Мера удара. Заиндевелые лица в сумерках - Сергей И. Венедов
— О чём ты думаешь? — тихонечко спросила Вера.
— О том же, о чём и ты.
Их голоса отозвались эхом в добротных стенах конюшни. Адам наклонился и подобрал с пола обрывок бумажки, принесённый ветром. Вера улыбнулась:
— Аккуратист ты мой…
— Ты ведь знаешь, что посторонний предмет может очень раздражать породистого жеребца. Как нас — мышь или лягушка в ванной комнате.
На ступеньках огромного деревянного дома в стиле альпийского шале их ждал высокий худой человек в элегантной шерстяной куртке в шотландскую клетку. Время и возраст, безусловно, оставили свои отметины на лбу и щеках мужественного лица, но из-под козырька стильной кепки на приезжих смотрели строгие и ясные серые глаза и торчали мальчишеские желтоватые, ещё не совсем седые вихры. В ногах у мужчины в величавом спокойствии замер тёмно-коричневый пойнтер.
В доме оказалось много окон, повёрнутых к солнцу, заходящему в самом конце долины, отчего внутри всё светилось как днём, несмотря на время заката. Середину просторной гостиной занимал длинный стол, способный принять добрую дюжину членов семьи или друзей. Слева в гостиной стояли широкий кожаный диван и несколько удобных кресел, а правую часть заполняла аудио- и видеоаппаратура, судя по маркам, самых последних образцов, что на фоне полок, заполненных компакт-дисками и DVD, выдавало другую страсть хозяина, кроме лошадей. Закрытая сейчас двустворчатая дверь в стене правой части гостиной выходила на ступеньки, ведущие к большому бассейну, вероятному месту летнего отдыха и ничегонеделания. Глаза Веры и Адама осторожно, но внимательно фиксировали все эти детали пока ещё не своей обстановки, наполнявшей их сердца необычным теплом.
— Если вас не затруднит, позвоните мне, как только примете окончательное решение…
— Обязательно, сразу же… — отозвался хозяин. — Не скрою, что у меня есть и другие кандидаты…
Адам широко улыбнулся.
— Не сомневаюсь… на такую красоту желающих должно быть предостаточно… Но прошу об одолжении — позвоните нам первым.
О чём и договорились.
Ужин прошёл без разговоров о владении и его покупке, новости культурной жизни в столице обменивались на сведения о том, какие местные красоты следует посетить: Архыз кроме раскрученной марки отличной минеральной воды в последнее время обзавёлся замечательными туристскими маршрутами. Мясо, приготовленное хозяином на гриле просто, без особых затей и претензий, оказалось на удивление вкусным и хорошо шло под рядовое итальянское вино из Тосканы.
Сон был крепким, а предложенный завтрак — сытным и быстрым. И уже в машине на обратном пути в аэропорт Вера, отгоняя не покидавшее её чувство смутной тревоги, долго смотрела в зеркало на удаляющиеся добротные здания шале и конюшен, бесконечное зелёное поле с лошадками и горы с белоснежными вершинами.
— Может, надо было ещё остаться на ночь, — неуверенно произнёс Адам.
— Хорошо бы, но ведь мы не можем…
Ну он-то этого никак не мог забыть и знал, что сегодня вечером их будут ждать друзья.
— Крайневы и Черемисины обещали быть как штык, — сказала Вера как бы между прочим, — наша ферма их интересует, и если мы хотим купить здесь, то…
Они обменялись взаимно ободряющими улыбками и уже до самого аэропорта молчали, слушая по радио классическую музыку.
* * *
Темноты он боялся больше всего. А темнота повсюду была кромешной. Мало того что на улице практически не было ни фонарей, ни деревьев, стены одноэтажных домов были выкрашены тёмно-серой краской, в темноте казавшейся чёрной. Как будто хотели не только подчеркнуть его одиночество, отчаяние и ненужность, но и наказать ещё сильнее. Кто бы ни попал в этот серый квартал, машинально начал бы искать штольни и терриконы, хотя это была не Караганда и не Кузбасс, а всего лишь задворки большого города на Волге, от убогости которых сжималось горло. Подойдя к одному из серых домов, Фефа дотянулся рукой до низкого окна, немного нажал створку и, когда она поддалась, легко вскочил на ящик с противопожарным инвентарём, проник внутрь квартиры и оказался, судя по всему, в детской комнате. Несколько секунд постоял возле окна, разглядывая в полумраке кукол, рассаженных на маленькой кроватке, сложенные в углу игрушки, маленький деревянный стульчик у такого же маленького столика, торшер возле кроватки с абажуром, разрисованным сказочными персонажами, и красный трёхколесный велосипед возле шкафчика с одеждой. Его замешательство прервал щелчок ключа во входной двери. Фефа быстро вышел из комнаты и прижался к стене в узком коридоре, ведущем к двери. Маленькая девочка вошла первой, за ней проследовал старик с неизменной сигаретой во рту, в старомодном драповом пальто по сезону и тёплой фуражке. Оба удивленно, но совсем не испуганно уставились на незваного гостя и замерли, не зная, что делать. Фефа не отрывал взгляда от девочки, от её слишком серьёзного лица.
— Кто вы такой и какого чёрта вам здесь нужно? — вполголоса произнёс старик.
Он забыл закрыть входную дверь, и в квартиру ворвался холодный ветер с улицы, и в детской комнате от сквозняка захлопало открытое окно.
— Ну и? Чего вам надо? Что это за манера являться так в дом к людям? — проворчал старик. — Я заметил вас вчера на той стороне улицы, на тротуаре.
Фефа, продолжавший смотреть на ребёнка, вздрогнул, как будто его испугал вопрос. Он сунул руку в карман куртки, вытащил несколько помятых банкнот и положил на тумбочку возле входной двери.
— Это для неё, — глухо произнёс он, кивком головы указывая на малышку.
Девочка подняла не него взгляд и удивлённо смотрела, как незнакомый дядя исчезает в проёме двери, которую старик медленно закрывал с сердитым лицом.
* * *
В первом кабинете плакала женщина в синем пальто. Вот уже три дня как пропал её муж вместе с собакой, породистым шпицем, и похоже, ей больше было жалко собачку, чем мужа. Она просила объявить в розыск обоих. В кабинете напротив сидела пожилая пара, умолявшая провести расследование на предмет задушенной племянницы, потому что не верила, что в двадцать