Бобровый пруд. Грань жизни - Хота Мак
— Но почему хирурга поставили в Патентное бюро? — спросил Тахир.
Женщина удивлённо вскинула брови, впервые показав яркую реакцию.
— Я не хирург. Я — военный инженер. Я же проверяю разработки.
Тахир не мигая уставился на её закованные руки, и блондинка тоже перевела на них взгляд.
— В Республике я чертила на планшете, — пояснила она. — Здесь, конечно, планшетов нет. Но польза от имплантов бывает.
— Ясно. Инженер в Патентном бюро, — подытожил Тэ. — Как вы связаны с заместителем генерального прокурора и «Новой эрой»?
— Я не связана с ними.
Тэ перевёл взгляд на Тахира, и тот кивнул.
— Она не врёт. Кто такой прокурор? Откуда он знал меня?
— Он вас знал? — она дёрнула плечом. — Хотя, возможно. Вы же врач, да?
— Я — хирург.
— Тогда тем более понятно. Видимо, вы пересекались в Республике. Он тоже хирург. Виктор Сизов.
По лицу Тахира было понятно, что он напряжённо думал.
— Молодой ординатор... Я их особо не замечал.
— Ну... Видимо, вас он запомнил.
— Что республиканец-хирург делает на посту прокурора Тагарии? — спросил Тэ.
— А вот это хороший вопрос, — ответила Ада Торка. — То, что в Тагарии республиканцы стоят на разных административных должностях, думаю, вы и так понимали, — сказала она и, глядя на раскрывшиеся от удивления глаза Миры, добавила: — Ну неужто вы правда считали, что такая страна, как Республика Трёх, позволит Тагарии и другим странам существовать автономно? У нас везде есть свои люди. При этом наше правительство придерживается политики мягкого регулирования. Мы просто держим баланс и не допускаем военных столкновений. Но Сизов — не человек правительства Трёх. Это фанатик, одержимый идеей нового общества, которое в Республике осуществить ему не позволили. «Новая эра» — это подпольная организация, но не Тагарии. Это радикалы Республики Трёх.
— Они все республиканцы? — спросил Тэ.
— Насколько мне известно — нет. Сизов нашёл здесь единомышленников, которых обещал сделать модификатами, и манипулирует ими.
— Сизов мёртв, — сказал Тахир. — Я убил его вчера.
Женщина напряжённо посмотрела на него.
— Вы уверены?
— Я выпустил в него весь магазин.
— Где тело? — спросила Ада.
— Тела и машины нет. Кто-то зачистил место преступления, — ответил Тэ.
Женщина тяжело вздохнула и печально улыбнулась.
— Мне бы очень хотелось, чтобы это было правдой. Но боюсь, вы ошибаетесь. Виктор Сизов — модификат нового поколения. И его не так просто убить. По нашей информации, вырезая старые модели, он действует в одиночку. Если нет ни тела, ни машины, то, скорее всего, он просто уехал.
— Но у него нет имплантов, — сказал Тахир. — Я сканировал его.
— У нового поколения нет имплантов. Киберклетки встраиваются в биологические клетки и становятся единым организмом. Этот революционный прорыв в бионике случился полгода назад и прошёл первые клинические испытания. Я сама обо всём этом узнала несколько дней назад. Только вот усовершенствовать можно только тело, но не личность. Вы сами перед модификацией проходили тесты и знаете, что к операциям допускают только психологически стабильных людей с высокими моральными качествами. Не знаю как, но Виктор обошёл эту защиту. Иначе я не могу объяснить эти убийства.
— Фанатики часто обладают идеальным самоконтролем и искренне верят, что творят благо, — сказал Тэ.
— Или это новый вид бионического психоза, — задумчиво предположил Тахир.
— Так или иначе, он считает, что пришло время новой эры — эры бионически полноценных людей, — сказала Ада.
— Поэтому он выбрасывает тела на мусорку, — кивнул Тэ.
— Да. И поверьте, импланты ему тоже не нужны. Мы для него технологический мусор. Он хочет очистить Тагарию и создать здесь новую цивилизацию.
— Бобровый пруд... — тихо сказала Мира.
— Что? — спросила Ада.
— Он хочет построить бобровый пруд. Разрушить старое и сделать нечто новое.
— Это ужасно, — сказала женщина.
— Да... Если ты среди тех, кого затопило.
В комнате повисло молчание.
— Это же... совершенный организм, — задумчиво проговорил Тахир. — Неужели скоро все станут такими?
— Не думаю, что скоро. И не все, — ответила Ада. — Сейчас клинические испытания киберклеток заморозили. По крайней мере до тех пор, пока не придумают методы контроля над этими «совершенными организмами». И уж точно ими не станут обычные модификаты. Киберклетки нельзя совмещать с классическими имплантами. Опыты показали, что идёт их полное отторжение от тканей в местах старой бионики, а оттуда необратимый процесс распространяется на все органы. Не хочется признавать, но мы действительно стали пережитком прошлого. Даже новый биораствор невозможно использовать самым первым моделям.
— И что, старый биораствор больше не будут выпускать?
— Будут, конечно. Пока мы живы.
— Вы можете его достать? — спросил Тахир.
Блондинка печально улыбнулась.
— Могу. Вернее, могла раньше... Сейчас временно все поставки перекрыты. Вы, наверное, раньше заказывали у Гора Меревика?
— Вы его знали? — резко спросил Тэ, не дав Тахиру ответить.
— Гор, как и я, работал на правительство Трёх. Он был теневым логистом для беглых модификатов. Республика не хотела терять с ними связь. Перед смертью Гор отправил мне фото Сизова... Подозреваю, что это и привело ко мне Виктора, когда он взломал его чип. Хотя он, конечно, и так мог меня найти. Старых модификатов видно на сканерах.
— Вот почему Гор так спокойно пользовался городской телефонной сетью, — сказал Тахир.
— Но почему ваши люди до сих пор не убрали Сизова? Он настолько неуязвим? — спросил Тэ.
— Сначала мы просто не знали, что происходит и кто это делает. Проблема в том, что СМИ здесь в зачаточном состоянии, телевизоров нет, оцифрованных баз данных нет. Остаются только газеты и удача, если к статьям приложены фотографии. Но, сами понимаете, если человек не хочет светиться, он будет избегать фоторепортажей. Это сильно усложняет поиск, мы буквально живём в каменном веке. Если человек сюда прибыл неофициально, то, пока не столкнёмся лицом к лицу, мы ничего не знаем о нём. Только десять дней назад из короткого сообщения Гора мы вычислили по фотографии, кто стоит за преступлениями. Тогда-то нам из Республики и скинули информацию о Сизове и киберклетках. А три дня назад он вычистил нашу станцию. Восемь модификатов, работающих на ней, мертвы. Никто не смог его остановить. Регенерация тканей происходит так быстро, что раны для него как царапины. А парализаторы на таких, как он, не работают. Сейчас правительство отправило сюда машину с военными. Но дорога займёт ещё десять дней. Я боюсь, мы просто не доживём до этого момента.
— Он что, бессмертный? У него есть слабые места? — спросил Тэ.
— Оружие, блокирующее киберклетки, находится в разработке.
— И когда же его изобретут?
— Надеюсь, до того, как мы умрём.
Блондинка грустно