Охота на проклятую - 1 - Елена Абрамкина

Кира вскинула взгляд и встретилась с усмешкой отца:

— Думаешь, мне не хватило ума сходить в Лабиринт? Продолжай.

Кира нехотя перевела взгляд на камин и продолжила:

— Я почти закончила с заклинанием, но Фарина спугнул лорд Картар.

Ронатан кивнул каким-то своим мыслям и отошел к окну:

— Картар… Он что-нибудь говорил?

— Говорил. Назвал меня бастардом и сказал, что я напрасно перешла им дорогу. — На смену страху и отчаянию приходила злоба. Кира шевельнула плечами, проверяя уровень боли, подождала несколько секунд и осторожно села. Ронатан бросил на нее удивленный взгляд, но комментировать героический поступок не стал.

— Дальше, — вновь потребовал он.

Кира сердито посмотрела на блокираторы:

— Я поймала его в кандалы, но забыла про Фарина. А он про меня не забыл. Подлетел сзади, схватил и бросил в озеро. Я поняла, что тону, и открыла ментальный портал к источнику.

Демон кивал в такт ее словам, но когда она замолчала, вдруг усмехнулся:

— Хорошо. Значит, наши тренировки не прошли даром. Дальше что-нибудь помнишь?

Кира задумалась. Дальше были только ощущения, глаз она не открывала:

— На какое-то время я, похоже, потеряла сознание. Пришла в себя от резкой боли. — Она посмотрела на отца. — Что произошло? Фарин пытался меня растерзать?

Ронатан покачал головой:

— Нет. Климентин пытался тебя лечить. А ты активно сопротивлялась.

«Активно сопротивлялась…»

Кира помнила, как пыталась оторвать от плеч чужие пальцы, как впивалась в них ногтями. Она поцарапала его! Проклятье!

— Где он?

Лорд Олрикс внимательно следил за игрой эмоций на лице дочери, потом кивнул:

— Где и положено, в Черном лабиринте. Он вовремя распознал симптомы, передал тебя мне и ушел туда. Поэтому я не смог спасти Фарина. Но зато спас тебя.

«Зато спас тебя».

Кира проглотила слезы и поднялась. Завтра бал! И они должны там быть! Потому что если она сейчас покажет слабость, значит Орден победил и Фарин погиб зря.

Ронатан, скосив глаза, следил, как дочь на подкашивающихся ногах упрямо перемещается от кровати к столику, оттуда — к креслу и почти падает у камина. Почти, но не падает, вскидывает руки и, пошатываясь, медленно опускается на ковер. Вздох облегчения вырвался синхронно у обоих. Кира бросила взгляд на часы и качнула головой:

— Как долго Клим в лабиринте?

Лорд Олрикс тоже прошел взглядом по циферблату:

— Четыре часа.

— Долго. — Кира протянула руки к огню, но тот не отреагировал. — Сними блокираторы.

Ронатан подошел к дочери и несколько секунд осматривал ее ауру, потом холодно приказал:

— Встань.

Кира поднялась так же медленно, как пару секунд назад шла от кровати к камину, ощущая, как от каждого неосторожного движения плечи простреливает боль. Ронатан кивнул, и, чуть касаясь висков дочери, впился в нее взглядом. Кира поморщилась и сжала кулаки.

— Не моргай, — приказал отец.

Кира не моргала, не отводила взгляд, но мыслями была уже на предстоящем балу.

— На бал собираешься? — выпуская дочь, ухмыльнулся демон.

Кира пошатнулась и жадно глотнула воздух. Отец подхватил ее под руки и одним движением скинул блокираторы:

— Забудь! Ты едва держишься на ногах.

Кира отстранилась и прошла к камину:

— У меня еще есть время восстановиться. А на балу мы должны быть, ты знаешь.

Ронатан вопросительно дернул бровью.

— Ты не удержишь в тайне покушения на меня. Не сегодня-завтра поползут слухи, что дочь сильнейшего демона дважды пытались убить в его собственном доме. — Кира прищурилась и повернулась к отцу. — И те, кто остался недоволен исходом войны с Керинар, зададутся вопросом: так может лорд Олрикс не такой всемогущий, как хочет казаться?

Демон молчал, внимательно слушая дочь. Кира тоже замолчала, пытаясь подобрать более убедительные аргументы.

— Мы должны быть на балу, — вздохнула Кира, понимая, что спорить с отцом бесполезно. — Должны. Тем более что король прислал тебе личное приглашение.

— Тем более что у тебя там обещали принять экзамен? — Ронатан усмехнулся и покачала головой. — Но тогда тебе придется идти за Климентином в Черный лабиринт. Сможешь?

***

«Сможешь?»

Интересно, отец знал, что так получится? Конечно, знал! Иначе в чем смысл его вопроса — уж открывать чужой лабиринт она научилась давно. Да, здесь задача чуть сложнее: нужно было не просто открыть лабиринт, а найти там брата и проверить, удалось ли ему побороть огненное безумие. Да, в Черном лабиринте любая ментальная магия выпивает вдвое больше сил, и с ее резервами, которые сейчас активно тратились на восстановление, это опасно. Но отец боялся, что болезнь Климентина может проявиться агрессией к ней — ведь именно она была конечной целью Картара. И Кире пришлось идти в лабиринт и искать дверь брата.

«Сможешь?»

Она была так уверена в своих силах, что пренебрегла внезапно возникшим страхом. Нельзя! Нельзя пренебрегать интуицией! И хотя эта сфера ментальной магии плохо изучена и не подкреплена достаточным теоретическим базисом, интуиция еще никогда ее не подводила…

Климентин был в порядке, только немного напряжен самим фактом пребывания в лабиринте — лекари, в отличие от менталистов, редко им пользуются. Но когда брат, щурясь, в третий раз принялся внимательно осматривать ее ауру, Кира поняла, что что-то не так. Она подхватила еще одно заклинание для проверки на скрытое безумие, потом другое, более сильное. Брат был здоров. Он серьезно посмотрел ей в глаза и поинтересовался ее самочувствием. Кира на всякий случай проверила резервы, но ничего неожиданного не обнаружила.

— У тебя аура тройная, — наконец пояснил Климентин. — Человеческая, демонская и драконья. Так всегда было?

Если бы не лабиринт, Кира бы закричала и, наверное, потеряла сознание, или вообще умерла от ужаса. Но здесь баланс между эмоциями и разумом был сильно смещен в сторону последнего, поэтому Кира только поспешно захлопнула дверь к брату и со стоном стекла по гладкой черной стене. Тройная аура! Конечно, у нее тройная аура, она же Керинар! И пусть две ипостаси крепко спрятаны под печатями, в Черном лабиринте приходилось прилагать усилия, чтобы их ауры оставались невидимыми. Она ослабила контроль, пока проверяла брата, и Климентин увидел ее истинную суть!

«Сможешь?»

Вот, о чем спрашивал отец! Сможет ли она удержать контроль над аурами во время проверки. Проклятье, неужели он не мог сказать этого прямо?!

Кира прошла по малому залу, одной рукой гася свечи, а другой тут же зажигая заново.

Когда она осознала, что открылась перед братом, возвращаться из лабиринта не хотелось долго. Заставил отец — выдернул, не дав привести мысли в порядок и