Дочки-матери - Алина Дягилева

Лиса поджала губы и с тоской посмотрела в окно. Неужели мама не понимает, что это так не работает? Что нельзя просто взять и найти себе друзей? Просто вот пойти в магазин, встретить соседских детей и начать с ними дружить? Неужто ей и правда кажется, что все так вот просто? Она что, сама никогда не была подростком? Но все же она встала и кивнула:

– Ладно, я схожу. Давай деньги. И покажи на карте, где этот магазин.

Мама улыбнулась и потянулась за сумочкой с кошельком и телефоном. С тех пор, как они сюда переехали, мама могла целый день не брать в руки телефон. Она говорила, что у нее информационный детокс. Судя по всему, телефон так и пролежал в сумке всю ночь и мама брала его сегодня в руки впервые. Она показала Лис магазин на карте, вручила карточку, потом Лиса не спеша умылась, почистила зубы, переоделась и вышла из дома.

На улице ярко светило солнце. Пройдя несколько шагов по дорожке в сторону калитки, она внезапно повернулась и посмотрела на окно своей комнаты. К ней вернулись воспоминания о минувшей ночи и о тени, которая прошмыгнула перед ее окном. Сейчас, при ярком свете солнца, все случившееся казалось какой-то ерундой. Окно ее комнаты было большим, оно занимало практически всю стену спальни. Рядом было еще одно такое же окно – в спальне родителей. На окнах висели белые занавески, которые закрывали обзор, зато хорошо была видна клетка с Ронни, стоящая прямо на подоконнике. Лиса подумала, что, когда вернется из магазина, нужно будет вынести кролика погулять на травке. Городской житель, как и она, он никогда до переезда не бывал на воле, и прогулки во дворе перед домом пришлись ему по вкусу. Лиса только немного беспокоилась, что он потеряет голову от радости и ускачет.

Посмотрев еще несколько секунд на окна, Лиса повернулась и пошла к калитке. Стараясь слишком откровенно не пялиться, она скосила глаза и попыталась рассмотреть дом соседей справа, где жил мальчик со своим папой. Во дворе у них было пусто, но сквозь открытое окно на первом этаже доносились звуки работающего телевизора. Мальчика нигде не было видно.

Наконец Лиса дошла до калитки и вышла на улицу. Вспомнила карту, которую показала ей мама, и неуверенно двинулась налево – мимо пустого дома и мимо следующего, с жителями которого, судя по всему, уже познакомилась мама, счастливыми обладателями огромной библиотеки. Когда она поравнялась с их крыльцом, то увидела веселого лысого мужчину, который стриг лужайку и пританцовывал в такт музыке, которая, видимо, играла в его огромных наушниках. Увидев Лису, он широко улыбнулся и помахал ей рукой. Лиса неуверенно махнула ему в ответ и ускорила шаг. Никакого мальчика своего возраста заметить она не успела.

Через десять минут она наконец подошла к магазину. Минимаркетом его, конечно, можно было назвать с большой натяжкой. Скорее, это был ларек, размером, наверное, с ее комнату. Рядом с магазином, почти вплотную, стояла старая бытовка, такие обычно используют строители, пока занимаются постройкой дома на участке. Лиса видела, что в поселке все еще строится много домов, и на многих участках с полувозведенными коттеджами стояли такие вот фургончики. А этот, судя по всему, пришел в негодность, и его тут бросили.

Между бытовкой и магазином были навалены доски, старые стулья, скамейки, ящики и коробки. На них расположились подростки. Лиса заметила их, еще когда подходила к магазину, а они, конечно же, заметили ее. Среди них был и тот мальчик, ее сосед справа. Он стоял, опершись на стену магазина, темная прядь свисала ему на лицо. На секунду она замешкалась, вспомнив мамины слова о том, что хорошо бы с кем-нибудь познакомиться, но тут же решила, что это бред – вот так подходить знакомиться, ей же не пять лет, не может же она просто подойти и сказать: «Привет, я Алиса, давайте дружить», поэтому она решительно прошла мимо, потянула на себя дверь и вошла в магазин.

Там она купила замороженную курицу маме и шоколадку себе. Рассчиталась, немного помялась у стойки с жвачками, не решаясь снова выйти на улицу и столкнуться с этими ребятами, потом собралась с духом и толкнула дверь.

В лицо снова ударило яркое солнце.

– Как тебя зовут?– Высокая девочка с распущенными темными волосами и надписью AC/DC на черной просторной майке внимательно смотрела на нее.

– Лиса… Ну, то есть вообще-то Алиса. Но обычно меня называют Лиса. Или Лис. Ударение на И, – зачем-то добавила Лиса, хотя это и так было ясно, ведь она произнесла имя вслух.

– Понятно. Я Марго, это моя младшая сестра Вики, это Диана, а это Виктор и Марк, – девочка указывала по очереди рукой на каждого из ребят. Те молча кивали, выражения лиц у них были не слишком дружелюбные. Но и не враждебные, скорее отстраненные.

– Мы недавно сюда переехали… – начала было Лиса, но Марго ее перебила:

– Мы знаем. Видели, как привезли ваши вещи в грузовике. Два дня назад. Много коробок. Вы сюда надолго?

Лиса пожала плечами:

– Наверное. Может, даже навсегда.

Лиса заметила, что ребята переглянулись, но уже через секунду каждый переключился на что-то свое: носки кроссовок, мусор на земле или тени на горизонте.

– Что ж, добро пожаловать, – сказала Марго, но в голосе ее не было никакого гостеприимства. Казалось, Лисе здесь были совершенно не рады.

Она переминалась с ноги на ногу, ей становилось все более неуютно. Она не могла решить, остаться ей и продолжить беседу или пойти дальше по своим делам. Если она вот так сразу уйдет, ребята могут решить, что это грубо, а если она останется, возможно, им покажется, что она слишком навязчива. Еще немного поколебавшись, Лиса решила, что лучше уж показаться грубой, чем навязчивой, и открыла рот, чтобы попрощаться, но в этот момент Марго (казалось, в этой компании разговаривала только она) сказала, пододвигаясь на длинном и узком деревянном ящике:

– Садись, чего стоять.

Лиса взглянула на нее с благодарностью и осторожно опустилась рядом.

– Сколько тебе лет? – продолжала вести разговор Марго.

– Двенадцать. А вам всем сколько?

– Мне тринадцать, Вики одиннадцать, Диане и Виктору двенадцать, а Марку уже почти четырнадцать, у него в этом месяце день рождения. У нас есть еще Алекс,