Корабль костей и зубов - Карина Халле

Она сияет от этих слов и снова запрокидывает голову к дождю, раскинув руки. — Мне это было нужно.

— Ты о дожде или обо мне? — спрашиваю я.

Ее глаза игриво порхают.

— Обо всем. Мне нужно было и то, и другое.

— Тогда, пожалуй, мы могли бы обсохнуть в наших каютах, — предлагаю я.

Радость на ее лице мгновенно исчезает.

— Только не в твоей каюте. Там сидит морская ведьма.

— Ах да, — вспоминаю я о Нериссе. Мне даже думать не хочется о ней и обо всем том, что она наговорила перед моим уходом. — Что ж, твоя каюта тесновата, но, возможно, ты не откажешься от компании.

Однако я замечаю, что при упоминании Нериссы ее осанка выпрямляется, а лицо становится более замкнутым. Мне не нравится этот ее взгляд. Я хочу, чтобы ее лицо снова озаряла та радостная, ничем не сдерживаемая улыбка.

— Я лучше сплю одна, — произносит она, слегка приподнимая подбородок.

Я изучаю ее пару секунд, пытаясь разгадать смену настроения. Я знаю, что она ненавидит морских ведьм, и на то есть веские причины, а уж Нериссу она возненавидит еще сильнее, если узнает, что та — сестра Эдонии. Я решу пока придержать эту информацию при себе, тем более что подозреваю, будто Нерисса лжет.

— Как бы ты ни спала, — говорю я, — я провожу тебя до каюты, хочешь ты того или нет.

Она ворчит в ответ, поворачивается и, прежде чем я успеваю предложить помощь, ловко карабкается вниз по веревочной лестнице так, будто проделывала это сотни раз прежде. Я смотрю на нее секунду, убеждаясь, что она в порядке, а затем спускаюсь следом.

К тому моменту, как мои ноги касаются палубы, она уже направляется к лестнице вниз. Проходя мимо Реми и Хорса у штурвала, которые хихикают и отпускают ободрительные шуточки, я лишь киваю им с видом полного начальственного достоинства. Мне ни к чему, чтобы завтра они обсуждали это со всей командой.

Я быстро следую за Марен вниз по лестнице на главную палубу, и она уже собирается шмыгнуть в свою каюту, когда я протягиваю руку и хватаю ее за локоть.

— Уверен, что не хочешь моей компании этой ночью? — понизив голос, спрашиваю я.

Она одаряет меня быстрой улыбкой.

— Кажется, я уже получила всё, что мне было нужно.

Затем она открывает дверь и захлопывает ее прямо перед моим носом.

ГЛАВА 32

Марен

— Где Рамзи? — спрашиваю я у Сэм, прикрывая глаза ладонью и оглядывая верхнюю палубу. До заката еще несколько часов, солнце низко клонится к горизонту, но все еще палит вовсю. За последние несколько недель я загорела больше, чем за всю свою жизнь, и это начинает сказываться на коже: веснушки темнеют, а бледность сменяется легким золотистым оттенком. Больше не нужно прятаться под зонтиками от солнца или тревожиться из-за королевских требований оставаться как можно более бледной и безупречной — я наслаждаюсь этими переменами во внешности.

— Кости должен читать мальчикам, — отвечает она, играя на скамье в нарды с Крузом, также известным как Исаак. — Он будет в моей каюте.

Я киваю и направляюсь к лестнице.

Прошла примерно неделя с тех пор, как мы с Рамзи предались страсти в вороньем гнезде. С тех пор я слегка избегала его, пытаясь привести мысли в порядок. Чувствую, как его слова начинают разрушать выстроенную мной защиту, они угрожают подорвать мою самостоятельность, и по мере того, как мы продолжаем пересекать океан, все становится лишь сложнее.

С того самого момента, как много лет назад я ступила на сушу, я знала, что совершила ошибку, и с тех пор пыталась найти способ ее исправить. Я была в ловушке, но все еще лелеяла мечты о возвращении домой, в морские глубины. Когда меня похитил Рамзи, эти мечты начали обретать реальные очертания. Это больше не было несбыточной тоской, ведь теперь у меня появилась надежда. Возвращение к истинной себе и своей прежней жизни оказалось на расстоянии вытянутой руки.

Но хотя Рамзи подарил мне эту возможность, он же — причина того, почему все вдруг стало настолько сложным.

Потому что я не хочу расставаться с ним, но при этом не создана для его мира. Мое место там, где я родилась. И если нам суждено расстаться в конце пути, какой смысл испытывать то, что я чувствую?

Ведь я что-то чувствую. Нет, не просто что-то. Я чувствую всё. Со всех сторон, и это озаряет тьму внутри меня, дарит совершенно иную надежду, заставляя верить, что все мои сожаления стоили того, если в итоге привели к нему. Когда я смотрю на него сейчас, внутри все начинает ныть от постоянной тоски и жажды — даже тогда, когда он стоит прямо передо мной. Я чувствую себя связанной с ним так, что сама не понимаю, и дело здесь вовсе не в его метке.

Кажется, я уже сама пометила его.

Я боюсь, что мое сердце уже считает его моим.

И теперь он открывается мне, а я тону в его словах, в нашей безумной страсти, в том, как он заставляет меня чувствовать, но в его комнате сидит ведьма. И в конце концов мне придется сказать «прощай». И мы не сможем быть вместе по-настоящему. И все же, все же, все же…

Впрочем, я больше не хочу избегать его. Если в конце концов я покину его мир ради того, которому принадлежу, это значит, что у нас осталось совсем немного совместного времени. Я могла бы и дальше держаться на расстоянии, как делала все эти дни, лишь кивая ему на палубе и отводя глаза, когда он слишком долго смотрит на меня. Но тогда я не проведу оставшееся время так, как должна.

Теперь я знаю: как ни крути, но будь я с ним или нет, сказать «прощай» будет больно — это рассечет меня ровно пополам. Я не могу притворяться, будто это не так.

Поэтому теперь я хочу использовать всё оставшееся время. Здесь, в открытом море, среди этих чудесных спокойных дней, когда жизнь течет легко, а команда вернулась к привычному ритму, мы преодолеваем немалые расстояния, и я знаю, что мы уже близко к суше — со дня на день должны показаться береги Новой Испании.

Путешествие подходит к концу.

Я спускаюсь по лестнице и останавливаюсь у двери капитанской каюты. Если он в каюте Сэм с мальчиками, значит, его покои должны быть пусты, а я как раз собиралась снова поговорить с Нериссой.

Я открываю дверь, оглядываюсь,