Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

– Я такого не говорила.

– И все же ты считаешь, что Нестору без тебя лучше. Разве это справедливо не в обоих направлениях? Если ты плохое воспоминание для детей, разве это не значит, что я плохое воспоминание для тебя? Только еще хуже. Ты-то никогда не обижала их, в отличие от того, что сделал с тобой я.

Я взвесила его слова как можно более беспристрастно. Теперь, когда изначальная паника убавилась до низкого гула сомнений, я спрашивала себя: обижал ли меня Бернест? Оставил ли он по себе только плохие воспоминания? Я не смотрела на него и потому вздрогнула, когда он внезапно наклонился вперед и встал.

– Я поеду, но слушай… даже если ты не можешь простить меня, прости хотя бы себя. Ты была единственным лучиком света в том месте. Я понимаю, что мое мнение мало значит для тебя, но мне кажется, неплохо бы спросить Нестора, хочет ли он поговорить с тобой.

– Подожди, – остановила я его.

Бернест постоял, стискивая одной рукой пиджак, но потом снова сел и придвинул кресло ближе, так что наши колени соприкоснулись. Когда пиджак соскользнул на пол террасы, он даже не обратил на это внимания. Взяв мою руку, по-прежнему стискивающую подлокотник, он сжал ее между своими ладонями. Костюм не сочетался с его руками: такой наряд к лицу людям, не занимающимся физическим трудом, а у него ладони были в мозолях.

Сердце сжалось так, что я ожидала приступа, но узел внутри меня развязался сам по себе. Я провела слишком много времени, мучаясь от стыда и ненавидя себя, но не могла ненавидеть Бернеста после всего того, что ему пришлось пережить. Но почему же тогда я так строга к себе?

После этого молчать стало легче.

– Почему ты не сбежал вместе с нами? – спросила я, когда снова обрела дар речи.

– Я привык, что события совершаются без моего участия, и не умел принимать решения. Прости, что не помог тебе. Я должен был помочь.

– Ты ведь и помог. Спас мне жизнь в лесу, а в конце сказал именно те слова, которые мне были нужны.

– Правда? – Он прищурился, глядя на меня, и постарался улыбнуться, но у него не вышло.

– Ты сказал: «Делай все необходимое, чтобы выжить». Я так и поступила. Рада, что и ты тоже.

– После вашего бегства я подумал: все прошедшие годы я только и делал, что был покорным, но наградой мне будет разве что пуля, не иначе. А я хотел жить и вспомнил, как ты однажды сказала: Бернест – это глагол.

– И ты сжег дом, – кивнула я.

– В то время это казалось мне хорошей идеей. Избавиться от улик. Я похоронил Исабель, поскольку считал себя обязанным, но надеялся, что пожар даст нам преимущество. Им будет сложнее выяснить, что произошло.

– Думаю, ЦРУ предпочло бы, чтобы дом остался цел.

– ЦРУ? – встревожился он.

– В консульстве, куда я привезла детей после побега, был один человек. Джордж. Я уверена, что он цэрэушник или из какой-то другой секретной службы. Он знал о Них и расспрашивал меня обо всем, что мне известно. Я отдала ему мобильники мордоворотов и показала, где оставила их джип. Потом я видела статьи об арестах торговцев людьми. Думаю, это работа Джорджа. Ты искал упоминание пожара в новостях?

– Да, но нигде не нашел ни слова.

– Джордж всё подчистил, чтобы Они не узнали, кто выжил, а кто сгорел. А про твою семью тебе что-нибудь известно?

Бернест продолжал смотреть на наши переплетенные руки, но не отвечал.

– Твой младший брат Генри окончил школу. Не знаю, насколько тебе интересно мое мнение, но, по-моему, неплохо бы спросить родных, хотят ли они получить от тебя весточку.

– Ты же знаешь, что твое мнение важно для меня.

– Я не говорю, что ты должен позвонить им прямо сегодня, но однажды стоит решиться.

– Однажды.

– Если пообещаешь связаться со своей семьей, я постараюсь найти Нестора.

– Хорошо, – кивнул Бернест после паузы, которая показалась мне вечностью. – Я много думаю о твоих словах про трансформацию. О том, как носить костюм медведя или стать медведем, чтобы защитить себя. И еще о том, какой храброй и сильной ты была во время нашей последней встречи. Поэтому у меня вопрос: ты еще медведь?

– Обычно нет. – Я удивилась, что он запомнил мои слова, хотя чего удивляться: ведь разговор шел о его любимой книге. – Порой я чувствую себя так, словно я все еще в том доме с пистолетом в руках. В такие дни я как дикое животное, но в основном лишь надеваю костюм медведя, чтобы защитить себя. В хорошие же дни я – это просто я. А как насчет тебя? Ты еще медведь?

Бернест нахмурился, но потом поднял глаза и улыбнулся.

– Нет. Я просто ношу этот дорогой костюм медведя. Но сам больше не медведь.

– Вот и славно. Не очень-то хочется дружить с медведем.

– Думаешь, мы сможем дружить? – Он провел пальцем по круглому шраму от ожога на тыльной стороне моей кисти.

– Если я – это я, а ты – это ты, то мы уже друзья, – заключила я.

– А сможем ли мы стать больше чем друзьями?

– Например, кем?

– Например, всем. Я хочу быть твоим другом, любовником, братом. По полной программе. – Поскольку я молчала, он смущенно добавил: – Извини. Я прошу слишком много, да?

Я не знала, как ответить, потому что не могла решить, кто он для меня. Но понимала, что имел в виду Бернест, когда говорил, как тяжело в одиночку пытаться стать цельным человеком. Мне тоже было трудно своими силами справиться с пережитым. И я не хотела, чтобы Бернест остался в мире один.

– Только намотай себе на ус: я в курсе, что ты солгал мне насчет своего возраста, а значит, ты мой младший брат.

Он отпустил мою руку, откинулся на спинку кресла и испустил смешок, не боясь привлечь внимание.

– Я не нарочно. Просто у меня плохо с математикой.

Дверь открылась, и Синтия высунула наружу голову.

– Мы собираемся резать торт, – сообщила она. – Вы с Ли идете?

Бернест встал, но не двинулся с места, пока не получил моего разрешения. Я последовала за ним и Синтией в дом, как вдруг в кармане завибрировал телефон. Я вынула его, ожидая, что звонит моя начальница, но это была не она.

Я внесла его в список контактов под именем Джордж на случай, если его помощь снова мне понадобится, но сам он связывался со мной впервые. Я снова вышла на террасу и ответила на звонок.

– Слышал, что у вас сегодня особый гость, – сказал Джордж. – Прекрасно выглядит, правда?

– Что вы собираетесь… – Из-за