Случайная попаданка для дракона. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова

— Определенно невероятная, — иронично хмыкаю я.

Так-то Алессандра тоже ничего. Не брюнетка, конечно, но уже декан, что тоже достойно восхищения.

— А уж какой удар был для ректора, когда она его бросила. — Девушка закатывает глаза. — Говорят, что у него с тех пор никого и не было.

Вот зачем мне эта информация? Но тем не менее я вслушиваюсь, как будто хочу в ней что-то найти полезное для себя.

Улыбаюсь натянуто и настойчиво прощаюсь с девушкой, так и не спросив ее имени. Наверное, это, в общем-то, в стиле Алессандры, поэтому я со спокойной душой ухожу в свою комнату.

— Как все прошло? — спрашивает с подоконника Сильвио, сладко зевая, как будто только проснулся.

— Ну… Я узнала, что ректор меня действительно может выследить. — Я показываю кольцо фамильяру. — А еще, что ректору нравятся сильные духом брюнетки и его бывшая будет в комиссии.

С цветка тут же спадает всякая сонливость.

— Ректор? Выследить? — Он всплескивает руками. — Ты как искать путь обратно собралась?

— Ну библиотека же публичное место? Вот… Начну оттуда. Завтра.

— Не начнешь.

— Почему?

— Если приедет проверка, тебе будет не до этого.

— Почему? А, кстати!

Хорошо, что я вспомнила.

— Нам обещали проверку артефактом. К чему мне быть готовой?

— К тому, что тебя раскусят на раз-два, — совсем сникает Сильвио.

— Почему? — Наверное, это вопрос вечера.

— Потому что любая твоя ложь тут же будет раскрыта.

О, так это что-то типа детектора лжи?

— Что ж, тогда я буду говорить правду, — пожимаю плечами.

Смотрю на столик, там уже стоит мой ужин. И это хорошо, что я решила начать ходить в столовую с завтрашнего дня. На сегодня мне достаточно общения.

Поужинав и приняв душ, я отрубаюсь, как будто не спала неделю. Но и это не помогает мне: я снова встаю слишком поздно, особенно учитывая, что завтрак проходит в определенное время, а туда еще нужно дойти!

Наспех собираюсь под неодобрительным взглядом Сильвио, застегиваю блузку и замечаю, что верхняя пуговка болтается на ниточке. Оглядываюсь в поисках иголки с ниткой, но… вряд ли такое богатство найдется у Алессандры.

Переодеваться мне некогда, Берту звать тоже. Ладно, скрещу пальцы, чтобы продержалась, пока я завтракаю, а потом, если что, постараюсь пришить.

Никогда мое появление не вызывало такой фурор. В нашем университете меня вообще не замечали, пока я не решила пойти против системы. Все у меня было правильно: прийти на работу чуть пораньше, уйти чуть позже, в срок сдавать все бумажки и не привлекать внимания начальства.

Жизнь Алессандры же всегда была чередой вызовов как себе самой, так и обществу. Она была заметна, все знали, как она себя ведет, как общается, и то, что она никогда не появляется в столовой.

Но сейчас столовая для меня — источник важной информации. Именно тут всегда обсуждаются самые острые и насущные темы, именно тут собираются самые интересные сплетни, и где, если не тут я лучше познакомлюсь с коллективом.

Однако я и подумать не могла, что, когда я зайду в столовую, наступит такая гробовая тишина. Черт.

— Приятного аппетита? — произношу я именно с вопросительной интонацией, как бы подразумевая «ну и что вы все уставились?».

Это срабатывает, и преподаватели предпочитают отвести взгляд. Ну и ладушки.

Активирую свое меню кристаллом, забираю поднос и устраиваюсь за одним из свободных столов, недалеко от самого большого скопления преподавателей.

— А можно я сяду с вами? — спрашивает вчерашняя беременная преподавательница и, не дожидаясь ответа, садится напротив. — А я вчера так и не представилась. Я Катрина Гу. Младший преподаватель с кафедры прикладной артефакторики. Ну и смотритель хранилища на полставки.

Чувствую на себе прожигающие взгляды. Все с вожделением ждут, как же я избавлюсь от этой Катрины. Но…

— Приятно познакомиться. Я же, полагаю, вы знаете, кто я?

— Конечно! Про вас столько всего рассказывали!

— Хорошего или плохого?

— Ну и хорошее тоже было, — уходит она от прямого ответа. — Вот например, как вы… Ой, нет… А! Вспомнила. Вы тогда… не, и это не то…

Она эмоционально всплескивает руками, задевает подносы, и мой чай растекается по столу.

— Ах! — Катрина прижимает руки к груди. — Я стала такая неловкая!

Взгляды, сверлящие мне спину, становятся поистине испепеляющим.

— Можете не напрягаться, — отмахиваюсь я, хотя мне было бы прям интересно узнать, что же приплели Алессандре, и вытираю салфетками стол. — Я знаю, какая я. Но всегда есть место разнообразию.

Она не замолкает весь завтрак, болтая то об артефактах, то о своей семье, то о подготовке к родам.

Мои попытки услышать хоть что-то важное, катятся в тартарары. Ну да ладно. Не последний день ем.

Закончив завтрак, я выхожу из столовой и, по-моему, уже привычно сталкиваюсь с ректором. Он снова хмурится, как будто я опять залезла в башню или сунула эссенцию Фургато прямо ему под нос.

— Магистр Орвелл, — нависает он надо мной, — у вас что-то случилось? Что-то с Бертой?

— А вас интересую-таки я или моя служанка? — отвечаю я, а сама нервно кручу болтающуюся пуговицу.

— Вы не ходили раньше в столовую, — произносит Ферст, отмечая мое движение и снова беспорядок во внешнем виде.

— Ну а теперь пришла. Проголодалась.

— Вы что-то опять задумали? Всю ночь придумывали план? — усмехается он.

— Вам ли не знать, где я была всю ночь и что делала, — огрызаюсь я.

— Ректор Ферст.

Слышится из-за спины Ферста низковатый женский голос.

— А я вас везде ищу.

И тут пуговица остается в моих пальцах, а края рубашки расходятся, создавая эффект декольте. И это, конечно же, не укрывается от ректора, взгляд которого буквально приковывает к моей груди.

— Эриан, я… — В поле зрения появляется эффектная брюнетка, а потом замечает меня, близко стоящего ко мне ректора и отлетевшую пуговицу в моих пальцах. — Что тут…

— Что тут… — Брюнетка останавливается, делает пару вдохов, а потом заканчивает фразу: — Что тут происходит, ректор Ферст?

Мне не приходится слишком долго думать о том, кто это. Почти всех преподавателей я уже запомнила в лицо (жаль, еще не по имени, но все впереди) — это просто