Зарубежный детектив-2026-8 - Кит Даффилд

взглядах с юным Роем Грейсом, и ясно указывал на это в школьных отчетах. По его мнению, «Грейсу предстоит многому научиться, если он хочет пойти по стопам своего отца и работать в полиции… Пока же, – писал Бьют в одном из отчетов, – Грейс может рассчитывать только на карьеру в сфере неквалифицированного ручного труда».

Дверь в кабинет Реджинальда Бьюта была очень похожа на дверь в офис помощника главного констебля, и при каждом визите к очередному ПГК – то есть к боссу – Рой испытывал ту же нервозность, ожидая звонка, чтобы войти. Но не сегодня. На этот раз из комнаты не доносилось ни звука. Дверь спокойно открыла новая помощница и тепло улыбнулась ему.

Ханна Робинсон ростом была чуть ниже Грейса, аккуратная и элегантная в форменной белой рубашке с погонами и в шейном платке в черно-белую клетку. Ее каштановые волосы были убраны в небольшой пучок – модная вариация на тему ретро.

– Рой, – поприветствовала она его, – рада вас видеть, проходите. Могу я предложить вам чай или кофе?

– Спасибо, не надо, мэм.

Он заметил, что кабинет производит совершенно иное впечатление по сравнению с тем периодом, когда здесь работал Пью, – как будто темная туча рассеялась и теперь комната была наполнена светом и даже теплом. На столе стояли фотографии мужа и двоих детей Ханны, а на стуле в углу лежали кроссовки и тренировочный костюм для бега.

Робинсон подвела Грейса к угловому дивану и села напротив него.

– Итак, я подумала, что было бы неплохо поболтать, – сказала она, – и узнать последние новости об операции «Холст».

– На самом деле, мэм, прежде всего я хотел бы поздравить вас с повышением. Мне очень хочется работать с вами. Помню то время, когда вы были в моей команде – около четырех лет назад, наверное, – и, не желая показаться подхалимом, хочу сказать, что всегда был уверен: у вас большие перспективы.

Она усмехнулась:

– Очень мило с вашей стороны.

– Я серьезно.

– Хорошо, вы сами неплохо справляетесь! Будем надеяться, мы отлично сработаемся. Я знаю, что у вас была неприятная история с бывшим помощником главного констебля.

– Можно сказать и так, мэм.

Она снова улыбнулась:

– Думаю, у нас будут более здоровые рабочие отношения.

– Я тоже – не хочу слишком распространяться о вашем предшественнике, но, мне кажется, он не всегда понимал, что нужно делать во время крупной операции.

– Что ж, возможно, когда-нибудь вы подробнее расскажете мне об этом и мы подумаем, что́ стоит изменить в будущем. Вполне вероятно, что получится обсудить это до встречи с вашими коллегами из криминального и оперативного отделов, поскольку я действительно хочу, чтобы вся наша команда работала в тесной связке. Да, именно так, слаженно и согласованно.

Грейс мысленно поморщился, надеясь, что она не собирается нести напыщенную мотивационную тарабарщину, наподобие фраз, которые постоянно изрекал Пью. При этом лицо суперинтенданта оставалось непроницаемым.

– Да, – сказал он. – Абсолютно согласен. – Затем он кивнул в сторону спортивной одежды на стуле. – Вижу, вы по-прежнему бегаете, мэм.

– Без посторонних, Рой, зови меня просто Ханна. Давай как-нибудь в обеденный перерыв сходим на пробежку, и я посмотрю, сможешь ли ты за мной угнаться!

– Ха! – удивился он. – Это что, вызов?

– Считай, что я бросила тебе перчатку!

В девятом часу утра, воодушевленный вчерашней встречей с и. о. помощника главного констебля, Рой Грейс уже корпел над бумагами в своем кабинете. Нужно было разгрести двадцать семь ящиков с документами, оставшимися после первоначального расследования Ника Слоуна по операции «Холст», и подготовиться к брифингу на следующей неделе. Это была утомительная, но крайне важная работа. Потягивая остывающий кофе, Рой вдруг осознал, что уже давненько не беседовал с Норманом Поттингом на одну щекотливую тему: тот опасался, что у него рак. Поглощенный собственным горем, он совершенно забыл о Нормане… С этой мыслью Рой снял трубку и набрал рабочий номер детектива-сержанта, чтобы пригласить его в кабинет. На самом деле он и сам был рад отвлечься.

Поттинг охотно откликнулся на приглашение, хотя его голос показался странным и звучал надтреснуто.

Не прошло и пары минут, как в дверь постучали.

– Да, шеф? – сказал Норман, входя; голос действительно был хриплым, будто сорванным от крика.

Он потирал шею большим и указательным пальцем, и Грейс заметил беспокойство в его глазах.

Суперинтендант указал на пару стульев, стоящих перед его столом, и Поттинг тяжело опустился на сиденье. В последнее время он выглядел бледнее и неувереннее обычного. Таким он был и сегодня. Грейс знал, что Поттинг живет один и, вероятно, в его окружении не так много людей, с которыми он мог бы поделиться своими переживаниями. Его взгляд неуловимо напомнил Грейсу об отце. В отцовских глазах таился страх, хотя он изо всех сил старался сохранить мужественное выражение лица, после того как у него диагностировали рак.

– Извините за мой голос, шеф. – Поттинг кашлянул, словно пытаясь прочистить горло. – Проснулся и понял, что еле говорю. – Он нервно усмехнулся. – Просто с горлом творится что-то непонятное, как будто там лягушка сидит. Ну что тут можно сделать? Не так плохо, как жаба в заднице, однако…

– Я просто подумал, что было бы неплохо узнать о твоем здоровье, Норман. Есть какие-нибудь новости?

– Спасибо, что спросили, шеф. Очень любезно с вашей стороны. Не хотелось бы доставлять вам беспокойство своими проблемами в такой трудный для вас момент. Но я обеспокоен – напуган до чертиков, если честно.

– Я хотел бы помочь. Как обстоят дела?

– Ну, как я уже, кажется, говорил, мой лечащий врач отправил меня к ЛОР-консультанту – и та была довольно недружелюбной. Когда я сказал ей, что курю трубку, она заявила, что, вполне возможно, у меня рак гортани или пищевода, – вот так и сказала, прямо в лоб. Хотя добавила, что это может быть просто ларингит. – Он опустил голову, пряча взгляд. – Это жутко пугает меня.

Грейс сочувственно кивнул:

– Но есть и множество других причин, ведь так, Норман? Рак – лишь один из возможных диагнозов. Ты пробовал «Фишерменс френдс»?[49]

Поттинг мрачно улыбнулся, затем пожал плечами:

– Пробовал, и они не помогают. Раньше помогали, теперь нет. Может, это покажется странным, но после смерти Беллы я хожу как в воду опущенный, шеф. Будто это я виноват в ее смерти и, если бы я был рядом, этого бы не случилось.

Грейс посмотрел ему прямо в глаза, сочувственно нахмурившись:

– Норман, Белла ехала на работу, когда это произошло. Она героически бросилась в горящее здание, чтобы попытаться спасти людей. И