Маруф-башмачник - Автор Неизвестен -- Древневосточная литература
И он велел глашатаю кричать в войсках, чтобы выставили палатки и делали многие приготовления, хотя бы пришлось для этого занять денег на расходы, и воскликнул: «Я не вернусь, пока не разрушу земель Абд аль-Кадира, не перебью его людей, не сотру его следов и не захвачу его имущества!»
И когда дошла весть об этом до сына его Ардешира, он поднялся с постели и вошел к своему отцу царю и, поцеловав перед ним землю, сказал: «О царь величайший, не затрудняй себя ничем, не собирай богатырей и воинов и не расходуй своих денег. Ты сильнее его. Когда ты соберешь против него это войско, которое с тобою, и разрушишь его землю и страну, убьешь его мужей и богатырей, захватишь его достояние, и убьешь его самого, дойдет эта весть и о том, что досталось ему и другим из-за тебя, до его дочери, и она убьет себя, а я умру из-за нее и никогда не буду жить после нее». — «Каков же будет твой замысел, о дитя мое?» — спросил тогда царь. И Ардешир ответил: «Я отправлюсь за тем, что мне нужно, сам и оденусь в одежду купцов и ухитрюсь добраться до девушки, и посмотрю, как удовлетворить мое желание и сблизиться с ней». — «Ты избрал этот замысел?» — спросил его отец. И царевич ответил: «Да, о батюшка».
И тогда царь позвал везиря и сказал ему: «Поезжай с моим сыном, радостью моего сердца, и помогай ему в его намерениях и береги его и направляй твоим верным мнением. Ты будешь ему вместо меня». И везирь отвечал: «Слушаю и повинуюсь!» А потом царь дал своему сыну триста тысяч динаров золотом и дал ому яхонтов, драгоценных камней, золотых изделий, товаров и сокровищ и того, что с этим сходно. И после того юноша вошел к своей матери и поцеловал ей руки и попросил ее помолиться, и она помолилась за него и тотчас поднялась и, открыв свою казну, вынула для сына сокровища, ожерелья, изделия из золота, одежды, редкости и все то, что сохранялось со времени прежних царей и чего не уравновесить деньгами. И царевич взял с собой невольников, слуг, животных и все, что бывает нужно в пути, со всем прочим, и принял обличье купца, вместе с везирем и теми, кто был с ними, и простился с родителями, родными и близкими. И они поехали, пересекая пустыни и степи в часы ночи и дня.
И когда продлилась для юноши дорога, он произнес такие стихи:
Влюблен и тоскую я, и боль моя все сильней, И нет против злой судьбы мне ныне помощника. Плеяды я стерегу, взойдут лишь, и ас-Симак[24], Как будто от крайней страсти стал богомольцем я. За утренней я звездой слежу, а как явится, Бросаюсь блуждать в тоске, и страсть лишь сильней моя. Я вами клянусь! — любовь на ненависть не сменил, И вечно не спит мой глаз, и страстью охвачен я. Мне трудно желанного достигнуть, я изнурен, И мало терпения без вас и помощников. Я все же терплю, пока Аллах не сведет с тобой, И ввергнет тем в горести врагов и завистников.А когда он окончил свои стихи, его ненадолго покрыло беспамятство, и везирь побрызгал на него розовой водой. А когда Ардешир очнулся, он сказал ему: «О царевич, укрепи свою душу — за стойкостью следует облегчение — и вот ты идешь к тому, чего хочешь!» И везирь до тех пор уговаривал царевича и утешал его, пока не успокоил его волнения, и они ускорили ход. Когда же показался путь царевичу долгим, он вспомнил любимую и произнес такие стихи:
Продлен отдаленья срок, тоска и любовь сильна, И сердце мое горит в огне пламенеющем. Седа голова моя — так сильно испытан я Любовью, и слезы глаз струею текут теперь. Тебе, о мечта моя, желаний моих предел, Клянусь я творцом вещей — среди них и листок и ветвь, Я страстью обременен к тебе, о мечта моя — Которую вынести не могут влюбленные. Вы ночь обо мне спросите — ночь вам поведает, Смежались ли веки глаз дремотой в часы ночей.А окончив говорить стихи, он заплакал сильным плачем и стал жаловаться на великую страсть, которую он испытывает, и начал везирь его уговаривать и утешать и обещал ему достижение желаемого. И они проехали немного дней и приблизились к Белому городу после восхода солнца, и тогда везирь сказал царевичу: «Радуйся, о царевич, полному благу и посмотри на этот Белый город, к которому ты направляешься». И царевич обрадовался сильной радостью и произнес такие стихи:
О други мои, влюблен я сердцем, безумен я, Любовь продолжается, и вечно со мною страсть. Как друга утративший, не спящий, рыдаю я, Когда опустилась ночь, нет милостивых в любви. А если подуют ветры, с вашей земли несясь, Прохладу я чувствую, на душу сходящую. И веки мои текут, как тучи, дождь льющие, И в море излитых слез душа моя плавает.А достигнув Белого города, они вошли и спросили, где хан купцов и квартал денежных людей. И когда их провели к хану, они поселились там и взяли для себя три амбара и, получив ключи, открыли амбары и внесли туда свои товары и вещи. И они оставались в хане, пока не отдохнули, а потом везирь стал придумывать, как ухитриться в деле царевича, и сказал ему: «Мне кое-что пришло на ум, и я думаю, что в этом будет для тебя благо, если захочет Аллах великий». — «О везирь благого разумения, делай то, что пришло тебе на ум, да направит Аллах твое мнение!» — ответил царевич. И везирь сказал: «Я хочу нанять для тебя лавку на рынке торговцев материей, и ты будешь в ней сидеть. Всякому — и знатному и простому — нужен рынок, и я думаю, что, когда ты сядешь в лавке и люди взглянут на тебя глазами, сердца склонятся к тебе, и ты станешь сильней для достижения желаемого. Ибо образ твой красив, и умы склоняются к тебе, и возвеселятся из-за тебя глаза». — «Делай то, что ты изберешь и хочешь», — сказал царевич, и везирь тотчас же поднялся и надел