Knigi-for.me

Но человека человек. Три с половиной убийства - Ксения Сергеевна Букша

Тут можно читать бесплатно Но человека человек. Три с половиной убийства - Ксения Сергеевна Букша. Жанр: Русская классическая проза издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Название:
Но человека человек. Три с половиной убийства
Дата добавления:
19-11-2022
Количество просмотров:
19
Ознакомительная версия:
ДА
Скачать книгу
Но человека человек. Три с половиной убийства - Ксения Сергеевна Букша

Но человека человек. Три с половиной убийства - Ксения Сергеевна Букша краткое содержание

Но человека человек. Три с половиной убийства - Ксения Сергеевна Букша - описание и краткое содержание, автор Ксения Сергеевна Букша, читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Kniga-for.me

Эта книга состоит из четырех страшных, но очень обыденных и узнаваемых историй — такое случается сплошь и рядом, о таком мы постоянно узнаем из новостной ленты. В этих историях есть отчаяние и надежда, смерть и страсть, насилие и желание какой-то иной, более правильной жизни. Это похоже на Достоевского, но очень современного, с ноутбуком и смартфоном. Ксения Букша выступает как исследователь самых тайных закоулков человеческой психики, как глубокий психолог и точный социолог, как писатель, который безжалостен в отношении читателя — но только для того, чтобы свет в конце туннеля обязательно забрезжил.
От лауреата премии «Национальный бестселлер», финалиста премии «Студенческий Букер», «Большая книга», «НОС», «Ясная Поляна» и др.

Но человека человек. Три с половиной убийства - Ксения Сергеевна Букша читать онлайн бесплатно

Но человека человек. Три с половиной убийства - читать книгу онлайн бесплатно, автор Ксения Сергеевна Букша
Ознакомительная версия. Доступно 9 из 44 стр.

Ксения Букша

Но человека человек

(Три с половиной убийства)

Все события, описанные в тексте, вымышлены. Любые совпадения с реальными событиями, в частности с обстоятельствами преступлений, случайны.

Автор не оправдывает убийств, жестокости и насилия.

Автор знает о том, что психиатрический диагноз не является предпосылкой к совершению преступлений.

Дибок

1

Солнце выходит из-за Субазио, и сразу все преображается. Низины становятся виноградно-синими, листья олив блестят ярким густым блеском, как будто смазанные маслом; мы с Андреа стоим посреди огорода и оживленно обсуждаем, что делать с крышей Верхнего дома. Андреа говорит построить там еще одну видовую площадку — летнюю, мол, там в самый раз любоваться закатом, пить вино и все такое, а я говорю — тем, кто в Нижнем квартирует, нелегко будет дотуда добираться, а видовых площадок у нас и так хватает, лучше уж сделать там что-нибудь специально для йоги, раз уж Витторио из ретрита здесь так популярен. Мы рассуждаем, стоя посреди огорода, а огород меж тем ломится и прет густо-густо во все стороны — листья тыкв и кабачков, и сами тыквы, в крупных стеклянных каплях росы, буйные заросли базилика, розмарина, фенхеля, петрушки, душицы и чеснока. Андреа складывает мощные руки: высокий, в белой майке, накачанный, со своими выбеленными кудрями, подбритыми с висков, с выпуклыми осторожными глазами. По мню, как вначале мы боялись друг друга — я его, а он меня; подлавливали на каждом пункте договора, полувраждебность длилась лет пять, но потом как-то постепенно друг друга поняли, хотя и не сблизились совсем, и это нам ни в коем случае не нужно, на оборот, дистанция подчеркивает наше взаимное уважение и даже пиетет: я вижу его, а он видит меня. Андреа осторожнейший, бюрократичнейший, деликатнейший, все по правилам и столбикам, в дни приезда ревизий, мне кажется, он пугается до полуобморока, но никогда этого не покажет.

— Папа, смотри! — кричит Лука.

Он потрясает над головой огромным перезрелым огурцом. Огурец похож на желтую подводную лодку.

— Есть можно?

— Нет, — откликаюсь, — есть нельзя, невкусный! А ты его разрежь — там семена. Хочешь попробовать посадить семечки огурца?

— Да, да, хочу! — вопит Лука и катится в сарай за старыми упаковками от молока.

Луке моему шестнадцать. Интеллектом парень не блещет, зато охотно копается в земле, собирает оливки и жмет масло, различает птиц по голосам.

Лука у нас вышел сюрпризом. Семь лет назад мы с женой искали малыша не старше трех. Нам предложили Филиппа, и мы решили брать не глядя.

Не то чтобы Филька нам понравился, нечему там было нравится. Филя был страшненький. В свои почти три ростом с годовалого, тощий, как узник, не говорил совсем, ножки-палочки — ручки-веточки. Впрочем, мы с женой выглядели не намного краше. Сидим как замороженные, ничего не соображаем, смотрим с ужасом: и я, и жена, и Филька, в точности как мы. Посадил его на коленки. Попа костлявая, от макушки странный запах, какой-то сухой травкой он пах, будто и не ребенок, а сухое растение, и заеды в уголках губ. Мы сидим, воспиталки странно смотрят на нас, и только часы тикают. Наконец одна — ну займите же вы его чем-нибудь. А вторая говорит: его все равно не отдадут, у него старший брат в детдоме для инвалидов, умственно отсталый. Их только вместе. Я не то чтобы рассердился, но говорю: чего, говорю, тогда наше время тратите, я же просил нам показывать только без сестер-братьев, с полным статусом? — а директриса Дома ребенка молча плечами слегка пожимает. Мы с женой вышли за ворота, она говорит: пойдем посмотрим, что там за брат. Ну посмотрели, взяли обоих.

Мы были как во сне, ничего не соображали. Жена тогда еще была на успокоительных. Вообще, Италия хороший выбор, особенно наши места, здесь совершенно невозможно остаться неверующим, если человек, конечно, не такой закоренелый атеист и скептик, как я. Теперь жену спасают Иисус и Мария, а особенно старается святой Франциск, он специалитет наших мест, вроде черного трюфеля. Ну а меня что спасает, не знаю. Наверное, то, что в какой-то момент я решился написать все по порядку, изложить в подробностях историю любви и смерти нашей дочери Ксении.

2

Писать-то я начал давно, но не подряд, а отхватывая по краям, по кускам; всерьез по порядку изложить решился только сейчас, когда прошло уже восемь лет, и, как ни крути, эти восемь лет действительно шли и были, хотя и не верилось, что они могут пройти и что будут чем-то наполнены. Но вот они прошли, я смотрю на свои записи, которые делал раньше, и понимаю, что теперь готов писать по порядку. Что побуждает меня рассказать эту историю? Какой-то моральный аспект, вероятно? Я хочу показать, выразить, как это бывает, как именно это было, мне кажет