Деньги не главное, главное – деньги - Сергей Викторович Гришин
Конечно, я рванул в Алматы, плохо понимая, чем придется заниматься. Наверно, в 23 года это нормально. Уже на месте Тимур сообщил мне, что открывает инвестиционную компанию, и я буду его замом.
Тем временем, кто-то «стуканул» московским квартирным ворам, что я уехал, и те украли все мои накопления. Почему-то я держал их у себя дома, а не в банке. Кажется, был напуган какой-то очередной банковской реформой. Все-таки низкая финансовая грамотность – не очень смешно, когда речь идёт о тебе самом.
Короче говоря, мне ничего не оставалось, как с головой окунуться в брокерский бизнес в новой для себя стране. Тимур выдал мне долларов 200 на первое время – этого хватило, чтобы снять квартиру. Так меня первый раз вышвырнуло из зоны комфорта непреодолимой силой обстоятельств.
На самом деле, в то время я еще не думал о том, что происходящее со мной – всерьез и надолго. Рассчитывал в лучшем случае заработать тысячу баксов и вернуться обратно в Москву. Устроиться куда-нибудь в тот же HR.
Насколько понимаю, Тимур тоже не мечтал, что эта история принесет ему миллиарды. Но она принесла. Сегодня он – на седьмом месте казахстанского списка Forbes с состоянием более двух миллиардов долларов.
Становление Freedom Finance – отдельная большая история. О ней я обязательно расскажу. Пока лишь отмечу, что чутье Тимура сработало. Или это все-таки был план? Фирма, в штате которой состояло всего три человека, считая меня, за несколько лет стала крупнейшей инвестиционной компанией Казахстана. Фактически, заняла весь рынок, а можно сказать, что сформировала его. И собрала все сливки. Это очень благотворно сказалось на толщине наших электронных кошельков. А затем протянула щупальца за границу – открыла филиалы в странах бывшего СНГ, в Германии и, наконец, в США. Вышла на технологическую биржу NASDAQ.
Я был вторым человеком в этой компании – заместителем Тимура по фронт-офису. Это подразделение непосредственно взаимодействует с клиентами. Те самые продажники, которых я раньше видел в американских фильмах про Wall Street, теперь находились в моем оперативном подчинении. Я был успешным менеджером. По крайней мере, наши результаты свидетельствуют об этом. Параллельно начал пользоваться услугами, которые сам же продавал, – играть на бирже. Это и принесло мне мой основной капитал. Как? Простой ответ: я вёл себя самым благородным образом – рисковал.
И был, наверное, самым удачливым клиентом нашей компании. Хотя получилось не сразу. Несмотря на высокий пост, у меня самого никаких акций не было. Чтобы это исправить, Тимур дал мне полторы тысячи долларов: «Вложи куда-нибудь, а то ты как сапожник без сапог». В 2011 году начинался замес в Сирии. Я рассуждал так: «Сейчас американцы введут войска, цены на нефть взлетят, как во время войны в Ираке». Но нефть не взлетела, и я все потерял.
Через некоторое время накопил 10 тысяч долларов и попробовал вновь. На этот раз все сложилось. Далеко ходить не стал – воспользовался советами наших аналитиков и нашим же доступом к IPO крупных компаний.
Все началось с Twitter. Размещение бумаг прошло как нельзя лучше. В первый же день торгов акции растут на 70 %. Я тут же продаю – теперь у меня 17 тысяч. Вкладываю их в авиакомпанию Virgin America – рост на 50 %, продажа, и теперь я располагаю 25 тысячами баксов. Через неделю покупаю акции финансовой компании Lending Club – взлет на 100 %, и теперь у меня 50 тысяч…
Через полгода я дошел до полумиллиона, а лет за пять – до 10 млн долларов.
Кажется, это невероятная история. Не знаю больше никого, кто умножает свои 10 тысяч долларов в тысячу раз на торговле акциями. У того же Freedom Finance огромное количество клиентов. И, главное, множество сотрудников. Но ни один из них не смог повторить моего успеха. Хотя что им мешало, особенно сотрудникам? Может быть, они просто сами до конца не верили в то, что делают?
Отмечу, что повторить мой успех сейчас куда сложнее. В то десятилетие на IPO одна за другой выходили крупные высокотехнологичные компании, созданные на «бесплатных» деньгах. Теперь ФРС США подняли ключевую ставку до пяти с лишним процентов. На это стартапы Кремниевой долины не рассчитаны. Сейчас они переживают не самые простые времена, им не до первичного размещения.
Кстати, интересно, что бы выросло в Кремниевой долине за последние 25 лет, если бы деньги тамошним стартаперам доставались по 15–20 % годовых, как это было у нас в те времена, когда начинали свой путь «Яндекс», «Вконтакте» и другие нынешние российские IT-гиганты? Но ладно, проехали. Идем дальше.
Вскоре я выработал свою базовую тактику. По-прежнему вкладывался только в IPO, но теперь продавать акции в первый же день торгов не мог. Это было невыгодно тем, кто размещал бумаги, – их только выставляют на продажу, а они тут же снова к тебе возвращаются. Когда объем операций, совершаемых Freedom Finance, достаточно вырос, наши американские партнеры ввели так называемый lock-up. Это значит, что крупным инвесторам запрещается продавать только что приобретенные акции в течение определенного срока – обычно трех месяцев. Бумаги, которыми торговала Freedom, попадают под эту «заморозку». А значит, в течение трех месяцев я ни на что не могу повлиять.
ГЛАВНОЕ – ЧЕСТНО СКАЗАТЬ СЕБЕ, В ЧЕМ ТЫ НА САМОМ ДЕЛЕ РАЗБИРАЕШЬСЯ, А В ЧЕМ ТОЛЬКО ДУМАЕШЬ, ЧТО РАЗБИРАЕШЬСЯ.
Вот и хорошо, решил я. Дело в том, что у меня «шило в попе». Неусидчивость заставила бы меня ежеминутно хвататься за телефон, проверять состояние дел и принимать необдуманные решения. А в перспективе трех месяцев, как правило, акции всех хороших компаний растут, надо лишь ждать и не дергаться.
Я уже давно не работаю во Freedom Finance, занимаюсь своим бизнесом, но инвестирование по-прежнему обеспечивает мне львиную долю дохода.
Как я принимаю решения о том, акции какой компании приобретать?
Знаменитый Уоррен Баффет однажды сформулировал концепцию под названием «круг компетенций». Ее суть в том, чтобы выбирать для инвестиций бизнес, в котором ты хоть что-нибудь понимаешь. У каждого есть свой круг компетенций, сформированный благодаря образованию или жизненному