Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис - Наталья Самсонова

«И щит надо подготовить к патенту». Я прикусила губу.

Что ж, я знаю, чем буду заниматься эти три дня.

Так оно в итоге и вышло. Работа с документами и расчетами занимала меня с рассвета до заката. Тетушка скучала и гоняла служанок то за пирожными, то за чаем. То с письмами к Анхелю.

Но рассказывать что-либо о своих отношениях она напрочь отказывалась:

— Маленькая еще!

— Кто первый родит девочку, тот и назовет ее в честь Астреи Ильгертон, — поддела я ее.

— Пф, — фыркнула Лукреция, — вы же даже целуетесь как дети, чмок-чмок – и по разным углам разбежались. А мы…

Тут она осеклась, кинула в меня подушкой и ушла пить чай в другую комнату. Потом, под вечер, тетушка пришла пожелать мне спокойной ночи, после чего буднично добавила:

— Я отказалась выходить замуж за Анхеля. Он обиделся. Так что не думаю, что вам стоит торопиться с рождением девочки. Я тебе не конкурент.

— Когда вы все успели? — тихо спросила я.

— Я любила его, — пожала плечами Лукреция. — Просто это было тихое, спокойное чувство. Да еще Анхель был слишком требователен и груб. Это сейчас я могу поставить его на место, а тогда просто гасла рядом с ним.

— Ты и сейчас не сказать, что горишь, — вздохнула я.

— Сейчас я сожалею о своем отказе. — Она присела на мою постель. — Но он выбрал не лучшее время.

Мы немного помолчали, после чего тетушка поднялась на ноги и решительно проговорила:

— Прости, мне не следовало вываливать это на тебя.

— А на кого же еще? — удивилась я. — Погоди – может, Анхель еще образумится. А если нет… Нужен ли он тебе такой обидчивый?

— Всю жизнь слова выбирать и следить, чтобы мой мужчина не плакал, — Лукреция нахмурилась, — ну или не слишком часто плакал… Да, наверное, ты права. В любом случае завтра заканчивается наше вынужденное сидение в четырех стенах!

«В одиннадцати комнатах», – хотела поправить ее я. Но не стала. Когда я закончила подготавливать патент, мне тоже стало тошно. А из окна мы видели суету, видели, как выводят закованных в цепи людей: Хайлен действительно устроил чистку.

Хотелось если не поучаствовать, то хотя бы посмотреть поближе. Узнать, почем нынче предательство. В Эрандаре берут золотом, а что в ходу в Вейарне?

Утром я не могла дождаться, когда с главной двери снимут щиты. Тем более что изнутри их было бы очень легко взломать!

— Терпи, — шипела тетушка. — Не пугай людей!

А Клотти и Элиза уже успели рассказать, что слуги в восторге от барьеров — якобы они самые-самые непробиваемые.

В общем, к тому моменту, как Хайлен наконец-то пришел, я уже была готова распустить простыни на ленты и вылезти в окно. Раз уж тетушка так рьяно защищает барьеры на двери!

— Я скучал, — выдохнул мой муж.

Выглядел он при этом настороженным. Как будто я могла передумать. Перечувствовать.

— Я тоже. У тебя тени под глазами.

— Многие достойные люди купились на блеск золота, — он покачал головой. — Еще и стекляшки эти…

— Лиаму удалось что-то еще вытянуть из райн-Велронда? — жадно спросила я.

— Многое, — серьезно ответил Хайлен. — Он рискнул сунуться в разум умирающего, из-за чего получил серьезные ментальные повреждения. Теперь пару лет просидит в своей башне. Позавтракаем? И я все тебе расскажу.

В этот момент Клотти и Элиза ввезли сервировочные столики.

— А я, пожалуй, прогуляюсь, — проговорила тетушка.

— Тебе не любопытно? — удивилась я.

На что она только закатила глаза:

— Для вас же стараюсь! К тому же ты ведь не промолчишь, расскажешь!

Но мне почему-то казалось, что больше всего она хочет найти Анхеля. Скорее всего, он даже не знает, что «обиделся». Все же прокусить его броню нелегко!

Служанки вышли, и Хайлен, пододвинув ко мне тарелочку с ароматной ветчиной, тихо сказал:

— Угощайся, любовь моя. Коптили на вишне.

— Ты оттягиваешь разговор. — Я подцепила кусочек аппетитного мяска и положила его на булку.

— Просто не знаю, с чего начать. — Он потер переносицу. — Вероятно, с новостей: Его Величество Этерланд Седьмой Эрандарский слег с тяжелой болезнью. Его супруга, венценосная Корринель Эрандарская, стала регентом при малолетнем сыне.

Кусочек ветчины застрял у меня в горле, и только чудом мне удалось не раскашляться. Это ж какая такая тяжелая болезнь уложила на лопатки короля нашей страны?!

— А герцогство Вейарна освобождено от налогов на двадцать два года, — добавил Хайлен.

— Ее Величество благодарит нас, — я сощурилась, — король и райн-Велронд были заодно?

— Верно, — кивнул мой муж. — И не просто заодно.

Я поняла, что все серьезно, ровно в тот момент, когда Хайлен развернул вокруг нас заглушающие чары.

— Все началось около пятидесяти лет назад, — проронил мой супруг. — Ее Величество Анна-Мария Эрандарская носила наследника престола, в то время как ее венценосный супруг проводил досуг с официальной фавориткой. Угнетало ли это королеву, нам неизвестно. Но зато мы знаем, что фаворитка захотела получить все: и внимание короля, и статус его супруги.

В этот момент я тихо ахнула. Мне вспомнился придворный маг Пэйски. И его история с рудниками.

— Да, — кивнул Хайлен, когда я спросила его о причастности колдуна. — Фаворитка короля вколола королеве иридрим в живот.

— Боги, — выдохнула я ошеломленно, — насколько это популярно?!

— Пятьдесят лет назад у королевской семьи были свои собственные снежные маги. Дети от вторых сыновей, фавориток и случайных любовниц. Если женщина беременела, ее осыпали драгоценностями, ну а ребенок… Ребенок служил родине.

Потрясенная, я лишь покачала головой. А Хайлен меж тем продолжил:

— Королева родила в срок обычного темноволосого ребенка. Ни единой седой прядки. Фаворитка была наказана, а помогавший ей Пэйски сослан на рудники. Прошло три года, и целители поставили неутешительный диагноз: магия мальчика заперта в его теле. Для родовых артефактов и Стелы Наследника это не имело никакого значения, и мальчик стал истинным наследником.

— Но он бы не смог управлять страной, — прошептала я. — Все завязано на магию.

— Именно, — кивнул Хайлен. — Все было бы иначе, если бы Пэйски не оказался в одном забое с Лиансером райн-Велрондом. Последний из рода, он был сослан на рудники за опасные эксперименты в