Безликий - Е. Юань
Прокручивая в уме эти мысли, юноша подошел к выходу. Даже не прибегая к помощи дверного глазка, он без труда вылепил в сознании четкий образ визитеров, стоящих по ту сторону порога:
Первой оказалась пожилая леди в черной плюшевой шляпке. Ее спина уже заметно сгорбилась от груза лет, а лицо избороздили глубокие, резкие морщины. Иссохшая, отдающая желтизной кожа резко контрастировала с темным, безупречно опрятным и строгим платьем.
Виски женщины густо посеребрила седина, однако синие глаза всё еще лучились живой, неуемной энергией. Сейчас она как раз смотрела на своего молодого спутника, выразительным кивком приказывая ему вновь дернуть за шнурок.
Этим самым спутником оказался мужчина лет двадцати с небольшим, обладатель точно такого же пронзительно-синего взгляда. Несмотря на сгущающуюся, промозглую сырость на улице, он щеголял в популярном среди джентльменов Баклунда черном двубортном сюртуке. Довершали образ шелковый полуцилиндр и изысканный галстук-бабочка, достойный светского раута. Казалось, этот педант ни при каких обстоятельствах не позволял себе и малейшей поблажки во внешнем виде.
Положившись на сверхъестественную интуицию «Клоуна», Клейн нажал на ручку и распахнул дверь за долю секунды до того, как колокольчик звякнул бы вновь. Расплывшись в вежливой улыбке, он произнес:
— Доброе утро, мадам, сэр. Поистине чудесный день: мне уже посчастливилось наблюдать солнце целых пять минут.
Слегка преувеличенные сетования на погоду были в Баклунде излюбленным, отточенным веками способом завязать светскую беседу.
— Истинно так. Обычно оно робко прячется за завесой тумана и хмурыми тучами, наотрез отказываясь радовать нас своим светом, — согласно закивала старушка.
Ее молодой спутник тем временем перешел к делу:
— Вы частный сыщик, Шерлок Мориарти?
— Совершенно верно. Чем могу служить? Прошу прощения, проходите, обсудим всё в комфорте за чашечкой чая, — Клейн отступил в сторону, освобождая проход, и гостеприимным жестом указал на диванную зону.
— О нет, в этом нет никакой нужды, — пронзительным, едва ли не срывающимся на крик голосом запротестовала пожилая леди. — Я не намерена терять ни секунды! Мой бедный Броуди всё еще ждет, когда я вызволю его из беды!
«Его?» — Клейн мгновенно уловил в ее речи неодушевленное местоимение, и в душе шевельнулось дурное предчувствие.
Безупречно одетый молодой человек утвердительно кивнул:
— Броуди — это питомец моей бабушки, мадам Дорис. Прошлой ночью кот бесследно исчез. Мы живем в самом конце этой улицы и уповаем на вашу помощь в поисках. В качестве награды я готов предложить пять сулей. Разумеется, если расследование потребует от вас чрезмерных усилий и времени, я гарантирую щедрую доплату.
«Искать кота? Выходит, ко мне обратились лишь потому, что я подвернулся под руку на той же улице…» — с тяжелым вздохом Клейн осознал, что реальность частного сыска оказалась бесконечно далека от его книжных идеалов.
«В такой ситуации я и впрямь выгляжу как настоящий клоун… Ладно, от первого же дела отказываться дурная примета — так гласит интуиция Провидца…» — выдержав небольшую паузу, произнес юноша:
— Не могли бы вы описать его поподробнее?
Старушка Дорис опередила своего молодого спутника и торопливо заговорила:
— Броуди — это очаровательный, невероятно игривый черный котик. Он абсолютно здоров, у него потрясающие зеленые глазки, а больше всего на свете он обожает вареную куриную грудку. О Богиня, прошлой ночью он просто взял и ушел! Нет, он наверняка заблудился! Я положила в его мисочку столько куриной грудки, а он даже не соизволил вернуться и взглянуть!
…Уголки губ Клейна поползли вверх, и он ответил:
— Я более чем удовлетворен вашим описанием, мадам Дорис.
— Я берусь за это дело. Что ж, отправимся к вам прямо сейчас. Мне необходимо осмотреть место, поискать зацепки и следы. Как вы прекрасно понимаете, суть любой дедукции кроется в деталях.
Мадам Дорис даже не подумала советоваться с внуком и с готовностью закивала:
— Вы самый решительный сыщик из всех, кого мне доводилось встречать. По рукам!
Клейн накинул плащ, водрузил на голову шляпу, подхватил трость и следом за пожилой леди и ее внуком вышел на улицу.
В отличие от Тингена, дороги во многих районах Баклунда были заново вымощены цементом или залиты асфальтом, так что даже в проливной дождь здесь не бывало непролазной грязи.
Воспользовавшись тем, что старушка бодро вышагивала впереди, указывая путь, ее внук поравнялся с Клейном и заговорщицки понизил голос:
— Я искренне уповаю на то, что вы приложите все усилия для поисков Броуди.
— С тех пор как мой дед и родители один за другим покинули этот мир, кот остался для бабушки едва ли не единственной опорой в жизни.
— После его исчезновения ее рассудок начал сдавать. У нее даже начались слуховые галлюцинации: она то и дело твердит мне, будто слышит, как бедняга истошно вопит.
Клейн со всей серьезностью кивнул:
— Я сделаю всё, что в моих силах. Кстати, я так и не узнал, как к вам обращаться?
— Юрген. Юрген Купер, старший солиситор, — отозвался молодой человек.
Вскоре они добрались до дома номер пятьдесят восемь по улице Минск и переступили порог жилища, выдержанного в тусклых, сероватых тонах.
— Вот мисочка Броуди, а это его любимая коробка — он вечно спал прямо в ней, — на изрезанном глубокими морщинами лице Дорис читалась дикая смесь тревоги и жгучей надежды.
Клейн опустился на корточки и выудил из коробки несколько черных кошачьих шерстинок.
Выпрямившись, он той же рукой, в которой зажимал шерсть, обхватил свою увенчанную серебром черную трость.
Карие глаза юноши стремительно потемнели. Делая вид, будто внимательно осматривается по сторонам, он принялся беззвучно чеканить про себя фразу для прорицания.
Его пальцы плавно разжались, отпуская набалдашник, но рука всё еще оставалась совсем рядом, так что ни Юрген, ни мадам Дорис не могли заметить поразительного факта: трость балансировала в воздухе совершенно самостоятельно.
В следующее мгновение черное дерево с серебряной инкрустацией слегка накренилось вперед и вбок. Трость валилась донельзя медленно, описывая крошечную амплитуду.
Клейн вновь перехватил трость и, устремив взор в указанном