Госпожа Шим это убийца - КАН ДЖИЁН

«Босс, я думаю, это не просто слухи, что в "Смайл" появился новый мастер ножа».

Руки стали влажными. Если появился новый убийца, унаследовавший навыки Пака, они вскоре будут доминировать в этой сфере. Не было способа не потерять клиентов.

«Выяснили, кто это?» — спросил я.

Сотрудник замялся. «Ну, знаем, что в прошлом году появилась новая сотрудница. Женщина по имени Шим Ынок. Но это же не может быть она, правда?»

Шим Ынок. У меня перехватило дыхание.

Шим Ынок, которую я знал, сейчас было бы пятьдесят один. Женщина, чьи зубы при улыбке казались идеальными рядами кукурузных зёрен. Та, которая стала женой моего друга. Шим Ынок. Моя первая любовь.

Я познакомился с Дальхо, когда впервые попал в мужской мир. Красивый парень, светлая кожа, экзотическая внешность. Мы оба только начинали. Крепкие плечи Дальхо были загорелыми от того, что он носил на спине ящики с пивом.

«Только одна сторона загорела. Когда вожу машину, привык выставлять левую руку из окна», — говорил он.

На рассвете, закончив доставку, он давал мне бутылку, которую прятал, подбрасывал монету и заставлял кричать «орёл» или «решка». Если угадывал — подвозил на работу. Вскоре я начал проводить время в его квартирке на крыше. Именно там впервые встретил Шим Ынок. Она заставила Дальхо — парня, у которого, казалось, не было ничего, кроме внешности, — сиять, как самого счастливого человека на свете. Когда я приходил, она готовила тёплый яичный суп и отварных кальмаров, робко опустив голову и пряча улыбку, стоя рядом с Дальхо.

У Ынок были тёмные волосы в короткой стрижке. На два года старше меня. Но такая застенчивая, с таким детским лицом, что казалась намного моложе. По выходным я забирал их обоих, и мы ездили на Вольмидо или вдоль реки Хан. Покупал сезонные фрукты и закуски, приходил к Дальхо — и расстраивался, если Ынок не было. Приходил только ради неё. Однажды, когда её не было, Дальхо объявил, что женится на Ынок.

«Говорит, когда вернёт депозит за квартиру, хватит на небольшой договор аренды. Давай, поздравь меня».

Я пожал протянутую руку и выдавил улыбку. Потом всю ночь пил, чувствуя себя несчастным, а на рассвете спустился к текстильной фабрике, где работала Ынок. Она быстро шла к остановке, повязывая платок на голову. Используя опьянение как щит, вышел преградить ей путь.

«Ханчхоль, это ты?»

«Да. Это я».

Она выглядела счастливой и удивлённой. «Что ты здесь делаешь?»

«Ынок. Если тебе не нравятся гангстеры — перестану быть гангстером. Если не нравится моё имя — изменю. Что у Дальхо есть, чего нет у меня? Сделаю что угодно, только дай мне шанс».

В тот день Ынок не шлёпнула меня, а отвела в ресторанчик и угостила тёплым супом. Аккуратно вытерла грязь с тыльной стороны моих рук влажной салфеткой.

«Я всегда думала, что мне не везёт, но теперь знаю — не совсем. Тем не менее, мы с Дальхо уже дали друг другу обещание. Надеюсь, ты останешься нашим хорошим другом. Придёшь на новоселье и на первые дни рождения наших детей. И мы сделаем то же для тебя».

Я выдернул руку и выбежал на улицы, где падал град. Дальхо прислал приглашение на свадьбу, но я не пошёл. Вскоре он перестал доставлять пиво и исчез без следа. Когда думал о Дальхо и Ынок — где-то в Сеуле, с детьми, с домом, с ссорами, — во мне вспыхивала зависть. И всё. Я не был достаточно смел, чтобы найти их и попытаться завоевать её. Всё ещё был новичком.

В тридцать лет женился. На стилистке из единственного салона красоты в районе. Двадцать шесть лет, непослушные кудри, кривой зуб. Нисколько не похожа на Шим Ынок. Говорила, что если бы не стала стилисткой, была бы танцовщицей, и при первой встрече станцевала мне танго. Слышал о ней разные слухи, но не обращал внимания. Кроме Ынок, все женщины были для меня одинаковы. Через три месяца арендовали ресторан с жареной свининой и поженились. Без гостей — потратили свадебные деньги на скромную вечеринку. Когда моя жена — Хон Мисук — почувствовала запах жарящегося мяса, заплакала. Тушь потекла, глаза стали как у панды.

Жена говорила, что мне стоит закрыть агентство и помочь ей укрепить позиции в салоне. Устала стирать мои рубашки, пропитанные кровью, и каждый год переезжать. Но я не мог. Эта работа была способом практиковать самоотречение, начавшееся, когда я потерял Дальхо и Ынок одновременно. Неразумное самонаказание — как упрямое пришивание новых пуговиц к рубашке, у которой все пуговицы оторваны. Но теперь боялся. Боялся, что когда всё закончится, рубашка с десятками тысяч пуговиц обернётся вокруг меня и задушит. Было поздно делать то, что предлагала жена.

Я направился к детективному агентству «Смайл». Хотел увидеть эту Шим Ынок, но важнее было узнать, действительно ли это та Ынок, которую я когда-то знал. Приехал на перекрёсток с гинкго, где находилось здание. Припарковался напротив и опустил стекло. Сначала заметил будку охраны. Старый охранник, дремавший внутри, внезапно поднёс бинокль и осмотрел улицу. Взял трубку, коротко поговорил. Через мгновение свет на третьем этаже погас. Охранник, вероятно, не отчитывался только перед «Смайл», но, скорее всего, не стал бы звонить из-за незнакомой машины на другой стороне.

Посмотрел на часы — пять тридцать. Наверное, собирались уходить. Ждал полчаса, час — никто не выходил. Потом появилась машина Пак Тхэсана и остановилась на красный свет. Вышел, видимо, через заднюю дверь. А Ынок? Собирался перегнать машину, когда охранник встал. Заколебался. Женщина в мини-юбке, с толстым слоем макияжа, помахала охраннику. Лет сорок. Не могла быть Ынок. Затем вышла невысокая женщина с сумкой для покупок, охранник снова поприветствовал её. Я вышел из машины и перешёл улицу.

«Госпожа Шим, вы не уходите через заднюю дверь?»

Ынок была ошеломлена и сердито посмотрела на охранника.

«И зачем через заднюю, когда передняя прекрасно работает? Серьёзно».

Он назвал её госпожой Шим — значит, это и была Шим Ынок. Но она казалась совсем другой. Очки, близорукий прищур, толстая шея, веснушчатое лицо, жёсткое выражение — ничто не напоминало мою Ынок. Платье цвета сливы, как занавес, — Ынок, которую я знал, никогда бы такое не надела. Но даже если это не та женщина, был шанс, что она — новая убийца агентства, и тогда мне нужно было следить за ней.

Госпожа Шим села в автобус. Я осторожно следовал до