иезуитами, вскоре распустили. Население деревень резко сократилось. Сельские жители были вынуждены работать скотоводами или податься в город. Земли и животные, находящиеся под их контролем, перешли в руки частных лиц.

В соответствии с той же логикой централизации корона постановила, что с этого момента все назначаемые должностные лица должны быть испанцами, а те, кто родился в Америке (теперь власть потерявшие), должны занимать только второстепенные должности. Местные элиты восприняли это как попытку подорвать их господство. В рамках новой колониальной структуры кабильдо Буэнос-Айреса имел меньше власти. Элиты в Буэнос-Айресе все еще формировали альянсы с новыми должностными лицами либо через общие деловые предприятия, либо выдавая за них замуж своих дочерей. Таким образом, они смогли смягчить потерю власти, которую влекли за собой эти реформы. Но у элит других городов такой возможности не было.

Те, кто находился ниже элит в социальной иерархии и родился в Америке, также чувствовали, что их вытеснили испанцы: они занимали привилегированные позиции в ремесленных промыслах и мелкой торговле в Буэнос-Айресе и других регионах. Реформы Бурбонов также реорганизовали налоговую систему, внеся несколько нежелательных изменений, таких как увеличение налога на табак. Испанцы, или готы, как их уничижительно называли[44], в те годы заслужили себе антипатию американского населения.

Примерно в то же время по инициативе местных элит ввели правовые меры, призванные увеличить предложения в сфере ручного труда. Появилось требование, обязывающее независимых сельских жителей носить papeletas de conchabo – документы, подписанные работодателем, доказывающие, что они не «бродяги». Требование было введено между 1772 и 1791 годами на северо-западе и в Кордове, а в 1804 году – в Буэнос-Айресе, хотя и до этого существовало нечто подобное.

Свободные жители были вынуждены искать работу. Безработным приходилось идти на военную службу или переселяться ближе к границе, чтобы заселить форты и новые города. В то же время переориентация на скотоводство из-за окончательного вымирания симарронов сделала землю невероятно ценной, что в долгосрочной перспективе также нанесло ущерб независимым жителям деревни.

В целом конец XVIII века был временем сильного давления, направленного на поддержание социальной иерархии, классовых различий и контроля над низшими классами. Новое законодательство усилило власть отцов над брачными решениями детей, чтобы избежать нежелательных союзов (особенно тех, которые пренебрегали кастовыми барьерами).

Церковь также подталкивала к изменению народных привычек. В результате, например, власти неоднократно пытались отменить празднование карнавала. Элиты начали поощрять якобы более «просвещенные», личные и строгие способы выражения веры, далекие от более ревностных и публичных форм, которые были распространены среди обычных людей.

Таким образом, период реформ Бурбонов усилил напряжение, зародившееся в колониальный период. Белое население, рожденное в Америке, получило больше поводов для недовольства испанцами, а низшие классы – высшими. Однако до начала XIX века ни фигура короля, ни колониальный порядок, который удавалось поддерживать без европейской армии, не подвергались серьезным сомнениям.

Это кажущееся спокойствие вскоре нарушил сильнейший шторм, который пошатнул сами основы мира, возведенного испанцами.

В конце XVIII века волна революций потрясла Европу и Америку, ознаменовав период беспорядков и глубоких перемен, который продлился десятилетия. В 1776 году несколько британских колоний в Северной Америке объявили о своей независимости от Англии. Французская революция началась в 1789 году, и в последующие годы другие европейские страны последовали за ней. Североамериканский пример был важен для французов, чьи действия, в свою очередь, вдохновили порабощенных людей колонии Сан-Доминго (ныне Гаити) организовать собственную революцию в 1791 году, кульминацией которой стала Декларация независимости 1804 года. Она была первой в Латинской Америке и первой с антирасистским содержанием[45].

К 1810 году почти вся Испанская Америка оказалась охвачена революциями, в которых нашли отклик примеры и идеи предыдущих восстаний. Были и другие локальные перевороты в разных частях Европы и в Бразилии[46].

У каждой революции были свои мотивы, но все они разделяли некоторые относительно новые идеи. Каждая по-своему поднимала вопрос самоуправления и права народа выбирать наилучший способ организации общества. Выдвигались идеи равенства между мужчинами (некоторые даже предлагали равенство для женщин), а привилегии рождения подвергались сомнению, хотя не все соглашались, до какой степени равенство следует доводить. Также начала укореняться идея, что существуют неотъемлемые права человека, которые ни один суверен не может нарушать. Во многих случаях обсуждались вопросы народного суверенитета и его расширения, чтобы устранить власть королей и знати, если необходимо. Связь между политикой и религией, особенно идея, что суверенитет монархов имеет божественное происхождение, уже не была столь очевидной.

Путешественники и моряки привезли новости о революционных восстаниях на берега Рио-де-ла-Плата, где они проросли на благодатной почве устоявшейся традиции местного сопротивления. К тому времени реформы Бурбонов способствовали распространению рационалистического мышления и расширению доступности образования, по крайней мере для детей богатых классов, для которых создали несколько школ. В 1779 году в Буэнос-Айресе появился первый печатный станок – единственный на территории современной Аргентины в течение оставшейся части колониального периода. Он прибыл из Кордовы, где почти не использовался. Это позволяло печатать издания скромными тиражами. По распоряжению Мануэля Бельграно в 1801 году была напечатана первая газета вице-королевства, Telégrafo Mercantil[47], в которой отводилось место некоторым интеллектуальным новинкам того периода. Бельграно был сыном богатого местного торговца и познакомился с этими идеями в 1786–1793 годах, когда изучал право в Испании. Они включали экономический либерализм, который сопровождал его всю оставшуюся жизнь, а также более радикальные идеи Жан-Жака Руссо и аббата Рейналя.

На заре нового века другой пытливый молодой человек с меньшим достатком, Мариано Морено[48], был сильно увлечен подстрекающими идеями французов. С этими мыслями он познакомился в одной частной библиотеке, когда изучал право в Чукисаке. Но революционные посылы также исходили с низов, что было далеко от небольшого «мира» образованного населения. В 1794 году во время пика событий на Гаити поступали сообщения, что порабощенные портеньо[49] стали неуправляемыми. А брошюра, которую распространяли среди местного населения – она была полна сочувствия к гаитянам, – вызвала серьезные опасения среди богатых классов. Началось судебное расследование, и в качестве меры предосторожности порабощенным людям из французских колоний запретили приезжать в Рио-де-ла-Плата.

Британские вторжения

Условия, подготовившие почву для революции в регионе Рио-де-ла-Плата, также были обусловлены тем, что колониальные власти утратили легитимность. Кроме того, уже был опыт организации народных масс, возникший в Буэнос-Айресе в результате неожиданного события – британского вторжения.

К концу XVIII века утверждение британского имперского господства начало вызывать трудности в Рио-де-ла-Плата. Сначала была морская блокада европейских портов, которая резко прервала торговлю с Испанией. Затем в 1806 и 1807 годах британцы дважды вторгались в столицу

Ознакомительная версия. Доступно 23 из 116 стр.