Следователь по особо важным… телам 18+. Том 2 - Игорь Некрасов

— Всё понятно с вами, девочки.

— Ну что-о-о? — хором протянули они и снова засмеялись.

— Я… не знаю, — я развёл руками. — Скрывать не буду: вы красивые, прям офигенные, и всё такое. И член у меня стоит так, что сейчас лопнет. Но всё же…

— Так, короче! — Оля решительно выставила ладонь вперёд. — Хватит болтать. Сейчас мы всё сами сделаем. Да, Саф?

— Ага, — Сафира уже приподнялась и кивнула мне на диван: — Откинься, Илья. Сядь поудобнее. И забей на всё.

Оля легонько толкнула меня в плечо, и я послушно откинулся назад, упираясь спиной в мягкую обивку. Сердце колотилось как бешеное, в голове — ни одной связной мысли.

— Щас кайфанёшь, — пообещала Сафира, опускаясь на колени рядом с Олей.

Оля хитро улыбнулась, глядя на меня снизу вверх, и потянулась к моим трусам. Одним движением стянула их вниз, и член снова выбрался наружу — твёрдый, пульсирующий и довольный. Оля переглянулась с Сафирой, и в этом взгляде было всё: и азарт, и предвкушение, и что-то ещё — интимное, понятное только им двоим.

А потом… они одновременно опустили головы.

Уф-ф, главное, чтобы потом не пожалеть самому, — мелькнула последняя здравая мысль, прежде чем всё окончательно растворилось в ощущениях.

Оля взяла член в руку, провела пальцами по стволу снизу вверх, чуть сжала головку и, не теряя ни секунды, обхватила её губами. Тёплый и влажный ротик сомкнулся вокруг меня, и я чуть не застонал в голос. Она взяла член глубоко, до основания, задержалась там на секунду и сглотнула — я почувствовал, как стенки её горла сжались вокруг головки, — и так же медленно выпустила его обратно. Затем она повторила, всего пара таких движений — глубоких, размеренных, — и она отстранилась, уступая место подруге.

— Давай, Саф, — на выдохе произнесла Оля. — Присоединяйся.

— С удовольствием, — промурлыкала Сафира и наклонилась.

Её губы оказались чуть прохладнее — виски со льдом давал о себе знать, — но язык работал не менее старательно. Она не пыталась брать глубоко, вместо этого сосредоточилась на головке: обводила её по кругу, скользила по уздечке, легонько посасывала, создавая вакуум, от которого у меня поджимались пальцы на ногах. Серебряные шарики пирсинга в её сосках покачивались в такт движениям, и я не мог оторвать от них взгляда.

Оля, видимо заскучав, хитро улыбнулась и наклонилась ниже, затем я почувствовал, как её тёплый, влажный язык коснулся яиц — сначала легко, почти невесомо, будто она пробовала их на вкус. Потом стала действовать увереннее: она обвела каждое яичко по кругу своим шаловливым язычком, а затем аккуратно взяла одно в рот и чуть присосалась.

Я тут же зажмурился до искр в глазах.

— М-м-м, ну как тебе? — пробормотала Оля, отстранившись на секунду. — Согласись, кайф!

Я просто кивнул, не в силах выдавить ни слова. Голос куда-то пропал, остались только ощущения — и они говорили громче любых слов.

Боже, что же они делают… Это просто невероятно! — проносилось у меня в голове. — 'Две красивые, полуголые девицы — и обе у моего члена.

Они отсасывали мне слаженно, меняясь ролями, — будто делали это сотню раз. Я же мог лишь вцепиться пальцами в подушки дивана и просто дышать, боясь, что кончу прямо сейчас, и всё это закончится.

Спустя минуту уже Оля облизывала головку — медленно, по кругу, с той самой чувственной неторопливостью, с какой она ранее прикусывала мою губу. Её язык скользил по уздечке, обводил края, иногда она чуть втягивала головку губами и тут же отпускала — дразнила.

А Сафира в это время вылизывала яйца с таким старанием, словно это было нечто очень важное. Её язык был везде — тёплый, влажный, настойчивый, — и каждый раз, когда она чуть втягивала мошонку в рот, по моему позвоночнику пробегала горячая волна.

Движения девушек становились всё увереннее, всё ритмичнее, а потом — на какую-то долю секунды — они будто сбились с общего темпа. И вместо того чтобы снова меняться, обе одновременно повели губами по стволу. Снизу вверх — Оля, сверху вниз — Сафира. Их губы встретились где-то посередине, скользнули друг по другу — всего на миллисекунду, влажно, почти невесомо, — и разошлись.

А в следующий миг они добрались до головки — уже вместе, одновременно, — и, не сговариваясь, присосались к ней с двух сторон. Их губы нежно и в то же время яростно сомкнулись вокруг головки, и она на мгновение просто исчезла — затерялась между ними, между двумя ртами, двумя языками, двумя голодными женщинами, которые, кажется, наконец нашли то, что искали весь этот вечер.

Я смотрел на них, не в силах оторваться. Казалось, они это почувствовали и подняли глаза — сначала друг на друга, потом на меня. Переглянулись. И улыбнулись — прямо там, не отрывая губ от моего члена.

Улыбка была понимающей, заговорщицкой, будто они только что без слов договорились о чём-то, о чём я мог только догадываться. А затем они присосались с новой силой, и на какое-то время я просто потерялся в ощущениях: два горячих языка, двое влажных губ, сплетающихся у самой головки так, что я уже не понимал, где заканчивается один рот и начинается другой.

Но спустя несколько секунд они, не сговариваясь, отстранились — одновременно, будто им в голову пришла одна и та же мысль. Они снова переглянулись, и Оля едва заметно кивнула, и этого хватило.

Сафира снова наклонилась и взяла член в рот — на этот раз глубоко, до самого горла, и замерла так, не двигаясь. Где-то внизу живота в этот момент уже нарастал тугой, горячий узел, что требовал разрядки, пульсируя в такт сердцу. Сафира, всё так же держа член глубоко, чуть сжала губы, и я застонал — не в силах больше сдерживаться.

А Оля снова подхватила яичко своими сладенькими губами и жадно присосалась, но, заметив, как я реагирую на её подругу, видимо, не захотела ей проигрывать. И, не отрываясь от моих яиц, запустила руку куда-то ниже, и тут я почувствовал, как чей-то палец — влажный, скользкий от слюны — коснулся моего ануса.

Я чуть не подпрыгнул на месте, а в голове пронеслось: «Воу-воу-воу! Что за дела? Это что еще за анальное нападение?» Затем я уперся ногами в пол и чуть отодвинул таз, одновременно с этим выставляя руку вперёд и говоря:

— Стоп-стоп-стоп! Давайте без этого!

Девушки замерли, а затем, спустя неловкую и очень долгую секунду, Сафира подняла голову и выпустила член изо