Что скрывает прилив? - Мария Орунья

– Ни тени, ни отблеска, ни отражения? Подумайте, пожалуйста. Не торопитесь.

Молодой человек, не колеблясь и секунды, отрицательно покачал головой. Он мало что мог прояснить им в связи со вчерашними событиями, разве что у Валентины сложилось впечатление, что он не слишком опечален смертью Юдит Помбо. Конечно, экипаж судна ее почти не знал, но у лейтенанта сразу возникло подозрение, что большой любовью покойная у команды не пользовалась.

Беседа с Микаэлем Дубахом тоже оказалась не слишком плодотворной. Крепкий швед смотрел прямо в глаза и отвечал с очень заметным акцентом, тяжеловесными короткими фразами, но не сообщил ровным счетом ничего нового. Старший механик показался лейтенанту человеком, который одним своим присутствием успокаивает и говорит с прямотой того, кому нечего скрывать.

– Значит, вы все время оставались в машинном отделении.

– Пока не услышал крик, мадам. Тогда я поднялся и помог ломать дверь.

Валентина проследила по плану корабля передвижения шведа и убедилась, что его показания соотносятся со словами капитана и первого помощника.

– А сколько времени вы работаете с этим экипажем?

– Сколько? Нисколько, мадам. Я встретил их месяц назад, меня наняли через судоверфь. Хорошие люди.

– Да, хорошие люди… А Юдит Помбо… тоже казалась хорошим человеком?

Микаэль лукаво ухмыльнулся, явно принимая правила игры.

– Я видел мадам только два раза. Когда нанимался и вчера вечером. Среди плохих она не самая худшая.

– Среди плохих?

Он пожал плечами. Ухмылка стала шире.

– Она была из тех дамочек, что не выносят разговоров о деньгах.

– Не выносят разговоров о деньгах? – Валентина поняла, что имел в виду механик. – О деньгах не говорят те, кто по-настоящему богат, вы об этом?

Микаэль Дубах одобрительно ухмыльнулся и скрестил руки на груди, будто показывая, что ему нечего добавить. Окончание беседы действительно оказалось чисто формальным – механик просто засвидетельствовал случившееся прошлым вечером. От разговора с японцами – поваром и официанткой – пользы было еще меньше, к тому же их пришлось ждать, поскольку они не числились в постоянном экипаже судна, их нанимали только на конкретные мероприятия. Капитан Алонсо объяснил Валентине, что на ежедневных рейсах работает только один официант, а для ужинов и вечеринок приглашают дополнительный персонал из кейтеринговой компании.

Повар Макото Усуи и красавица-официантка Суки Ито могли поведать об этом деле только то, чему были свидетелями, а видели они немного. Оба рассказали о том, что произошло на корабле начиная с момента, когда из каюты раздался крик Юдит. Крик и затем приглушенное, обессиленное “нет”. Повар и официантка все время стояли у двери и остались там же, когда старший механик ее выбил, их показания подтверждали слова членов экипажа “Хиральды”.

Валентина приходила во все большее замешательство. Если дверь каюты Юдит была у всех на виду, как мог кто-то войти туда и выйти, оставшись незамеченным? Когда Юдит закричала, все гости находились в салоне, как и капитан. Повар и официантка были на кухне. Оставались только первый помощник Тимотео Комесанья на палубе и Микаэль Дубах в машинном отделении. Неужели эти двое – единственный шанс найти объяснение этому невероятному событию? Нет, это тоже невозможно. После того как Юдит закричала, из запертой каюты никто не выходил.

Валентина пришла к выводу, что если не обнаружится какой-нибудь потайной ход, то первого помощника и старшего механика тоже можно вычеркнуть из подозреваемых. На данный момент, пока нет подробного отчета от криминалистов об устройстве каюты, она могла только констатировать, что ситуация исключительная. Валентина сделала несколько звонков, выясняя, где сейчас находятся гости вчерашнего злополучного ужина.

Ей сообщили, что Василь Раллис и Пабло Рамос в теннисном клубе, как и Марко Фьоре с Росаной Новоа. А все остальные практически в двух шагах оттуда, на Ла-Магдалене, где проходит спортивная конференция. Интересно, что никто не изменил своих планов, несмотря на драму, разыгравшуюся всего несколько часов назад и буквально на их глазах. Даже Маргарита, личный секретарь погибшей. И это, возможно, характеризовало Юдит Помбо куда красноречивее, чем самое подробное досье.

Лейтенант собиралась поговорить с членами семьи жертвы, но пока было достаточно того, что их опросили агенты морслужбы, и до середины дня она могла оставить родственников наедине с их горем. А пока что она решила опросить гостей, находящихся в теннисном клубе, до которого было совсем недалеко.

Валентина с Ривейро пришли к одному и тому же выводу: после беседы с членами экипажа круг подозреваемых можно сразу сократить на пять человек. Разумеется, предварительно. Итого в списке остается только восемь имен. У молодого человека на коляске не было возможности легко перемещаться по кораблю, но и его нельзя исключить. У кого же из этих восьмерых был мотив?

До спортивного клуба они добрались минут за десять, хотя движение на дорогах уже стало оживленным. Вход на территорию клуба располагался совсем рядом с воротами на полуостров Ла-Магдалена, и с первого взгляда было понятно, что за безупречно выбеленной стеной и зелеными воротами скрывается спортивный комплекс отнюдь не на каждый кошелек. Клуб был основан в 1906 году на месте бывшего велодрома и в том же году удостоился визита королевского семейства. Красивые и тщательно подобранные интерьеры тем не менее создавали впечатление простоты и функциональности, тут не было вычурной роскоши, которую готовилась увидеть Валентина. Старинные черно-белые фотографии в зеленых рамах, развешанные на стенах теннисные ракетки, старомодная, но добротная мебель.

Валентину и Ривейро встретил молодой администратор, который, узнав, что перед ним полицейские, неприкрыто растерялся. Он провел их на террасу, откуда открывался вид на грунтовые корты. Справа было кафе, и в открытые двери Валентина заметила на стенах полки с вымпелами и кубками.

Длинная терраса была заставлена столиками, многие заняты – члены клуба пили кофе и прохладительные напитки, наблюдая за игрой. Это был особый теннисный мир. Администратор попросил их подождать, а сам спустился на один из кортов, где тренировался привлекательный молодой человек, темноволосый и очень загорелый. Он явно выкладывался на максимум, издавая протяжные крики каждый раз, как посылал мяч на сторону соперника. Правда, игра велась не совсем обычно – допускалось два отскока мяча от корта. Молодой человек был на инвалидной коляске.

Валентина поняла, что это Пабло Рамос, паратеннисист международного уровня, который вчера вечером гостил на шхуне. Администратор переговорил с человеком, стоявшим у края корта, и вскоре вернулся на террасу в сопровождении своего собеседника. Это был мужчина лет шестидесяти, невысокий, с ежиком седых волос и загорелым лицом. Морщины на лице походили на карту его жизни.

– Здравствуйте, я Хулиан Рамос, отец Пабло Рамоса, – представился он.

Администратор незаметно ретировался – вероятно, сообщить начальству, что в клуб явилась гражданская гвардия.

Валентина и Ривейро поздоровались с сеньором Рамосом, и тот попросил их подождать, пока его сын примет душ после тренировки.

– Это займет всего пару минут, ему нельзя переохлаждаться, он должен себя беречь. Скоро ему выступать на турнире, нельзя пустить все насмарку. Ведь достичь того, чего достиг он, было непросто.

– Могу представить, – согласилась Валентина. – Пять минут?

– Обещаю. Большое вам спасибо, он скоро будет. Видите, – он указал на Пабло, который уже выезжал с корта, – тренер, который приехал с ним из Барселоны, его проводит. Пабло тут же к нам присоединится.

– Все в порядке, не беспокойтесь… Так ваша семья живет в Барселоне?

– Пабло – да, пару лет как перебрался