Искатель, 2010 № 09 - Журнал «Искатель»

— Вот и рассказывайте все побыстрее. Тогда, может, налью, — пообещал Ассур и для большей наглядности и убедительности наполнил высокий стакан изумрудным напитком, поднес его к носу и принялся вдыхать аромат полыни, блаженно жмурясь и цокая языком.

— Ничего не скажу! — с отчаянием обреченного заявил Сапролегний. — Сдохну в похмельных корчах, а не скажу!

— Конечно сдохнете, — согласился Ассур, — только не в похмельных корчах, а в застенках ОСТАПО.

— А если расскажу, не сдашь? — внезапно заинтересовался епископ. — Не хотелось бы попадаться в нежные лапы этих костоломов.

— Вы рассказывайте, а там видно будет...

— Ну уж нет! Давай сперва договоримся. Я тебе честь честью все, что знаю, открою, а ты за то никому ни слова и... бумажку эту отдашь.

— Хорошо, — немного подумав, ответил нунций, — считайте, договорились.

— Не обманешь? — с недоверием поинтересовался епископ.

— Я от своего слова не отступаюсь, — ответил Ассур.

— Ну что ж... Выбора у меня, похоже, все одно нет... Что ты хо чешь знать?

— Почем душу продали, профессор?

Преосвященный Сапролегний криво усмехнулся и откинулся на подушки. Руки его бессознательно и беспорядочно шарили по одеялу, точно у умирающего, пораженного карфологией. Да и вообще вид у профессора был такой, словно над ним уже пропели «De Profundis»[26] и оставалось лишь кинуть ему в изголовье последнюю горсть земли.

— А ты будто сам не ведаешь, — наконец отозвался он с тяжким вздохом. — Договор-то прочел? Чего тогда спрашиваешь?.. За бесценок продал...

Из рассказа епископа следовало, что уже много лет назад он, в то время еще молодой клирик и начинающий богослов, поддался на посулы некоего таинственного незнакомца, назвавшегося демоном Мастемой, и предался тьме в обмен на неиссякаемый источник aqua vitae, иначе говоря, абсента, который и забил прямо в подвалах Градского замка. Неизвестный соблазнитель пообещал Сапролегнию, что сей кастальский родник положит начало богатству и благосостоянию его владельца, послужит всемерному упрочению его положения и вообще явится тем самым совершенным ключом истины, который поможет ему вознестись на самые высоты человеческой премудрости, а равно — иерархической лестницы. И это помимо непременного «срывания цветов девственности» невинных монахинь, ежедневных чувственных наслаждений в объятиях суккубов и прочих подобных удовольствий. Почти так, впрочем, все и произошло.

Оказавшись эксклюзивным обладателем чудесного источника, Сапролегний быстро разбогател, ибо именно с его легкой руки живительный напиток стал распространяться по городу и окрестностям. Сбылись предсказания Мастемы и относительно прочих причитающихся Сапролегнию благ — очень скоро он стал Седлецким аббатом, затем рукоположен в сан Кутнагорского епископа и достиг многих успехов на ниве познания теософской науки. Но годы, а также пагубное и неодолимое пристрастие к абсенту разрушили некогда могучее здоровье почтенного прелата, и ныне он с некоторым трепетом гадал, что же такое поджидает его в конце жизненного пути и чем обернется подписанный кровью трактат с врагом рода человеческого.

К последним откровениям Сапролегния нунций отнесся довольно скептически, ибо тот вовсе не походил на раскаивающегося грешника. Но все остальное звучало вполне правдоподобно и убедительно, ибо в договоре действительно был упомянут пресловутый источник aqua vitae.

— Замечательно, святой отец, — с долей сарказма сказал Ассур, помахивая перед носом епископа стаканом с полынной отравой. — Теперь осталось только рассказать, как мне связаться с вашими хозяевами. Давайте, давайте! Пути назад нет, жребий брошен, Рубикон перейден. Где гнездилище порока? Откуда ползут в город все эти выкидыши преисподней? Подберите слюни и отвечайте.

Епископ неотрывно следил за стаканом с вожделенным напитком, очень похожий в этот момент на завороженную индийским факиром кобру.

— А не боишься? — выйдя из ступора и выпучив заплывшие пьяным салом глазки, поинтересовался он. — Нешто жизнь не дорога, в пасть волчью соваться?

— Я ничего не боюсь, кроме опасностей, — ответил Ассур. — Не тяните время. Куда соваться, я сам разберусь.

— Как знаешь, нунций! Как знаешь... — сказал Сапролегний. — Ну что ж, прав твой Папелард — коли хочешь поближе познакомиться с обитателями преисподней, так и ступай в преисподнюю...

— Это куда же?

— Под землю! Куда же еще?

— Ага, это ясно. Придется вам меня проводить.

— Я в Хароны не нанимался! — отрезал епископ. — Показать покажу, а дальше уж ты сам... И так, если там прознают, что я проговорился, можно загодя отходную читать.

— Хорошо, показывайте.

— Не видишь — ноги не держат! Давай сюда стакан! — Старик попытался взять протянутый ему Ассуром стакан с абсентом, но руки его сотрясала неодолимая похмельная дрожь. — К черту стакан! Давай всю бутылку...

Высосав единым духом едва не треть кварты, Сапролегний шумно выдохнул, утер навернувшиеся от крепости напитка слезы и поднялся с постели.

— Сладость вина знает только пьяный, — провозгласил он, умиленно гладя бутылку. — Какая польза от него трезвому?

— Далеко идти? — спросил Ассур, подавая профессору мантию и ермолку.

— Не слишком, — ответил тот, с каждой минутой обретая все большую бодрость духа и тела. — Путь наш лежит вовсе не к смрадным устьям Аверна, а только в подвалы моего замка. Там есть проход прямиком в шахтные лабиринты...

— Не ходи туда, mio саго! — внезапно раздался встревоженный голос за спиной Ассура.

Нунций обернулся и увидел Алимпту.

— Как давно ты тут стоишь? — спросил он.

— Достаточно, чтобы понять, куда ты направляешься, — ответила она, хмуро рассматривая полуодетого Сапролегния.

— Да пока еще никуда. Просто профессор любезно согласился показать мне вход в подземные катакомбы, который случайно находится как раз в здешнем подвале.

— А спускаться туда ты, следовательно, не намерен? — ехидно поинтересовалась Алимпта.

— Намерен. Но сначала мне нужно забрать из отеля свою экипировку.

— Не стоит лезть в эти проклятые шахты, — вновь повторила Алимпта с явным беспокойством. — Поверь мне, это очень опасно!

— Ничего со мной не случится, — постарался успокоить ее Ассур, — у меня большой опыт в спелеологии.

— Хе-хе! Как говаривал мудрый Фалес Милетский: поручись — и беда тут как тут! — гаденько захихикал Сапролегний.

— Ты не понимаешь! — Алимпта порывисто схватила его за руки и умоляюще заглянула в глаза. — Про те подземелья ходят нехорошие слухи. Говорят, оттуда еще никто не возвращался!

— Значит, я буду первым, — легкомысленно улыбнулся нунций.

— Тогда я иду с тобой, — твердо заявила Алимпта.

— Исключено. Ты мне лишь помешаешь.

— Наоборот. Только у меня есть план старых горных выработок. А без него соваться в этот лабиринт бессмысленно.

— Вот как? — удивился Ассур. — Откуда у тебя план?

— Нашла в библиотеке колледжа, на кафедре археологии, — ответила она, — я там занималась в прошлом году.

— В библиотеке? План? — встрял епископ. — Алимпта! Ты мне ничего об этом не говорила!

— Так вы и не спрашивали, профессор. Откуда мне было знать, что вас интересуют подобные вопросы?.. И вообще, накиньте наконец мантию! Вы же