Кукольный лес - Саския Калден

Клара закрыла оба уха. Я быстро повернула ручку обратно, но сигнализация не выключалась. Я отшатнулась и споткнулась об игру в шарики, которая лежала на табурете, потеряла равновесие и рухнула на пол, а шарики разлетелись во все стороны по половицам.

Не прошло и нескольких секунд, как в дверях уже стоял отец Клары.

– Это была птица, – заверила отца Клара, после того как он отключил сигнализацию.

К сожалению, мне не удалось разглядеть, где находилась панель управления сигнализацией. Должно быть, где-то в коридоре, потому что, убедившись, что я благополучно сижу на полу, отец Клары ненадолго вышел, и через несколько секунд сигнализация отключилась.

Потом он вернулся и уже осматривал окно. Сердце колотилось так сильно, словно собиралось выдать меня.

– В окно ударилась большая черная птица, – добавила Клара. Она стояла рядом с отцом и смотрела на него снизу вверх. – Потом загудела сигнализация, а она улетела. Я думаю, она ужасно испугалась.

– Хм, – произнес отец, с невозмутимым лицом разглядывая стекло.

Если бы все было так, как она уверяла, на стекле остался бы след в том месте, где птица ударилась в окно. Мужчина, конечно же, искал его. Хотя Клара говорила очень убедительно.

Меня глубоко тронуло, что она встала на мою защиту. В приюте никто никогда не делал этого для меня. Я всегда чувствовала себя одиночкой и никогда не была своей. Я была чужой, вечно создающей проблемы. Несмотря на то, что Клара была намного младше меня, ей удалось одним этим жестом заставить почувствовать с ней связь.

– Такое иногда случается. – Отец отвернулся от окна, улыбнулся дочери и погладил ее по голове. С такой любовью, что у меня защемило сердце. Этот жест никак не вязался с образом отца, который держит своего ребенка взаперти.

На пути к двери мужчина скользнул по мне взглядом. У меня на мгновение перехватило дыхание. Это был взгляд не знания, а скорее предупреждения, словно он давал понять, что лучше мне не совершать ошибок.

– Я приду за тобой через час, чтобы поесть, – сказал мужчина Кларе, а затем закрыл за собой дверь.

Я выдохнула. Клара посмотрела на меня, на ее лице появилось довольное выражение, затем она протянула руку и опрокинула свою башню, которая с грохотом рухнула. Девочка сгребла деревянные кубики в кучу.

Я села рядом с ней и стала помогать складывать кубики в ящик.

– Спасибо, что не выдала меня.

– Ты же не могла знать, что окна нельзя открывать.

Она была права, я не могла этого знать. Как и многого другого, чего я еще не знала.

– Это случается довольно часто, – сказала она.

– Что?

– Птицы врезаются. – Клара накрыла ящик крышкой. – Иногда они ломают себе шеи.

Я посмотрела на нее, потрясенная тем, с какой холодностью она это произнесла. В то же время я гадала, не пытается ли девочка сказать мне что-то этими словами. Но ее лицо выглядело не злым, а скорее таким, словно ее мысли были уже где-то далеко.

– Во что теперь поиграем? – Клара несколько раз постучала указательным пальцем по щеке и оглядела комнату. Когда она встала и направилась к полке рядом с кроватью, я поняла, что вопрос был адресован не мне. Скорее всего, это была просто мысль, высказанная вслух, разговор с самой собой. Девочка вытащила из стопки настольную игру и, пританцовывая, вернулась ко мне.

И тут мне пришла в голову еще одна мысль, почему Клара могла меня не выдать. Если бы ее отец меня наказал, то ей не с кем было бы играть. Ведь кто знает, что бы он со мной сделал. Значит, нужно вести себя так, чтобы Кларе нравилось играть со мной. Чтобы она и дальше оставалась на моей стороне. Мне нужно было подружиться с ней.

Игра, которую она выбрала, называлась «Гонки улиток». Мы должны были по очереди бросать кубики и двигать улитку к финишу. Побеждал тот, кто первым пересекал финишную линию. В общем, игра на удачу.

Клара выбрала мне зеленую улитку, а себе – красную. Я сделала вид, что мне нравится ее выбор, и сказала, что зеленый цвет мой любимый, что порадовало девочку.

После двух ходов она вырвалась вперед, и я похвалила ее, какая она молодец, на что Клара широко улыбнулась. Похоже, мой план работал. Но после восьми ходов произошло это. Я отставала на три клетки, когда выбросила шестерку, и моя зеленая улитка сразу же пришла к финишу. Я правда не стремилась выиграть, но не смогла сдержать победной улыбки.

Какое-то время Клара ничего не говорила и просто уставилась на мою улитку. На ее лице застыла смесь изумления и шока, словно она все еще не могла осознать, что я выиграла. Девочка не подавала вида, но я чувствовала, что она злится.

– Мы можем сыграть еще раз, – предложила я. – Уверена, в следующий раз ты точно придешь первой.

– Обычно я всегда выигрываю. – Клара взяла игровую доску и скинула улиток в коробку. Видимо, еще раз играть она не хотела.

– Бывает, что просто не везет. – Я знала, о чем говорю.

Она положила игру обратно на полку.

– У тебя красивая комната. – Я попыталась отвлечь ее. – Я бы тоже хотела иметь такую.

Девочка украдкой огляделась, прищурившись, словно проверяя, права ли я. За ее поджатыми губами скрывалась улыбка. Она явно гордилась своей комнатой. А я была рада, что так быстро смогла отвлечь ее от проигрыша.

Клара разбежалась и плюхнулась на розовое кресло-мешок.

– Это мое любимое место!

Хихикая, она растянулась на нем во все стороны, похожая на черепаху, лежащую на спине.

Я подползла к ней и пощекотала ей живот, пока она не скорчилась от смеха. Ее маленькая правая ножка ударила меня по бедру, а левая рука запуталась в моих волосах. Девочка пыталась расчесывать пальцами мои каштановые пряди. Ее громкий визг перешел в хихиканье. Она разглядывала мои спутавшиеся от воды волосы, и улыбка на ее лице сменилась задумчивым, почти грустным выражением.

Я хотела спросить, что случилось, но в этот момент дверь открылась и вошел ее отец.

Он звал нас обедать.

Мы встали, и Клара взяла меня за руку. Она шла, подпрыгивая, рядом со мной и смеялась. Грусть исчезла, словно ее и не было. Словно мне показалось. Мы последовали за отцом по коридору, мимо ванной и входной двери, которая, вероятно, была заперта или поставлена на сигнализацию. Скорее всего, и то и другое.

Ноги покалывало, во мне бурлило огромное желание убежать, но