Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

Еще я знала, что они с Садиком тоже переписываются, поскольку они ругались у меня за спиной. Между ними случались мелкие размолвки, например когда Джеки поддразнивала его за любовь к «книжкам с картинками», а то и крупные ссоры, когда Садик заявил, что мужчины умнее женщин и способны на большее. Мне казалось, этот конфликт в конце концов разделит нас, разведет по углам, но парень предпочел извиниться, лишь бы не потерять дружбу Джеки.

Что касается Нестора, то я была в разладе сама с собой. Мне безумно хотелось убедиться, что у него все хорошо, но я считала излишним напоминать бывшему воспитаннику о тех годах, которые мы провели вместе на втором этаже. Если не бередить рану, даст бог, мальчик забудет о похищении. Однако сама я все еще иногда просыпалась от удушающего кошмара о том, что сижу взаперти. Забвения никак не наступало. Я лишь надеялась, что Нестору есть с кем поговорить, но никогда не пыталась связаться с ним. Мне казалось, это будет эгоистично. К тому же, если мы больше не свидимся, он не сможет спросить, как я сбежала, и не узнает о том, что я совершила после того, как его увезли.

Я то и дело копалась в интернете в поисках упоминания о том доме или о людях, которых знала, но ничего не нашла. Забивала в поисковик тщательно продуманные запросы, стараясь найти отсылки к пожару, уничтожившему дом недалеко от Малого Невольничьего озера, но безуспешно. Видимо, Джордж со своими людьми тщательно подчистил хвосты. Я читала новости о пропавших подростках, нераскрытых убийствах и случаях торговли людьми, ища подсказки. Корпела над фотографиями уголовников и подробностями преступлений, размышляя, не может ли очередной злодей быть одним из Них или из Их клиентов.

Исабель, Кристабель и Бернест оставались в базе пропавших без вести.

Здесь и там я находила обрывки информации, например оригинал статьи о венесуэльском министре, чьего водителя и двух телохранителей убили во время дерзкого нападения в Каракасе осенью 2017 года. К счастью, в статье утверждалось, что сына министра в то время в машине не было. Поиски отца Нестора также обнаружили недавнюю ссылку на молодежный футбольный клуб. Щурясь в экран библиотечного компьютера, я изучала лица на фотографии участников клуба, и в заднем ряду, прямо позади Señor Ministro, стоял не указанный в подписи Нестор. Мне бы хотелось знать, счастлив ли он, но достаточно было видеть, что он дома.

Также я обнаружила в «Известиях прихода Накитош» официальное сообщение об окончании средней школы неким Генри Юбенком, сыном Джеймса и Молли Юбенк. Если Они собирались расправиться с семьей Бернеста, то явно не спешили. Я старательно гнала от себя мысль о том, что Юбенков не трогают, потому что их старший сын похоронен в пятой могиле в лесу. Еще меньше мне нравилась мысль о том, что они живы только потому, что Бернест все еще является членом организации.

Август 2022 года

Время шло, и у меня стало больше хороших дней, чем плохих, но незнакомая машина, дважды проехавшая по нашей улице, могла выбить меня из колеи. С некоторой помощью медикаментов я спала довольно хорошо, но бывали ночи, когда я просыпалась от грохочущего в ушах выстрела, убившего Мину.

Хватит, говорила я себе. Я свободна, меня любят. Пока Синтия юридически была моей мачехой, я не хотела ее любви: это казалось предательством по отношению к родной матери. Теперь же, когда она говорила, что любит меня, я обязательно отвечала тем же. Я обнимала мачеху каждый день, массировала ей плечи, когда она по много часов проводила за рабочим столом, раскладывала ей на неделю многочисленные лекарства в таблетницу, потому что Синтия жаловалась, как это утомительно для нее.

На следующий год после моего возвращения домой она отмечала шестидесятилетие, из-за пандемии скромно. Еще через год ей захотелось возместить упущенный праздник, устроив в доме вечеринку. Конечно, скажи я ей правду насчет моей социофобии, она бы отменила празднование, но зачем портить день рождения? Я лишь иногда и частично рассказывала Синтии о тех трех годах в плену, и теперь, когда она считала, что я «оправилась от своих злоключений», мне не хотелось признаваться, как мечется у меня в груди сердце, если вокруг слишком много незнакомых людей.

Я была полностью поглощена этими мыслями, пока в день вечеринки шла по улице от автобусной остановки. Перед домом вдоль тротуара теснился десяток машин, и каждая символизировала незнакомца, с которым мне придется общаться.

Когда я открыла внешнюю дверь и шагнула внутрь, гул голосов был уже достаточно громким, чтобы мне захотелось сбежать. Поверх шума, однако, слышался смех Синтии, и я не могла обидеть ее.

Я выглянула из-за двери, чтобы спланировать свое появление. Подносы с закусками, которые я подготовила утром и убрала в холодильник, были расставлены на кофейном столике и уже наполовину опустели. В гостиную набилось около двадцати человек, заняв диван и дюжину складных стульев, позаимствованных у соседей. Я узнала нескольких соседей плюс Оуэна, его жену и их двоих детей. Остальные были мне незнакомы.

– С днем рождения! – воскликнула я, подошла прямо к креслу Синтии и наклонилась обнять ее с закрытыми глазами, чтобы не думать о толпе чужаков, глазеющих на меня.

– Спасибо, милая.

– Пойду переоденусь. – Я выпрямилась и повернулась к кухне, надеясь выиграть несколько минут тишины, чтобы успокоить нервы.

Позади меня грянул смех.

– Ой, она его не узнала! – воскликнула миссис Альварес из дома напротив. – Ну и дела.

– Люси, разве ты не узнаешь своего друга? – спросила Синтия. – Из колледжа, да? Вы вместе учились в Канзасском университете.

Я обернулась к ней и посмотрела на сидящих рядом людей.

– Да, но это было давно, – сказал, вставая, сидевший справа от нее мужчина.

Время как будто замедлилось, и я оцепенела. Тело не понимало, что делать: бить или бежать.

Бернест, которого я знала в лесном доме, был стриженным под бокс и гладко выбритым блондином. Он носил исключительно джинсы и клетчатую рубашку.

У этого Бернеста были дорогая стрижка и светлые усы, напомаженные и с загнутыми кончиками. Из-под пиджака безупречно пошитого костюма красно-коричневого цвета виднелся расшитый жилет. Лавандовая рубашка была расстегнута у горла, оттеняя загар.

Я бросилась в кухню.

Следовало сбежать через входную дверь, но животный инстинкт побуждал меня спрятаться. За кухней находился коридор, ведущий к спальням, и я надеялась запереться в своей комнате.

– Люси! – крикнула мне вслед Синтия.

– Ничего страшного, – сказал Бернест. Он был у меня за спиной,