Искатель, 2011 № 04 - Журнал «Искатель»
Итак, дежурный доложил о том, что поступило заявление от кочегара леспромхоза Виктора о пропаже из его квартиры рыжей собачьей шапки.
Вызванный истопник рассказал, что вчера вечером по поводу его дня рождения собралась компания из шести человек: он с подругой Зинкой, рыбак Лешка с женой, продавщица магазина Таня и электрик леспромхоза Филин Васька.
Выпили бутылку водки, закусили жареной рыбой, квашеной капустой и маринованными опятами. Играли на гитаре и пели песни. Около двенадцати часов ночи все разошлись. Хозяин, собравшись на улицу в уборную, не обнаружил на вешалке своей шапки. Виктор стал везде ее искать, но нигде не нашел, а заметил под вешалкой серый драный треух, в котором ходил Филин — коллега по работе.
Вызванный для объяснений Филин заявил, что никакой шапки из квартиры Виктора не брал, а свою заячью шапку, будучи пьяным, забыл у кочегара. Домой пришел без головного убора и в пути отморозил уши. В доказательство электрик показал правое красное опухшее ухо.
Уверенный в том, что Филин шапку украл (ведь головной убор пропал, кто будет возмещать ущерб потерпевшему?), начальник РОВД Тепанов возбудил против Филина Василия Васильевича уголовное дело по статье 144 части I УК РСФСР — кража личного имущества граждан. Ваське грозил срок до двух лет лишения свободы. Допрошенные участники попойки по случаю празднования дня рождения кочегара Виктора ничего существенного не показали:
— Выпили, разошлись. Кто украл шапку, не знаем, на Филине видели заячий треух.
Тепанов хотел передать дело мне, но я принять его отказался.
С Васькой и Кэпом я одно время жил в гостинице. Нас связывали приятельские отношения, поэтому по понятным причинам не мог проводить расследование.
Я взял самоотвод по ведению дела Филина.
Прокурор самоотвод удовлетворил. Дознание вел Тепанов, чтобы потом передать уголовное дело в прокуратуру.
Начальник РОВД вызвал на допрос Васькиного друга, бывшего капитана Бочкина Игоря Николаевича. Кэп явился по вызову с опухшим лицом, руки у него тряслись, тело била мелкая дрожь. На него жалко было смотреть. Мореман находился на грани белой горячки и внятно говорить был не в состоянии. Единственный выход из создавшегося положения нашел добрый начальник милиции. Он достал из сейфа бутылку водки, налил полный граненый стакан и протянул Бочкину. Бич обеими руками взял стакан — конечности тряслись, водка выплескивалась. Наконец бедняга донес стакан до открытого рта и залпом большими глотками выпил «лекарство».
Через пять минут Кэп ожил, «поправился» и был готов отвечать на вопросы.
— Какая шапка была на голове Филина Василия, когда он пришел с дня рождения? — задал первый вопрос Тепанов.
— Какая, какая... Васькина заячья серая шапка... — Кэп осекся, поняв, что ляпнул что-то не то.
— Свою шапку Филин оставил у именинника, вот она, — шеф показал свидетелю драный треух Васьки.
— Так я забыл... Точно, Васька без шапки пришел, голова у него была обмотана шарфом, он еще ухо отморозил! — нашелся Игорь Николаевич.
Видно было, что Кэп и Васька не успели сговориться между собой.
У подозреваемого Филина действительно был мохеровый, теплый шарф, но электрик на допросе не говорил, что наматывал его на голову. К тому же без головного убора на сорокаградусном морозе он отморозил бы не одно ухо, а всю голову.
— Игорь Николаевич, я вас привлеку к уголовной ответственности за дачу ложных показаний. Год посидите, а там вытурят с Камчатки как ранее судимого преступника, — пригрозил Тепанов.
Перспектива быть высланным с Камчатки для Кэпа была равносильна смерти. Он поник головой, растерянно мигал глазами. Но закон морского братства и круговой поруки был превыше всего — друга он никогда не выдаст.
Кэп обреченно сказал:
— Ничего не знаю. Делайте что хотите.
Тепанов вызвал на допрос Филина. Перед начальником РОВД стояла задача любым путем найти собачью шапку и раскрыть кражу.
Васька продолжал твердить, что никакой шапки не крал и где она — не знает.
Шеф понял, что злодей и под пытками не признается.
— Вася, — мирно начал начальник, — или ты идешь в тюрьму на два года, или подбрось шапку Виктору, а дело мы закроем. Даю тебе срок до завтрашнего утра, и если шапка не найдется, то приходи с сухарями, будешь арестован. Пошел вон!
Васька медленно поднялся со стула и, как побитая собака, направился к выходу.
Рано утром в РОВД пришел радостный кочегар Виктор и сообщил, что пропажа нашлась: он делал в комнате уборку и обнаружил свою шапку... в мусорном ведре, куда не догадался заглянуть раньше.
Начальник милиции сдержал свое слово и прекратил уголовное дело о краже шапки за отсутствием события преступления.
В любом случае в суд дело направлять было нельзя. На косвенных уликах обвинение не предъявишь. Сомнений у суда была бы масса: крал Филин шапку или не крал? А может, и на самом деле по пьянке забыл треух у Виктора, случайно надел шапку хозяина. Никакой кражи, возможно, и не было — ведь шапка потерпевшим найдена. А почему в мусорном ведре? Так хотел вынести мусор, нагнулся над ведром, шапка и упала с головы, а потом отключился на время, мусор передумал выносить, пошел спать. А шапка спокойно лежала поверх мусора и ждала своего хозяина.
На этом история с головным убором могла бы быть закончена, но все дело в том, что шапка из квартиры Виктора действительно пропадала. Тогда в чем же загвоздка?
Разгадка ребуса не заставила себя долго ждать.
Спустя неделю после закрытия дела на улице возле клуба ко мне подошел Васька.
— Василич! Шапку-то я взял, по пьяни перепутал, утром глядь — Витькина шапка лежит. Я хотел ее ему отнести, а тут вызов в милицию, допросы пошли...
— Так что же ты, олух, сразу об этом не сказал? — спросил я Ваську.
— Думал, не поверят и посадят, поэтому шапку спрятал и ни в чем не признавался.
— Шапку ты подбросил?
— Мы с Кэпом, когда Витьки дома не было. После разговора с Тепановым я ему поверил, да и деваться было некуда. Кэп сказал, что если шапка не найдется, то и его посадят. Вот и решили шапку