Проза читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 451

Чарльз Буковски — один из крупнейших американских писателей ХХ века, автор более чем сорока книг, среди которых романы, стихи, эссеистика и рассказы. Несмотря на порою шокирующий натурализм, его тексты полны лиричности, даже своеобразной сентиментальности.«Юг без признаков севера» — последний прижизненный сборник малой прозы Буковски. В этих историях фигура рассказчика, алкаша и бабника, отчасти автобиографична и вызывает у российского читателя неизбежные ассоциации с другим необычайно популярным писателем — Сергеем Довлатовым.

''Деньги, всякие интриги, семейные неурядицы, невозможность любви, неизбежность смерти". Если у человека нет особых проблем, он должен себе их создать. Так мог бы звучать лозунг Фредерика Бегбедера денди и сноба, профессионального рекламщика, горячего сторонника коммунистов, писателя. Кроме того, он – один из тех пятисот избранных, без которых немыслима ночная жизнь Парижа.«Рассказики под экстази» рисуют картину общества, обреченного (по мнению автора) на гибель, что не помешает этому обществу существовать (как считает все тот же автор) долго и счастливо. Бегбедер особенно дорожит своей славой «литературного первооткрывателя» МДМА, или «экстази», занимающего в его книге почетное место – вплоть до заглавия.

Нам жизнь дана, чтоб смерть постичь — так решила четырнадцатилетняя героиня повести Света после гибели сводного брата в Чечне. Повесть рассказывает о тинейджерах, которые не хотят ограничивать свою жизнь сексом и наркотиками, но их духовная жизнь окрашена в мрачные тона, они зовут себя детьми боли. Разочарованные в будничной реальности, тусуются на кладбищах, смотрят фильмы о вампирах, читают книги о погребальных обрядах и зомби, участвуют в черной мессе и приходят к суициду. Но выход из мрачной безнадежности есть, хотя он и не заключается в том, чтобы вновь вернуться в толпу, озабоченную гонкой за баксами и развлечениями. Наверное, это книга о становлении Личности назло эпохе, толпе и обстоятельствам.

Эта книга – взрыв, книга – эпатаж, книга – откровение. Главного персонажа можно было бы назвать «героем нашего времени», но можно и «антигероем». Он живет среди нас, общается с нами, а о том, кто же он такой и как он стал таким, – лучше всего расскажет он сам.

Каждый неминуемо платит за свой выбор. Но какова цена и чем мы готовы пожертвовать, отстаивая право быть личностью?На? Что? Вы? Готовы? Ради?..Всего лишь на то, чтобы продавать свой талант и подчиняться чужой воле, или вы способны стать тем, кто влияет на ход истории?…Вы? Готовы?..Эти непростые вопросы звучат с первой до последней страницы дерзкого, по сути, и стилистике романа Павла Тетерского. Романа, который, безусловно, заинтересует всех, кто увлеченно следит за новейшей — не ведающей запретов — беллетристикой.

Это — Стивен Кинг, которого вы еще не знали.Это — проза, не бьющая на внешний эффект, временами — почти сказовая, временами — почти постмодернистская. Это — жестокий психологизм и «городская сага», «гиперреализм» и «магический реализм» — одновременно. Это — история времени и пространства, пропущенная сквозь призму восприятия маленького американского городка.Это — МЫ. НАШ век, НАША жизнь. Без прикрас — и без лакировки. Ибо только в калейдоскопе мелочей, по Кингу, способна сложиться многоцветная картина эпохи...

Что будет, если двух молодых людей призывного возраста и неопределенного рода занятий закинуть в Лондон безо всяких средств к существованию? Вот такая жызнь. Борьба за выживание в чужих городских джунглях превращается в беспрерывный праздник. Потому как экстремальные ситуации — это то, что нужно человеку, дабы почувствовать себя живым. Попробуй-ка быть сытым, пьяным и накуренным — без пенса в кармане. Попробуй-ка быть подонком не на словах, а в действии.

Роман Уильяма Берроуза «Города Красной Ночи» – первая часть трилогии, увенчавшей собой литературное творчество великого американского писателя. Уникальное произведение, совместившее в себе приемы научной фантастики, философской прозы и авантюрногоромана «Города Красной Ночи» оказали и продолжают оказывать огромное влияние на мировое искусство.

Последний роман Джона Кинга описывает почти сорок лет развития Британской культуры. Скинхеды не исчезли; их стиль вошел в мейнстрим, их музыка была признана и заново открыта, а сами ребята продолжили свою традицию нарушителей порядка. Вскрывая все общественные страхи и предубеждения, скины демонстрируют нам группу подлинно человечных героев, которыми движут страсть, благородство и культура, которой они преданы.

Ольга Фомина — один из лучших фотографов Москвы, добившаяся признания и успеха в области рекламной фотографии, сделала попытку найти себя на новом для себя поприще — в литературе. Ее первый роман «Я решил стать женщиной» — автобиографический. Это драматичная история о жизни модного фотографа, снимающего звезд нашей российской поп-сцены и известных политиков, это повествование о жизни человека, меняющего пол, и о связанных с этим непростым процессом забавных приключениях. Это история о любви, о ревности, о семейных взаимоотношениях, о потерях — история, написанная эмоционально, иронично, с юмором и всем понятным языком.

Писатель Вадим Чекунов начался с «Кирзы». Первая книга, как удар солдатского сапога под дых - жесткая, мужская - расплескала гламурный литературный кисель и в два гребка добралась до Букера. Лонг-лист для нового имени - невероятная удача, нонсенс. Вторая книга, как осознанный прыжок с парашютом, опаснее, важнее первой. Но писатель Чекунов словно забыл о первом опыте - он сделал «Шанхай. Любовь подонка». Отчаяние, надежда, шепот ангела. Ничего общего с «Кирзой». Третья книга, которую вы держите в руках - мост над пропастью между первой книгой и второй. Третья книга должна была стать первой, ведь она объясняет нам цельного Вадима Чекунова. Это обратная сторона Луны, на которой своевольно уживаются свет и тьма, полынь и шоколад, ангелы небесные и твари болотные. Третья книга рассказов, написанных раньше «Кирзы» и «Шанхая», невинна в своей жестокости, силе и свободе.Не сканировано, рассказы взяты как есть с сайта udaff.com.Ненормативная лексика!

Революции — вид социальной медицины. Они лечат общество от застарелых недугов. И точно так же, как и в деле врачевания, в деле революции не обходится без шарлатанов, в том числе и таких, которые не только морочат головы окружающим, но и сами искренне уверены, что опасны для старого мира и могут создать новый. Это квазиреволюционеры. Кто они, почему они существуют и как их отличить от революционеров настоящих, рассказывает в книге «Революция не всерьез» содиректор Центра новой социологии и изучения практической политики «Феникс» Александр Тарасов. Это — первая книга в России, специально посвященная данной теме. Книга адресована социологам, политологам и культурологам, а также всем молодым духом читателям, интересующимся политикой и особенно революционной борьбой.

Стивен пытается вырваться из ада однообразного существования, из-под гнета материнского давления и обрести киношное семейное счастье. Перед его глазами предстает конвейер уничтожения на мясокомбинате, превратившийся для рабочих убойного цеха в почти религиозный культ убийства и сексуальных извращений. И вот результат: тело матери разделано на части, мертвая собака гниет на крыше, подружка со вспоротым животом в коме, вырезанный из чрева плод приставлен к стене, а тонны одержимой смертоносной говядины носятся по подземным туннелям в поисках человеческих жертв.

«Последний поворот на Бруклин» Хьюберта Селби (1928) — одно из самых значительных произведений американской литературы. Автор описывает начало сексуальной революции, жизнь низов Нью-Йорка, мощь и энергетику этого города. В 1989 книга была экранизирован Уди Эделем. «Я пишу музыкально, — рассказывает Селби, — поэтому пришлось разработать такую типографику, которая, в сущности, не что иное, как система нотной записи». В переводе В. Когана удалось сохранить джазовую ритмику этой прозы. «Смерть для меня стала образом жизни, — вспоминает Селби. — Когда мне было 18, мне сказали, что я и двух месяцев не проживу. В конце концов я провел больше трех лет прикованным к постели, мне вырезали десять ребер, у меня осталось чуть больше половины одного легкого, и в мозг поступает недостаточно кислорода. В 1988 году врач сказал одному моему другу: „Если верить всем медицинским показаниям, ваш друг мертв“.Учитывая использование ненормативной лексики, книга не рекомендуется для чтения лицам, не достигшим совершеннолетия.

Долгожданное продолжение скандально известного романа «Низший Пилотаж». Книга о жизни и быте наркоманов. За эти произведения на автора подавали в суд «Идущие вместе». За одно это уже стоит почитать.

Владимир Петрович Дунаев, парторг оборонного завода, во время эвакуации предприятия в глубокий тыл и в результате трагического стечения обстоятельств отстает от своих и оказывается под обстрелом немецких танков. Пережив сильнейшее нервное потрясение и получив тяжелую контузию, Дунаев глубокой ночью приходит в сознание посреди поля боя и принимает себя за умершего. Укрывшись в лесу, он встречает там Лисоньку, Пенька, Мишутку, Волчка и других новых, сказочных друзей, которые помогают ему продолжать, несмотря ни на что, бороться с фашизмом… В конце первого тома парторг Дунаев превращается в гигантского Колобка и освобождает Москву. Во втором томе дедушка Дунаев оказывается в Белом доме, в этом же городе, но уже в 93-м году.Новое издание культового романа 90-х, который художник и литератор, мастер и изобретатель психоделического реализма Павел Пепперштейн в соавторстве с коллегой по арт-группе «Инспекция «Медицинская герменевтика» Сергеем Ануфриевым писали более десяти лет.

Мир книги Ирины Токмаковой — цветной и живописный, веселый и серьезный и всегда дружеский. В книгу избранных произведений для детей и юношества вошли стихи разных лет, повести: «Аля, Кляксич и буква „А“», «Может, нуль не виноват?», «Ростик и Кеша», «Счастливо, Иванушки!», «Сосны шумят»; сказки: «Кукареку», «Котята», «Вечерняя сказка», «Сказка про сказочника».Издательство «Детская литература». Москва. 1985.

Гомосек" эмоционален, иногда даже истеричен – такое настроение Берроуз объясняет постгероиновым, "ломочным" синдромом. В самом начале "Гомосека, вернувшись из изоляции джанка в страну живых, подобно безумному и ни на что не способному Лазарю, Ли, кажется, непреклонно желает сношаться и еще раз сношаться. Со всем, что двигается…На каком-то очень глубоком уровне он и не хочет добиться успеха, но пойдет на что угодно, лишь бы избежать осознания, что на самом деле вовсе не ищет сексуального контакта. Сознание Ли пытается быть отраженным, оно проецирует свои образы, но проекции оказываются неадекватными проецируемому сознанию, и герой вынужден странствовать в этом лабиринте уже несвоего сознания. По сути, главной темой "Гомосека", а заодно и написанных в соавторстве с Гинзбергом "Писем Яхе", является возможность контакта в подобном лабиринте. Метафорой этого контакта является таинственное психоделическое вещество "телепатин", на поиски которого устремляется Ли.

Как Марку, тихому владельцу книжного магазинчика, заслужить высокую честь стать супругом Каро — «крутой» девчонки из криминального мира? Всего-то — убить трех человек, которые мешают жить его «прекрасной даме»! Бывшего дружка, который никак нe может смириться с положением «бывшего»… Богатенького папашу, нежелающего делиться с дочерью денежками… И — совершенно уже неясно за что — знаменитого бандита, вызывающего у Каро дикую ненависть. Киллер, конечно, из Марка… ладно, не стоит о грустном. Но судьба, как известно, помогает дуракам, влюбленным и влюбленным дуракам. Труден только первый шаг. Понеслись!..