Кукла для зверя - Ника Долгина

Все эти действия сопровождались одобрительным гулом «зрителей», кровь с разбитого лица жертвы падала на бетонный пол, но никто из присутствующих и не пытался вмешаться.

Избиение, судя по звукам глухих ударов, продолжалось, Лера замерла ни жива, ни мертва, откинувшись всем телом на стену и бессознательно ища опору в этом жестоком мире. Девушка крепко зажмурила глаза, хоть никогда раньше и не замечала себя в трусости.

Было предельно ясно, что никто из присутствующих здесь мужчин не остановит бойню, и на секунду она представила, как с диким криком бросается вперёд и под взорами изумлённой публики пытается спасти несчастного, но вот только это вряд ли его спасёт, скорее окончательно погубит её.

Все эти мысли как табун испуганных лошадей метались в её голове, разгоняя панику. Она думала, что видела уже всё, и испугать её больше — просто невозможно, как вдруг ощутила прикосновение к ноге.

Страх липкой парализующий волной пополз вдоль позвоночника, и она всерьёз рассматривала мысль никогда больше не открывать глаза, чтобы не видеть всей той жути, что готовила ей реальность.

* * *

Лера открыла глаза, посмотрев перед собой. Шок от ситуации не отпускал, но она с превеликим облегчением поняла, что это пришёл пёс. Он, видимо, решил, что она всё же нуждается в сопровождении, и с опозданием, но решил предоставить ей свой эскорт.

Девушка, отправляясь в дозор, забыла впопыхах захлопнуть дверь своей комнаты, чем и воспользовалось животное.

Задними лапами он стоял на верхних ступенях, а передними спустился к ней, вяло виляя хвостом, и не демонстрируя даже ничтожный процент радости, каковую бы проявлял при виде хозяина.

Видимо, ей несказанно повезло — огромная псина не сопроводила своё появление громким лаем, видимо, интуитивно отмечая, что хозяин занят, и не может уделить ему должного внимания.

Всё бы ничего, да вот только занятость эта была чёрным по белому прописана в Уголовном кодексе, что, впрочем, вряд ли занимало их с хозяином думы.

Лера решила, что увиденного ей хватит не на один поход к психотерапевту, и стала осторожно продвигаться вверх, по возможности пытаясь абстрагироваться от звуков и запахов, усилием воли унимая расшалившуюся фантазию.

Собака бесшумно засеменила следом.

Прошло ещё несколько бесполезно мучительных дней и ночей, счёт которым уже шёл на третий десяток...

Как-то, выйдя из ванной, Лера обнаружила в комнате платье, туфли и аксессуары. Рядом лежали указания — будь готова к восьми.

Господи, только не это. Началось!?!?

Красная шелковая тряпица на кровати на тонких бретелях-цепочках (у него явно фетиш на цепи!) вызывала в ней те же чувства, как в разъярённом быке — хотелось топтать её ногами и рвать на куски, но девушка заставила себя остыть.

Она не имеет право на ошибку, всё это время успешно балансируя на краю пропасти, она медленно, но верно возвращала себе уверенность в завтрашнем дне и приводила расшатанную психику в порядок.

Вот уже много дней они с хозяином дома умудрялись сосуществовать параллельно, практически не пересекаясь. Еду ей приносили в комнату, не беспокоили и не докучали, она имела возможность читать книги и выходить на террасу.

Вот только один вопрос мучил её день и ночь — зачем она здесь? Ради чего весь этот цирк был затеян? Какой у хозяина интерес?

Дни складывались в недели, и ничего не происходило. У него проблемы с психикой? Он купил куклу, кормил её, купал, укладывал спать, купил одежду. Зачем?!? На больного он не походил, выглядел нормально, говорил связно и чётко.

Но вот только всё происходящее не укладывалось в рамки нормальности, как ни крути. Чего он ждал? Сегодня она узнает.

Лера три раза переоделась после душа, выдавая свою неуверенность и страх перед неизвестным. Сначала она была просто взбешена его попыткой указывать ей что надеть. Она надела джинсы и толстовку, решив, что сама знает, что носить.

Почти сразу запал пропал, и она снова засомневалась, а правильно ли поступает? Вдруг это разозлит его, что, в свою очередь, нанесёт вред и ей? Что там творится в его голове?

Блуждать в дебрях чужого сознания — дело сложное, эмоционально и психозатратное. В конце концов, до сих пор она подчинялась воле хозяина, и её существование было относительно комфортно и безопасно.

Девушка снова переоделась, но, взглянув на себя в зеркало, оцепенела — яркая атласная ткань мягкими волнами легла на кожу, повторяя все изгибы и выпуклости тела, подчёркивая стройную фигуру и полностью открывая спину.

В прошлой жизни она не рискнула бы надеть ничего подобного, разве что перед любимым мужчиной и в приватной обстановке. Соблазнять хозяина дома она не собиралась, но платье было предназначено именно для этого.

Выйти в этом на люди — означало сделать весьма недвусмысленное предложение, вряд ли это можно истолковать как-то иначе.

Что бы ни говорили ярые феминистки о свободе выбора одежды и информированном согласии, но это одеяние, не далеко ушедшее от нижнего белья, не просто намекало — оно кричало о том, что его обладательница не прочь привлечь к себе вполне конкретный сексуальный интерес.

Девушка вновь сняла наряд и в растерянности уселась на край кровати. Она боялась ослушаться приказа, но надеть это означало навлечь на свою голову новые неприятности. Да уж, дилемма была та ещё.

Времени уже оставалось в обрез, когда она решила придерживаться золотой середины — она наденет платье, но то, которое выберет сама. Благо, от скуки она разобрала все пакеты с вещами и аккуратно развесила их в гардеробной.

Ещё тогда она присмотрела вполне скромное чёрное платье карандаш с кружевными рукавами фонариками, и, хотя не собиралась никогда надевать большую часть этих вещей, воспользовавшись лишь необходимым минимумом, именно оно сейчас пришло на ум как спасение.

Лера быстро облачилась в наряд, в очередной раз изумившись, как точно и красиво оно село по фигуре, оглядела себя в зеркало — её вид оказался не таким скромным, как ожидала девушка, но и не таким откровенно чувственным, как первый вариант.

Высокая грудь привлекала внимание к декольте, ткань облегала фигуру как вторая кожа, но под него хотя бы можно было надеть бельё. Обувь она оставила ту, что выбрал хозяин дома. Волосы забрала в высокий пучок на затылке, украшения проигнорировала.

За пару минут до назначенного времени дверь отворилась без предупреждения, и Владислав вошёл в комнату. Ему хватило доли секунды, чтобы окинуть