Дух огненных озер - Артур Гедеон

Тот поскреб бородатую щеку.

– Да вперемешку с коньяком, – весело подхватил он.

– Я правду говорю, Ануфрий Данилович, – запротестовал Светозаров. – И коньяк тут ни при чем.

– Коньяк всегда при чем, – Губин крякнул и потянулся вперед, к столу, наполнил рюмку коньяком и выпил его разом. – Я в Лувре не был, да и вряд ли попаду, не понимаю я ничего в ваших искусствах, я ж простой мужик, но то, что вы богиня, матушка, кто ж поспорит? Тут мне и по музеям ходить без надобности. Я и так это знаю, – рассмеялся он.

– Нет, Ануфрий Данилович, сходство поразительное, – заметил хорошенько выпивший и готовый настаивать на своем Аполлон Светозаров. – Вот давайте завтра же вместе сходим, и я вам покажу эту египетскую богиню. Идет?

Губин сморщился:

– Завтра я отсыпаться буду, мил человек, хватит мне уже гулять, да тем более таскаться по вашему Лувру – ну его. Вот как освежевать хряка, это я знаю, да с завязанными глазами. Говорю же: мне и доказывать не надо, что ее светлость – истинная богиня.

– Ну хорошо, Аполлон Аполлонович, я составлю вам завтра компанию, схожу с вами и посмотрю. А наш Ануфрий Данилович пусть отсыпается в своих номерах. Сгодится вам моя компания? – лукаво спросил она.

– Еще как сгодится! – слишком горячо выпалил он. – Буду счастлив, княгиня…

– Вот и отлично, мой милый друг. В два часа дня вас устроит?

– Да, княгиня, еще как устроит. С нетерпением буду ждать вас.

Вскоре они разъезжались в своих экипажах кто куда. Аполлон Светозаров, мечтательно закрыв глаза, шептал под крепким дождевиком: милый друг! Она сказала: «Мой милый друг!» Как же круто изменилась его жизнь за какие-то сутки. Да что там – за полдня! Но так и бывает в жизни, когда ее величество судьба сама берется за дело.

На следующий день в два часа дня Аполлон Светозаров ждал свою даму у дверей Лувра. Ранняя весна и прекрасная дама, о которой он грезил, буквально сводили его с ума. Но она опаздывала, шли минуты, и волнение овладевало сердцем молодого путешественника.

Неожиданно его окликнули:

– Месье Светозаров?

Это был работник музея в красной лакейской ливрее.

– Да, это я.

– Мне поручено было сказать: ваша дама ждет вас.

– Ждет – где? – встрепенулся он.

– Она сказала: вы и сами знаете где.

– Ясно, спасибо. – Он совсем смутился: – А может, подскажете?

– Она попросила не говорить вам и была щедра. Она сказала: вы должны знать. Всего наилучшего, месье, – поклонился он.

Аполлон Светозаров понял все мгновенно – влетел в музей, пробежал по залам и галереям, вот и Египетский зал! Он шел осторожно – мимо колонн и статуй – и не ошибся. Она стояла спиной к нему, глядя на безымянную богиню.

– Подходите, Аполлон, смелее, – не оборачиваясь, сказала дама. – Она и впрямь прекрасна – ваша богиня…

В этот день она была в синем костюме в талию, украшенную сзади бантом, в красном тюрбане с пышными голубыми перьями.

Он подошел и встал рядом:

– Добрый день, княгиня.

– Добрый, Аполлон, – проговорила Аделаида, взяла его за руку и только потом повернулась к нему: – У вас отличный вкус, мой милый друг. Она и впрямь хороша.

Нет, хороша была она – живая, волнующая, восхитительная! С карими блестящими глазами, темными бровями вразлет и таким притягательным пухлым ртом. Подумать только, пару дней назад он положил руку на ступню каменной богини и загадал желание – увидеть ее наяву. Знал, что это дерзкая фантазия, не более того. И вот оно – сбылось! Она смотрела на него, полная жизни и красоты.

– Так вы замечаете ваше сходство, княгиня?

– Возможно, возможно…

– Не просто возможно – оно поражает.

– Ну что ж, пусть будет так. Я не против.

– Интересно, кто был этот ваятель? – вырвалось у него.

Она легко рассмеялась.

– Чему вы смеетесь?

– Какой же вы любопытный и романтичный, Аполлон, – она так быстро перешла на короткую ногу в обращении с ним, и ему хотелось назвать ее Аделаидой, но он смущался, не мог этого сделать без разрешения. Словно читая его мысли, спутница сказала:

– Зовите меня просто Аделаидой – мне будет приятно.

– Хорошо, – сипловато согласился он.

– Представьте, что его звали Антропус, ему было сорок лет, могучий в плечах, он носил фартук скульптора на голое тело, сверкая широкой спиной и крепкими ягодицами.

– Вы о ком? – не сразу понял Светозаров.

– О скульпторе.

– Вы так шутите?

Аделаида ответила не сразу:

– Конечно, шучу.

Она смотрела и смотрела ему в глаза, чуть улыбаясь, и зовущая песня красоты уже уводила русского путешественника в свои далекие дали, в большой огромный сад, именуемый раем…

– Вы вчера говорили о своих планах, но я немного подзабыла. Все это шампанское Губина, который пьет без меры. Русский битюг. Кажется, вы собираетесь путешествовать дальше?

– Юг Франции, потом Италия – Флоренция, Рим, Венеция…

– И когда вы уезжаете?

– Думал через неделю, но пока вы здесь, и я бы остался.

– Я дороже вашего путешествия?

– Намного, неизмеримо…

– Как вы откровенны.

– Говорю то, что мне подсказывает сердце, княгиня.

– Аделаида.

– Да, простите, Аделаида.

– Увы, – вздохнула она. – Я сегодня уезжаю.

– Боже, какая жалость.

Она взглянула на него – он и впрямь был огорошен, разочарован этим известием.

– Так надо, но мы скоро увидимся.

– Когда?

– Скоро. Или почти что скоро.

– А можно, я поеду с вами, пока нам будет по пути? – наудачу спросил Светозаров.

И скорее в шутку, чем серьезно. Но вот она ответила серьезно:

– О нет, пока что нам с вами не по пути. Пока что, милый мой Аполлон. Обнимите меня, – вдруг попросила она.

Еще одна его мечта сбывалась у ног каменной богини! Он осторожно обнял ее за талию. Аделаида с легкой грозой нахмурила брови:

– И поцелуйте, мой милый друг. Уж если женщина просит обнять ее, то можно пойти и немного дальше.

– Я робею.

– Вы боитесь меня?

– Немного.

– С такими именем, как у вас, надо быть смелее. Имя во многом определяет жизнь.

Он привлек ее и поцеловал в губы.

– Ну вот, уже лучше. Это аванс, мой милый друг. Задаток. Чтобы вам было о чем вспомнить, когда вы будете ходить на службу в холодном Санкт-Петербурге. Метель будет бить вам в лицо, а вы станете вспоминать Лувр, Египетский зал, эту каменную богиню и меня, вашу новую знакомую.

– Можно, я поцелую вас еще раз?

– Можно, милый Аполлон, конечно, можно. Пока я здесь перед вами – пользуйтесь.

Второй поцелуй был куда более долгим и волнующими. От