Новинки онлайн книг. Страница 597

Потеряла работу, оказалась в другом мире и получила запрет на колдовство. И всё это за один день! Теперь я пытаюсь обустроить свою жизнь, открыть ломбард и не сойти с ума в круговороте неприятностей. Благо, у меня есть друг, помогающий во всём. Он холоден и неприступен, но что делать, если я уже в него влюбилась?

1944 год. Симон Григорьев, греческий аптекарь из Одессы, переживает ужасы Освенцима, теряя всё, что ему дорого. В момент наивысшего отчаяния, на грани жизни и смерти, его сознание необъяснимым образом переносится сквозь время и пространство в жаркую Кубу, в 1958-й год. Он пробуждается в теле Луиса Переса – молодого помощника аптекаря, живущего в нищете посреди предреволюционной Гаваны.

Луиса преследуют кошмары прошлого, он борется с голодом и унижениями, а призраки Освенцима не дают покоя даже в райских пейзажах Карибского моря. Сможет ли человек, выживший в аду, найти своё место в мире, который кажется таким прекрасным и одновременно таким жестоким?

В антологию входят лучшие рассказы современных венгерских писателей, написанные за период с 1945 года до наших дней. Различные по проблематике и стилю, они дают представление о богатстве и тематическом разнообразии творчества крупнейших мастеров этого жанра, отражают основные этапы пути, пройденного за последние десятилетия венгерским народом и его литературой.

Сборник состоит из пяти повестей современных венгерских писателей, представляющих заметное явление в венгерской литературе.
Повести «Приключения тележки» Е. Тершанского (1949), «Холодные дни» Т. Череша (1966), «Вторник, среда, четверг» И. Добози (1967) — о войне и об ответственности за нее. В «Смерти врача» (1963) Д. Фекете и в «20 часах» (1964) Ф. Шанты рассказывается о насущных проблемах Венгрии наших дней.

В 2020–2022 годах социальные антропологи, географы и историки из Тюмени и Екатеринбурга совершили серию экспедиций по местам Урала и Западной Сибири. Их целью было изучение повседневного ландшафта как жизненно необходимого условия человеческого бытия, ключа к культуре, пространства обыденных действий, смыслов и эмоций. Особый акцент делался на том, как люди представляют себе и воплощают на практике возможности мест, в которых проживают. Участники экспедиций следовали принятым повседневным путям, проводя пешеходные интервью с местными жителями, выявляя в ходе обсуждения с ними территориальную иерархию, критерии выделения местных районов, емкость каналов коммуникации, режимы мобильности, нарративы идентичности, получая опыт воплощенного в материальности и телесности движения. Результатом экспедиций и дискуссий с близкими по духу коллегами стал сборник очерков, представляющий собой своеобразный путеводитель по повседневным уральским и сибирским ландшафтам. Эти места предстают в исследовании, с одной стороны, как типичные, созданные характерными для региона природопользованием, промышленностью, сезонной мобильностью, сельской депопуляцией и туристическим бизнесом, а, с другой – совершенно конкретными, обладающими неповторимой историей, населением и обликом. При разнообразии тем и масштабов, очерки объединяет стремление их авторов задействовать не только академические, но и литературные способы репрезентации, изобразить увиденное в его живости и непосредственности.

Кто и зачем организовывал многочисленные выставки американского искусства в Советском Союзе времен холодной войны? Действительно ли США стремились «подорвать» советский режим при помощи американского модернизма и, в частности, абстрактного экспрессионизма, а Советский Союз – «боялся» нефигуративного искусства? И главное – можем ли мы по-настоящему понять роль искусства как «оружия» холодной войны? Книга Кирилла Чунихина предлагает свежий взгляд на эти вопросы, подвергая критике традиционные идеологизированные интерпретации культурной политики СССР и американского искусства того времени. Вместо привычного подхода, в котором исторические события механически проецируются на искусство, автор предлагает более тонкий анализ, учитывающий не только политику, но и личные мотивации, эмоциональные режимы и транснациональные культурные контексты. Рассматривая американское искусство как глобальное явление, автор показывает взаимосвязи и взаимозависимость художественных процессов в СССР и США в 1940–1960-х годах. Книга таким образом пересматривает устоявшийся нарратив о культурной изоляции двух сверхдержав и демонстрирует, как искусство стало пространством диалога – вопреки идеологическим барьерам. Кирилл Чунихин – историк искусства и культуры, доцент Департамента истории, старший научный сотрудник и руководитель Лаборатории визуальной истории НИУ ВШЭ – Санкт-Петербург.

Продолжение приключений последнего из племени горных охотников, Ардана Эгобара. Орден Паука разрушен, но кто стоял за их спинами и дергал за хитросплетение нитей в сложной паутине интриг? Арду придется разобраться с этим и.... не только. Обучение в Большом все еще продолжается. А на горизонте новые приключения, повседневные заботы, друзья, недруги и совсем необременительный нюанс в виде демонов, иностранных шпионов, мутантов, обостряющегося конфликта среди банд и всего того, чем полна жизнь в Метрополии, столице Империи Новой Монархии.

Мечтали о новой жизни? Я вот тоже задумывался. И получил! В теле орка, правда. С неопределённым статусом, мутной историей и непонятным будущим. Зато без всяких нервов и стресса - биохимия у него такая.
Теперь осваиваюсь. Ни принцесс, ни угасающего рода - не работают все эти штампы из книжек, что я читал. Зато есть бронированный буддист, банда хитрозадых гоблинов по соседству и пекарня с обалденными пирожками (серьёзно - вы бы попробовали).
Что дальше? А хрен его знает. Куда кривая выведет. Будучи орком по прямой ходить сложно. И вообще - я эту новую жизнь, хочу жить без стресса и напряга. Мне такого в прошлой хватило. Ох ты ж! Видели какая по улице эльфийка прошла? Вот это у неё жо... фигура. Ну всё, я побежал. А вы в текст заглядывайте - там интересно.

Великий Разлом грядёт, и его не избежать. Остаётся только подготовиться к битве. Ярослав отправляется в Китай, чтобы отыскать самый редкий артефакт – Меч Разлома, который значительно усилит его и поможет в борьбе с нечистью из другого мира.

Золото зовет меня. Я чувствую его в воде. Я чувствую его в земле...
А еще враги. Они не дремлют. Туннельные крысы, что растащили мою собственность по углам, аристократы, плетущие вокруг моей Дарьи целый клубок интриг, Инквизиция, забравшая мою Башню и крадущаяся у меня по пятам.
А еще какой-то странный убийца, что раздает мое золото как конфеты...

Высшее счастье для человека – это любовь к Богу. Это не только счастье, это условие выживания и самого человека, и его потомков. Это условие и здоровья, и благополучия, и успеха. Для того чтобы быть здоровым и счастливым, человеку в первую очередь необходимо заботиться о своей душе. В своей новой книге С. Н. Лазарев, беседуя с читателями на разнообразные темы, помогает найти правильный путь к счастью.

Предали. Уничтожили. Стёрли родной город с лица земли. Нижний, едва начавший возрождаться, пал. Выжил только я. С волком. С зерном телекинеза. Со зреющей в груди яростью. Но ярость — плохой советчик. Месть, совершённая в отчаянии, — это самоубийство. Сначала — сила. Потом — расплата. Север. Холод. Беспощадные земли. Здесь я построю не просто убежище. Здесь я создам кузницу. Кузницу новой власти. Я выращу армию из камня, стали и воли. Я воздвигну цитадель, с которой начнётся великое отмщение. И когда моя крепость поднимется к небу, её тень ляжет на тех, кто посмел нас предать. И они узнают, что гнев обречённых — ничто перед моей холодной решимостью и моего клана. Клана Грей!

В 2020–2022 годах социальные антропологи, географы и историки из Тюмени и Екатеринбурга совершили серию экспедиций по местам Урала и Западной Сибири. Их целью было изучение повседневного ландшафта как жизненно необходимого условия человеческого бытия, ключа к культуре, пространства обыденных действий, смыслов и эмоций. Особый акцент делался на том, как люди представляют себе и воплощают на практике возможности мест, в которых проживают. Участники экспедиций следовали принятым повседневным путям, проводя пешеходные интервью с местными жителями, выявляя в ходе обсуждения с ними территориальную иерархию, критерии выделения местных районов, емкость каналов коммуникации, режимы мобильности, нарративы идентичности, получая опыт воплощенного в материальности и телесности движения. Результатом экспедиций и дискуссий с близкими по духу коллегами стал сборник очерков, представляющий собой своеобразный путеводитель по повседневным уральским и сибирским ландшафтам. Эти места предстают в исследовании, с одной стороны, как типичные, созданные характерными для региона природопользованием, промышленностью, сезонной мобильностью, сельской депопуляцией и туристическим бизнесом, а, с другой – совершенно конкретными, обладающими неповторимой историей, населением и обликом. При разнообразии тем и масштабов, очерки объединяет стремление их авторов задействовать не только академические, но и литературные способы репрезентации, изобразить увиденное в его живости и непосредственности.

В сборнике впервые помещены все основные документы Генеральной Ассамблеи ООН и выступления Президента Республики Таджикистан Эмомали Рахмона, посвященные вопросам водных ресурсов и проблеме сохранения ледников. Документы и выступления – яркие исторические материалы, раскрывающие историю появления и развития «водной дипломатии» Эмомали Рахмона, которая стала новым явлением в международных отношениях.
Документальное издание открывается вступительной статьей Сироджиддина Мухриддина, министра иностранных дел Республики Таджикистан, в которой дан глубокий и аргументированный анализ зарождения и широкой международной поддержки водно-климатических инициатив Президента Таджикистана Эмомали Рахмона со стороны сообщества наций.
В книгу включены выступления Президента Республики Таджикистан Эмомали Рахмона, резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, основные декларации и доклады Генерального секретаря ООН, касающиеся водных инициатив Республики Таджикистан.
Данное издание адресовано широкому кругу читателей, интересующихся современными международными отношениями.
В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Кто и зачем организовывал многочисленные выставки американского искусства в Советском Союзе времен холодной войны? Действительно ли США стремились «подорвать» советский режим при помощи американского модернизма и, в частности, абстрактного экспрессионизма, а Советский Союз – «боялся» нефигуративного искусства? И главное – можем ли мы по-настоящему понять роль искусства как «оружия» холодной войны? Книга Кирилла Чунихина предлагает свежий взгляд на эти вопросы, подвергая критике традиционные идеологизированные интерпретации культурной политики СССР и американского искусства того времени. Вместо привычного подхода, в котором исторические события механически проецируются на искусство, автор предлагает более тонкий анализ, учитывающий не только политику, но и личные мотивации, эмоциональные режимы и транснациональные культурные контексты. Рассматривая американское искусство как глобальное явление, автор показывает взаимосвязи и взаимозависимость художественных процессов в СССР и США в 1940–1960-х годах. Книга таким образом пересматривает устоявшийся нарратив о культурной изоляции двух сверхдержав и демонстрирует, как искусство стало пространством диалога – вопреки идеологическим барьерам. Кирилл Чунихин – историк искусства и культуры, доцент Департамента истории, старший научный сотрудник и руководитель Лаборатории визуальной истории НИУ ВШЭ – Санкт-Петербург.

Судьба распорядилась. Юноша был вынужден бежать из родного мира спасая собственную жизнь. Бежать от людей - таких же как он сам, которые в страхе отвергли то, что неспособны понять и обуздать.
Впереди героя ждут другие миры, другие приключения, в которых он смахнет пыль с некоторых древних тайн и возможно осознает истинные возможности легендарных шу-Са’эри - могучих адептов Воды и Жизни, искра которых течет в его крови. Но у легендарных чародеев древности были не менее могучие враги, и что самое неприятное - они живы до сих пор, и ненависть их не угасла даже спустя тысячи лет.

Россия набирает разгон. Строятся железные дороги, осваивается Калифорния, но на ногах страны железной гирей висит крепостное право. Да и вызовы, сотрясавшие страну и в истории, нынче известной только графу Николаеву-Уэлсли, никуда не делись. Впрочем, как выяснилось - его знания истории оказались совсем неполными. А может просто история изменилась...

Ох уж этот Гоша! То он организует школьный клуб «Хрю» и сам верстает журнал «Хрюнландия», преследуя благородную цель — защитить свиней от злой молвы. То отправляется с папой и младшим братом гулять и превращает всю дружную мужскую компанию в бандитов, валяющихся в снегу. То поддерживает папу в бунте против расточительства мамы и старательно составляет список того, что можно купить вместо билетов в Европу. Да, с такой семьёй у Гоши фантазия работает на все сто процентов, а то и больше!
И вот Гоша решает стать писателем. И знакомит Колобка с Гарри Поттером и тремя поросятами. Только маме с папой произведение почему-то не нравится — просто скучные они, правда? Но тебе-то наверняка придутся по душе сочинения талантливого школьника! Тем более он извлёк из опыта с Колобком урок: лучшие герои — не вымышленные, а настоящие.
Софья Ремез (родилась в 1983 году) умело стилизует свои небольшие — порой забавные, порой трогательные — зарисовки под заметки четвероклашки. Кто-то узнает в нём легендарных фантазёров из «Денискиных рассказов» Виктора Драгунского, кто-то — Диму Василькина из книги Виктории Ледерман. А всё потому, что это классические школьно-семейные истории, близкие и понятные читателям 8–11 лет. Отдельные рассказы из книги уже публиковались в журнале «Чиж и Ёж», но под одной обложкой вся коллекция собрана впервые. А оживила образы молодая талантливая художница Мария Рязанцева.

Момент истины настал! Хитроумно разыгранная комбинация русской контрразведки должна вскрыть истинные цели тех, кто жаждет смены правящей династии. Но риск огромен как для Меньшиковых, так и для самого Никиты. Не пора ли показать, на что способен носитель Пяти Стихий?

Вы не замечали, что все самое чудесное происходит с нами, когда мы этого совсем не ждем? Нет? А со мной именно так и случилось, и в такой момент, когда я уверилась, что ничего хорошего в моей жизни уже не произойдет, она останется такой же серой и унылой, как первые тридцать лет до этого момента. Еще недавно я была самой обычной среднестатистической россиянкой, без особых талантов, достижений, желаний, да и красотой вовсе не блистала, и считала себя обыкновенной неудачницей. Но в день моего тридцатилетия все изменилось, и обыкновенной меня теперь можно назвать только с очень большой натяжкой. Меня зовут Маргарита Снегирева, и это моя необыкновенная история…