Педро Сарралуки - Для любовников и воров
– Только это, если вы не против.
Пако посмотрел на меня в изумлении. Потом он взглянул на свое клетчатое одеяло и воскликнул:
– Черт возьми! Вот это да! Ты заставляешь меня чувствовать себя – просто не знаю – каким-то величественным. Ты должен поездить по свету, парень, иначе ты навсегда останешься провинциалом.
Пока мы разговаривали, Фарук постепенно приближался к нам, храня молчание. На нем была соломенная шляпа. Он нервно потирал руки. Фарук подошел к издателю, как будто собираясь выразить ему соболезнования.
– Я могу начинать, сеньор Пако?
Издатель недовольно повернулся к нему:
– Да, все уже уехали.
Фарук направился к птичнику и вошел вовнутрь. Вскоре он появился, держа в руках несколько растерзанных птиц. Я узнал яркое оперение кетцалей, забрызганное кровью.
– Туда пробрались хорьки, – пробормотал я.
– Нет, – ответил Пако, неохотно показывая на лежащего неподалеку пса, как всегда, незаметного и апатичного. – Это был Флобер. А ты что думал, парень? У него тоже есть своя темная сторона.
Издатель, пошатываясь, сделал несколько шагов вперед и вытянул руки, как будто желая обнять ветер.
– О Господи, как великолепен весь этот мусор!
Он умер две недели спустя во время сиесты без своего клетчатого одеяла, не зная, что я все-таки напишу его проклятую книгу.
Примечания
1
Истина в вине (лат.).