Первый ящик снизу - Паоло Дельмастро

— Барбара, оператор сотовой связи один-пять-ноль-один?

— Уже нет. Элио?

— Барбара, оператор один-пять-ноль-один из компании Kа Семь?

— Нет, говорю тебе.

— Барбара, оператор один-пять-ноль-один из компании Kа Семь, которая хотела продать мне сверхскоростной интернет, чтобы я мог искать там кулинарные рецепты?

Она засмеялась.

— Ты закончил? Да, это я.

— Понимаешь, недавно я уже попал в неловкое положение и теперь хотел убедиться, что это на самом деле ты.

— И все-таки… откуда у тебя мой номер?

— Это долгая история. Скажем так: в этом мире все покупается и продается, а я совершенствуюсь в своей профессии частного детектива. Но сейчас, прошу, не перебивай. Просто выслушай. Я был неправ…

И я повторил ей почти слово в слово, но гораздо более бессвязно все, что говорил раньше, сам того не ведая, мнимому оператору 1501.

— Если честно, я мало что поняла, но приглашение на кофе, пожалуй, приму, — ответила Барбара. — Тебе повезло: я живу в Милане, а не в Пхеньяне.

Мы договорились встретиться вечером на Площади Дуомо.

— Подожди, а как я тебя узнаю?

— Очень просто. Я буду в красном пальто.

— В такую жару? — опешил я.

— Конечно. Так ты точно не ошибешься.

— Не сомневаюсь. Не так уж много людей разгуливают в это время года по Милану в пальто.

— Я пошутила. Давай встретимся у памятника Виктору Эммануилу Второму. Вот увидишь, мы узнаем друг друга без всяких пальто.

Мне пришлось приложить усилие, чтобы снова сосредоточиться на своем плане. Наконец я попытался взять себя в руки и сосредоточиться на запланированных неотложных делах. Однако мне это не удалось, потому что внезапно меня накрыла волна отвращения. Я огляделся по сторонам и с ужасом осознал, что уже много дней жил в полном хаосе. Мой дом больше напоминал свалку, и нужно было срочно с этим что-то делать. Я начал с того, что собрал валявшееся повсюду грязное белье и запустил стиральную машину. Затем я отправился на кухню и сложил в мусорный пакет всю одноразовую посуду из-под доставок, накопившуюся за последние недели. Пообещав себе навести идеальный порядок в кухне во второй половине дня, я решил срочно заняться копированием документов Маркини, и стал собираться в магазин.

Я подошел к письменному столу, чтобы взять флешку, и мой взгляд случайно упал на рекламный буклет, который я вынул из почтового ящика сегодня утром. Я присмотрелся к изображению на обложке: длинная полупустая комната с четырьмя квадратными столами, за которыми играли в шахматы восемь латиноамериканских подростков. Текст был на испанском. В нем говорилось о колумбийском семейном приюте для детей, чьи родители стали жертвами наркомафии. На первой странице была фотография женщины европейской внешности средних лет со светлыми вьющимися волосами, собранными в хвост. Я задержал взгляд на ее лице — казалось, в этой тихой улыбке переплелись печаль и смирение.

Найдя в одном из ящиков лупу, я поднес ее к изображению первой шахматной доски. Увиденное вызвало у меня радостный смех: знакомая до мельчайших подробностей шахматная позиция и белый конь в руке одного из мальчиков.

— Четырнадцатый ход: конь на цэ три, — прошептал я. — Вариант Джорджио.

Сунув листовку в карман, я схватил ключи и вышел из квартиры. Синьора Луиза все еще хлопотала на моем этаже — теперь она подметала кабину лифта. Едва переступив порог, я резко остановился и повернул обратно. Через несколько секунд я снова оказался в дверях, теперь с огромным мешкам мусора. Консьержка смотрела на меня с открытым ртом и молчала.

— Вы удивлены? А я, между прочим, люблю рано вставать.

— Но уже полдень.

— Серьезно? Кто бы мог подумать. Кстати, у меня сложилось впечатление, что вы за мной следите. Видите, я иду выбрасывать мусор.

Синьора Луиза не нашлась, что ответить. Я начал спускаться по лестнице, неловко держа пластиковый пакет, который при каждом шаге с тихим шуршанием терся о стену. Позади себя я услышал, как консьержка что-то невнятно забормотала себе под нос.

Сев в машину, я набрал номер Руджеро.

— Привет, Элио! Что тебе на этот раз понадобилось?

— Что ты имеешь в виду? Разве я звоню только тогда, когда мне от тебя что-то нужно?

— Вообще-то да. И даже в выходные.

— Впрочем, ты угадал. Мне на самом деле необходимо доверить тебе чрезвычайно ценную информацию.

Я объяснил ему в общих чертах ситуацию и дал указания на случай, если со мной что-то случится.

— Элио! Ты здорово вырос в моих глазах. Ведь это квантовый скачок в твоей карьере! Наконец ты стал крутым сыщиком.

— Если честно, я и раньше себя неплохо чувствовал. По крайней мере, спокойней уж точно. Я зайду в магазин за флешками и скоро буду у тебя.

— Не заморачивайся. Приходи сразу ко мне, и мы сохраним все на наших серверах, так будет надежнее.

— Хорошо, жди.

Я во всем доверился своему консультанту. Нам понадобилось несколько минут, чтобы сохранить информацию, и, покидая его офис, я вздохнул с облегчением. Возвращаясь на проспект Семпионе, на первом же красном светофоре я вдруг вспомнил об Андрее. По сути, нам удалось полностью раскрыть дело благодаря его интуиции, а я тогда от него просто отмахнулся, ничего не объяснив. Он имел полное право узнать все подробности.

Я позвонил ему, он взял трубку и ответил мне что-то на своем языке — по всей видимости, это было ругательство.

— Привет, Андрей! Извини, но у меня выдалась чрезвычайно трудная ночь. Мне сейчас нужно закончить кое-какие дела. Давай увидимся через пару часов? Пообедаем, и я все тебе расскажу. Заодно сыграем в шахматы.

— В шахматы? Ты ничего не перепутал?

— Нет, не переживай, — сказал я и добавил: — Давненько я не брал в руки шахмат, наверное, уже и играть разучился.

— Хорошо, — Андрей был краток. — На том же месте?

— Нет, приходи лучше ко мне.

— К тебе? В твою помойку? Нет уж, спасибо, я давно не делал прививку от столбняка.

— Не переживай. Приходи, я тебя удивлю.

— Ладно, до встречи, — сказал Андрей и отключился.

Через несколько минут я уже был на проспекте Семпионе. Магия миланского рассвета осталась лишь в воспоминаниях, и город вновь окунулся в лихорадочную суету шумного и напористого мегаполиса. Воспользовавшись тем, что из подъезда выходили женщина и девочка с огромным рюкзаком, я зашел в дом, поднялся на четвертый этаж и позвонил в квартиру Синтии. Никакого ответа. Я нажал кнопку звонка еще раз. За дверью по-прежнему не раздавалось ни звука.

Мысленно обругав себя за то, что не додумался попросить у Синтии номер телефона, я сел на пол у ее двери. Мне нужно было подумать. К счастью, на этот раз память меня не подвела: я