Зарубежный детектив 2026-36 - А. Дж Квиннел
– Все ваши импульсивные поступки похожи на хорошо продуманные. Зашли в открытые ворота, сожгли документы, напали на моего спутника…
– Я просто очень испугался. Вы ворвались ко мне с тем, кто знал ту женщину, поэтому захотелось быстро что-то предпринять. Кстати, у меня есть что рассказать о нем. Каким бы я ни был сомнительным типом в ваших глазах, но кто бы не закричал, увидев, с каким страшным лицом смотрит на тебя человек, только что пробравшийся по стене к твоему окну. Он разбил его и оказался в комнате. Конечно, это очень подозрительно, что я пытался сжечь документы, но это была попытка обезопасить себя.
– Теперь вы просите меня доказать вашу невиновность? – холодно отреагировала Кёнэ. В ответ на это Морияма рассмеялся, словно демонстрируя, что у него больше нет слов.
– Я не про убийство. Меня это не особо интересует.
– Не интересует? Вы же знаете свое положение.
– Знаю. Но даже если удача отвернется от меня и мою вину докажут, срок не будет очень долгим. Тесть знает многих судей в этом генерал-губернаторстве. Я переживаю за другое. Мой корейский, конечно, не так уж хорош, но за эти несколько дней я изучил все, что было в шкатулке. Рукописи я не нашел, но обнаружил много других странных документов. Очень скоро приедет мой тесть. Рукопись сама по себе не представляет никакой ценности, но он может разгневаться из-за сплетен о моей измене жене. Найдите эту рукопись. Я имею право ее получить. Я сделаю все, что скажете.
– Рукопись, говорите.
Кёнэ хотела выдохнуть с облегчением, но сдержалась, чтобы не показать эмоций. Выходит, Морияма не имеет отношения к убийству. Смерть Соны никак не могла ему помочь. Кёнэ тут же расстроилась.
– Раз для вас это так важно, надо было просто дать денег и выкупить ее, – пробормотала девушка раздраженно.
Если найти рукопись важнее, чем быть подозреваемым в убийстве, можно было просто заплатить. Для обеспеченного мужчины подчиняться угрозам какой-то кореянки более унизительно. Морияма замолчал, вызывая у Кёнэ какое-то странное чувство, и внимательно смотрел в глаза собеседницы.
– У меня есть несколько вопросов, – сказала она.
– Если вы исполните мою просьбу, то можете спрашивать о чем угодно.
– Я поняла. Если найду рукопись, я вам сообщу.
Тут его лицо осветилось. Кёнэ сказала, что обязательно свяжется по поводу рукописи, но речи о том, что она будет активно ее искать, не шло. Кроме того, девушка не упомянула, вернет она рукопись или избавится от нее.
– Когда вы обнаружили тело, что было вокруг?
– Я был в растерянности и вряд ли что-то смогу рассказать, но я помню, что она лежала на полу. На шее – отчетливые темно-синие следы от веревки, а в комнате царил ужасный беспорядок. Я подумал, что в доме уже побывал грабитель.
– Как вели себя пчелы?
– Пчелы?
– Да, на месте происшествия были пчелы. Они сосредоточились где-то в одном месте или летали по всему дому? Разумеется, вы не специалист и не обязаны все знать, но, может, вы заметили что-то странное или услышали странные звуки?
Морияма на какое-то мгновение замешкался. Эмоции на лице были чересчур искренними, Кёнэ даже засомневалась, может, он все же говорил правду.
– На самом деле я понятия не имею, о чем все вокруг говорят. Когда я пришел, никаких пчел там не было. Если бы они там были, я сбежал бы не раздумывая и всего этого не случилось бы.
* * *Двое мужчин с крайне недовольным выражением лица ждали Кёнэ на улице. Один был в пальто европейского стиля, другой в полицейской форме. Забавно, что оба были корейцами. Инспектор помахал Кёнэ и произнес:
– Следуйте за мной.
Комната, куда он ее привел, была хранилищем улик. Все улики по делу об убийстве были собраны здесь. Орудие убийства, образцы пчел, воск, который обнаружили на потолке, пузырек с лекарством, куда подмешали морфий, шкатулка из дома Мориямы. Взгляд Кёнэ упал на вещь, которую она видела впервые. Инспектор надел кожаную перчатку и показал небольшой деревянный ящик. Это был улей, который используют для разведения домашних пчел. На столе стояло четыре таких ящика.
– Полиция обыскала лес рядом с домом и нашла вот это.
Инспектор указал на драгоценности, которые пропали из дома убитой. Все они были как один большой комок грязи. Кёнэ, взяв носовой платок, вытащила из кучи маленькую книжку. На обложке виднелась размытая надпись.
«Белый камень», 1936 год.
– Достаточно увидели? – резко спросил инспектор.
– Нет наручных часов.
Из списка вещей, о которых говорила домработница, здесь не было часов. Небольшого размера наручные часы, которые часто носили современные женщины того времени.
– И еще деньги.
Чисон говорила, что из кладовой пропали восемьдесят вон. Немаленькая сумма.
– Все эти вещи нашли у ручья. Можно предположить, что Морияма забрал их с собой, чтобы изобразить ограбление, и по дороге