Дневник мертвых бывших - Эмма Шиммерман

Я оставляю ее там нетронутой.

Мне нужно сделать две заметки для доски обсуждений, подготовиться к контрольному опросу и закончить набросок, но вместо этого я хожу туда-сюда по своей комнате. Я смотрю на свои цели, приклеенные к зеркалу, и снова повторяю их.

– В этом году ты получишь высшую оценку по всем своим предметам. Ты не попадешь в неприятности. Ты не позволишь никаким парням тебя доконать. Ты напишешь свою первую книгу. – На этот раз я чувствую себя менее уверенно, произнося их.

Я пишу Тай и спрашиваю, не слышала ли она сегодня что-нибудь еще про Райана и было ли это самоубийством, несчастным случаем или убийством. Она отвечает, что не слышала, только то, что «Фи Дельте» назначили условный срок за то, они позволили вечеринке выйти из-под контроля.

Я заказываю пиццу и приступаю к работе над своими заданиями. Когда я добираюсь до наброска, я делаю перерыв. Теперь, когда я знаю, какое это имеет значение, мне кажется важным выбрать тему для рассказа. В моем приложении для заметок на телефоне есть бесчисленные идеи для историй, и порой я даже начинала что-то писать, но сейчас все они кажутся недостаточно хорошими. У меня все еще есть завтрашний день, напоминаю я себе и почти захлопываю ноутбук, но перед этим получаю уведомление по электронной почте со знакомого адреса. В моей папке «Входящие» находится неоткрытое письмо от [email protected], без указаний в строке темы, и я знаю, что это Майлз Холланд, профессор, с которым у меня в прошлом году была интрижка, закончившаяся тем, что его попросили подать в отставку. Я нерешительно нажимаю «открыть».

От кого: Майлз Холланд ([email protected])

Тема:

Можем мы поговорить?

Нет, Майлз, не можем. Я удаляю письмо и закрываю ноутбук. Спустя мгновение я чисто из любопытства задаю его имя в графу поиска на своем телефоне. Первые несколько результатов касаются книги, написанной им несколько лет назад. Я кликаю на сайт издательства, чтобы прочитать его биографию. Его книга «Тени над Стоун Холлоу» находится в самом верху. Честно говоря, я ее никогда не читала, но я знаю, что это детектив. Его любимый жанр. Я прокручиваю биографию под ней.

Майлз Холланд – удостоенный премий автор, известный своими леденящими кровь историями и захватывающим повествованием. Родился и вырос в Нью-Йорке, окончил Колумбийский университет, где и сформировалась его страсть к литературе. Когда он не пишет, Майлз любит путешествовать с женой Кейт и своей собакой Лосем.

Должно быть, устарелая биография, потому что у него больше нет жены. По крайней мере, после интрижки со мной. Я еще раз прокручиваю страницу вниз и вижу его фото, отчего чувствую тошноту в желудке. На меня в ответ смотрят глаза цвета океана за очками в проволочной оправе, с усмешкой, всегда производящей впечатление, будто он хочет поделиться тайной. Должно быть, это тоже старое фото, сделанное до того, как в уголках его глаз сформировались слабые морщинки от смеха, а его виски слегка поседели. Этот Майлз выглядит молодым, подозреваю, лет под тридцать. Сейчас он как минимум лет на десять старше, чем на этом фото.

– Фу, – шепчу я про себя и перехожу на предыдущую страницу.

В этот момент мой взгляд привлекает факультетская страница Университета Айви-Гейт, на которой сказано, что с этого года он там преподает. Я сажусь в постели, уставившись на страницу. Мы с Холландом прошлой ночью были в одном и том же городе, в одном и том же кампусе, и я даже не знала об этом.

Я решаю обойтись без бокала, когда открываю вино и пью прямо из бутылки.

Мои ноги начинают гореть, когда я устанавливаю наклон беговой дорожки на десятку. Я снова пишу Тай, чтобы спросить, слышала ли она что-нибудь. Сейчас полдень понедельника: должно быть, уже весь ее университет говорит об этом. Она сообщает мне в ответ, что они все еще не знают причины. Мой телефон снова вибрирует, и я немедленно хватаю его. Это сообщение с незнакомого номера, содержащее только лишь фото. Я открываю его и вижу смятый листок бумаги, на котором что-то написано. Я приближаю его и ахаю, отчего телефон выпадает у меня из рук, падает на дорожку и отлетает на пол. Я резко останавливаю тренажер и мгновение стою неподвижно, переводя дыхание, задаваясь вопросом, уж не померещилось ли мне. Это выглядело как копия моего дневника, а именно страница про Райана. Я разворачиваюсь, чтобы подобрать свой телефон, но его уже поднимает с пола Эшер. Я выхватываю у него телефон, прежде чем он успеет увидеть фото на экране.

– Я просто пришел, чтобы обсудить с тобой дальнейшие шаги, – говорит он.

– Что?

– С Уэсом…

– У меня сейчас нет на это времени, Эшер.

Я слезаю с беговой дорожки и обхожу его. Он следует за мной.

– А у тебя есть время разбираться с тем, что Марисса и Анника узнают твою тайну?

Я медленно поворачиваюсь:

– Еще один из моих бывших только что умер на этой неделе, придурок.

Я смотрю, как у него вытягивается физиономия, пусть даже всего на мгновение, и чувствую самодовольство, зная, что теперь ему, вероятно, стыдно. Он больше ничего не говорит, так что я разворачиваюсь, чтобы уйти. Отойдя от него подальше, я опять смотрю на свой телефон, снова открывая фото, и на этот раз под ним есть сообщение.

Я знаю, что это написала ты.

У меня немедленно кружится голова. Я снова смотрю на надгробную речь.

Мы собрались здесь сегодня, чтобы помянуть Райана Ости, или же это Колтон умер, хм… я ведь всего лишь «бухая стерва», что просто не могу их различить. Я не так уж и долго знала Райана. Все касательно нашей маленькой интрижки было коротким. Все, если вы понимаете, о чем я. К сожалению, Райан погиб, когда притворялся Колтоном. Они довольно-таки часто это делали, и у них весьма хорошо получалось. Имея армию друзей, чтобы подтвердить их липовые истории и притворство друг другом, они каждый раз выходили сухими из воды. Только не в этот раз. Прощай, Райан. Возможно, кто-то и будет по тебе скучать, но не я, поскольку я вечно так пьяна, что, вероятно, просто продолжу принимать Колтона за тебя. Благодаря моему бесстыдному пьянству ты будешь жить вечно. Жалость-то какая.

Ох, нехорошо это выглядит. Совсем нехорошо.

Кто это?

Я стою там, глядя на экран, ожидая.

Они нашли это у него в кармане. Я сказал им, что это ты написала. Именно поэтому ты его столкнула? Из-за затаенной обиды трехлетней давности?

Должно быть, это Колтон. Мои руки трясутся так сильно, что я