След смерти - Андреас Грубер

— Угадала, разумеется. — Вики расхохоталась и закатила глаза. — Просто я не могу сказать тебе, кто это. Ему бы это точно не понравилось.

Леа в последние годы не раз ломала голову над этой загадкой, но так ни к чему и не пришла.

А я, кажется, догадываюсь, — снова, после долгого молчания, подала голос Камилла. Только ты мне всё равно не поверишь.

Музыка стихла.

— Слава богу, — вырвалось у Леа, и голос Камиллы ей удалось заглушить.

Вики лишь приподняла бровь. Современного смартфона у неё не водилось — только старый кнопочный телефон, — а стриминговыми сервисами она из принципа не пользовалась. Пришлось подняться с шезлонга и спуститься в гостиную, чтобы поставить новую пластинку.

— Можно что-нибудь другое? — попросила Леа.

— Хайно или Ханси Хинтерзеера? — ехидно отозвалась Вики.

— Не паясничай. Что угодно, только не этот грохот.

— Тогда пошли, сама выберешь. У тебя всё-таки день варенья. Но не больше двух альбомов, договорились? А после — домой, пока ты окончательно не обкурилась. Да и мигрень меня не отпускает.

— Бедняжка… Одного альбома с лихвой хватит.

Леа поднялась, унесла бонг в комнату и двинулась следом, уже отчётливо чувствуя, как действуют алкоголь и трава.

— И этот таинственный тип правда от тебя без ума?

— Представь себе. Ему нравятся простые, прямые, дерзкие и приземлённые женщины вроде меня — а не разряженные гламурные цыпы вроде тебя.

— Ну это уже нечестно, — возмутилась Леа. — Никакая я не гламурная цыпа.

— Ещё какая! По сравнению со мной — несомненно. — Вики хмельно рассмеялась и прикрыла рот ладонью, подавляя отрыжку. — Я бы ни за что не сумела, как ты, рассекать на этих «стилетто».

— Это не «стилетто», а обычные туфли на шпильке, — поправила Леа. — На, примерь. — Она скинула туфли и подтолкнула их к сестре. — В них фигура смотрится куда выигрышнее.

— Обойдусь я без выигрышной фигуры…

Вики оперлась рукой на перила у верхней площадки и натянула туфли, но держалась в них довольно нелепо. Неуклюже ковыляя, она принялась передразнивать Леа, подняла бокал и чокнулась в её сторону:

— Да проще простого. Видишь?

— А если вот так — всё ещё проще простого?

Леа чуть сильнее, чем рассчитывала, толкнула её в плечо.

— Твоё здор… ой!

Лодыжка Вики подвернулась, её повело назад.

— Осторожно!

В Леа мгновенно пробудились отточенные годами рефлексы телохранителя: она рванулась, схватила сестру за руку, пытаясь удержать. Но та в панике вырвалась, отчаянно замахала руками, выплеснула остатки шампанского и всем корпусом опрокинулась назад.

Как деревянная доска, Вики рухнула навзничь на ступени и по инерции проскользила вниз. У подножия лестницы она замерла неподвижно.

От лица Леа отхлынула кровь. Бокал разбился при падении. Вики всё ещё судорожно сжимала в кулаке ножку, но жестоко распорола руку о зазубренное стекло, и кровь тонкими струйками стекала меж пальцев на деревянный пол. Голова была вывернута под неестественным углом, застывший взгляд упирался в стену.

Не в силах сдвинуться с места, Леа стояла на верхней площадке и ошеломлённо смотрела вниз.

— Вики?

Голос сорвался. Медленно, в одних чулках, она начала спускаться. Под ногами хрустело стекло; она осторожно нащупывала каждую ступень.

— Вики?

В ответ — тишина.

— Прости… я не хотела… это случайность, — прошептала она, отчаянно убеждая себя, что её вины в случившемся нет.

Тебе непременно нужно было обкурившись дурачиться с ней на лестнице, — внезапно всплыл в голове голос Камиллы. И это при том, что ты прекрасно знаешь: оступаться тебе больше нельзя — с тех самых пор, как ты застрелила того юнца-грабителя в супермаркете.

— Я думала, он тянется к оружию…

А он не тянулся.

— Замолчи! Может, ничего страшного и не случилось. Мне только нужно вызвать «ско…»

Серьёзно? Ты что, не видишь, как вывернута её шея? Как позвонки выпирают под кожей?

Леа отчаянно не хотела этому верить, но Камилла, как всегда, была права. Вики не дышала, её открытые глаза казались совершенно безжизненными. От шока, выбросившего в кровь изрядную порцию адреналина, Леа в одно мгновение протрезвела.

Она сошла с последней ступеньки, склонилась над сестрой, ощупала раздробленные шейные позвонки, затем двумя пальцами нашла сонную артерию.

Пульса не было.

Если нам сейчас пришьют причинение смерти по неосторожности, обе сядем минимум на год. Ты это понимаешь?

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 18

Пока зал «Быстрых свиданий» захлёбывался в общем гвалте, Сабина уже шагала за Снейдером к коридору с табличкой «туалеты». За её спиной Мию коротко и сухо брала в оборот того самого парня, что подсунул Анне Бишофф меню через стол.

— Вы арестованы.

Металлически щёлкнули наручники.

Сабина выдохнула и прибавила шагу. Коридор встретил её темнотой.

— Проклятье, — выругался Снейдер.

Под его ботинками хрустнуло стекло. Вот откуда темнота: Анна разбила лампы на стенах. Знала, что за ней кинутся. На её беду, коридор оказался тупиком — в самом конце темнели лишь две двери уборных.

Сабина выхватила «глок» и дослала патрон. Снейдер шагнул в мужской туалет, она — в женский. Белая плитка, химический запах розового освежителя, тихое журчание фонтанчика. Пусто. Обе кабинки — ни души. Узкое окно на уровне глаз, через которое теоретически можно было уйти в переулок за рестораном, оказалось лишь приоткрыто на проветривание. Мимо.

— Сюда! — донеслось из-за стены.

Сабина метнулась на голос. В мужском туалете тоже никого не оказалось — кроме Снейдера, — но здесь окно стояло нараспашку. Под ним — комод. По полу рассыпались свечи, бумажные полотенца, рулоны туалетной бумаги.

Снейдер уже балансировал на комоде, перекидывая ногу через подоконник. И в этот миг с пешеходной улицы грянул выстрел. В ответ — визг, крики.

— Вас задело?

— Нет. Быстрее! — прохрипел Снейдер, подтянул вторую ногу и спрыгнул вниз.

Сабина сунула «глок» в кобуру, одним прыжком взлетела на комод, дёрнула карниз, проверяя на прочность, ухватилась за него и ногами вперёд перевалилась через подоконник.

Она была моложе, проворнее, ниже ростом и куда спортивнее Снейдера. Едва ботинки коснулись брусчатки, в её руке снова был пистолет, — а Снейдер, тяжело дыша, ещё только оправлял сбившийся пиджак.

Улица словно вымерла. Лишь несколько прохожих жались к фасадам напротив и смотрели с тем оцепенелым ужасом, какой бывает перед чужой смертью.

Одного взгляда хватило, чтобы понять всё.