Зарубежный детектив 2026-36 - А. Дж Квиннел
Ханиль совсем поник. Кёнэ вспомнила слова инспектора о том, что Сона в последнее время многим из своего окружения давала в долг. Можно было предположить, что это деньги для соратников по социалистическому движению, которое занимало все более прочные позиции в мире.
Служанка спустилась со второго этажа. Ее застывшее лицо не выражало никаких эмоций.
– Приношу извинения, но господин Морияма не встречается по таким пустякам. И он просил передать, что в Корее существуют строгие нормы этикета, по которым недопустимо являться ночью без предупреждения.
Ханиль недовольно скривил лицо и произнес:
– Своим делом займитесь!
Он оттолкнул женщину и уверенно поднялся по лестнице. Сотрясая воздух громкими криками, она не смогла остановить дерзкого гостя столь крупного телосложения и через несколько мгновений замолчала, взглядом умоляя гостей внизу утихомирить их товарища. Но вместо этого Кёнэ тоже бросилась вверх по лестнице. Тона, чуть замешкавшись, последовал за ней.
Дверь в комнату была заперта на замок. Ханиль громко постучал, но ответа не последовало. Кёнэ приложила ухо к двери. В комнате послышалось странное шуршание и явные признаки присутствия человека.
– Там кто-то есть? – спросил Тона.
Кёнэ утвердительно кивнула. Он огляделся, увидел окно и стал снимать верхнюю одежду.
– Что ты делаешь?
– Когда мы подходили к дому, я увидел окно той комнаты. Можно попробовать залезть через него.
– Это второй этаж!
– При падении с такой высоты не умирают.
Ханиль посмотрел на смельчака и сказал с улыбкой:
– Вот ты смешной!
Кёнэ с замиранием сердца смотрела, как Тона медленно пробирался вдоль стены. Завернув за угол, он исчез из поля зрения. Через несколько минут послышался звук бьющегося стекла, затем раздались крики, шум борьбы и что-то повалилось на пол.
– Ломаем дверь!
Выкрикивая ругательства, Ханиль принялся ногами бить в дверь, но она не поддавалась. Служанка, в отчаянии обхватив голову руками, причитала что-то по-японски. Кёнэ быстро огляделась по сторонам. На глаза ей попался маленький железный табурет. Она схватила его и ударила по дверной ручке. После нескольких неудачных попыток ручка сломалась и упала на пол. Ханиль резко открыл дверь.
В комнате было очень душно, несмотря на холодную погоду. В наполненной жаровне ярко горели угли. Между ними почти рассыпались в пепел остатки сгоревшей бумаги, а рядом лежала раскрытая шкатулка. Тона удерживал на полу бледного мужчину с растрепанными волосами и царапиной на лице. Кёнэ дрожащей рукой подняла с пола шкатулку. Небольшого размера, декорированная перламутром шкатулка с цикадой.
«Серебряная шпилька, двойное нефритовое кольцо, пять или шесть пар серебряных и золотых колец, наручные часы, сборник стихов и перламутровая шкатулка с изящной инкрустацией в виде цикады. А еще пропали восемьдесят вон».
В голове звучали слова домработницы Чисон. Ханиль, будто прочитав мысли Кёнэ, пробормотал:
– Здесь Сона хранила документы. Это ее вещи.
Морияма дернулся и выкрикнул по-японски:
– Подождите! Я могу все объяснить.
Тона еще крепче схватил его за запястье и заломил руку за спину. Послышались жалобные стоны.
– Мы не нуждаемся ни в каких объяснениях. Вызываем полицию!
От этих слов Морияма побледнел.
* * *В кабинете полицейского участка было довольно темно, но приятно прохладно. Для подозреваемого в убийстве места было более чем достаточно. Морияма сидел в углу, обхватив голову руками. В сумраке комнаты его бледное лицо напоминало лицо покойника.
Работник Мориямы, испугавшись полиции, рассказал, что в день убийства двадцать пятого числа его хозяин, разгневавшись, куда-то ушел, примерно в полночь, а вернулся под утро, держа в руках какой-то сверток размером с человеческую голову, и все содержимое спрятал дома. Так обычно поступают воры. В итоге Морияма был арестован на основании представленных показаний и улик, обнаруженных в его доме. Но его посадили не в камеру, как преступника, а в отдельную комнату, которая использовалась как склад и куда обычно сажали корейцев по предварительному обвинению. Тона был категорически против, когда Кёнэ предложила встретиться с подозреваемым один на один.
– Это очень опасно. Мы не знаем, что он может выкинуть.
Инспектор Сато дал разрешение на встречу только для одного. Тона остался наедине со своим гневом, а Кёнэ вошла в комнату. Морияма все так же сидел на стуле, обхватив голову руками. Она молча наблюдала за ним. Мужчина был такого же возраста, что и Тона, правда, меньше ростом и более худощавый, но достаточно сильный, чтобы перелезть через забор дома убитой девушки. На пальце виднелась ороговевшая мозоль – след от частого использования ручки.
Он не выглядел как человек, использующий физическую силу. Убийца душил жертву, стоя у нее за спиной, и для этого особо не надо прикладывать усилий. Если правильно выбрать угол, такое может сделать даже ребенок. Кёнэ села напротив.
– Сона писала про вас в своих рассказах?