Позывной «Терра» - Дмитрий Корсак
– Обещаешь?
Кивнув во второй раз, я развернулся и пошагал прочь. Каких трудов мне стоило не сорваться на бег или не совершить еще какую-нибудь глупость. Про ожидающий меня лифт я и не вспомнил.
– Возможно, она действительно не могла сейчас разговаривать, – примирительно произнес трусивший чуть впереди хаски.
– Можешь не стараться. Я в порядке.
Пес грустно вздохнул, словно говоря: «Да кого ты обманываешь?», но быстро сменил тему.
– Ты уже знаешь, какую вещь возьмешь с собой на полигон? – спросил он, заглядывая снизу мне в глаза.
– Знаю. Только это не вещь.
– Если ты говоришь обо мне, то это не лучший выбор. Вряд ли я там буду тебе полезен. На полигоне работают лишь самые примитивные функции терминалов – связь с членами команды, переводчик, передача сигнала о выходе из игры. Наверное, я смогу считывать твои мысли, но ты, скорее всего, меня не услышишь.
– Скорее всего или точно?
– Скорее всего.
– Тогда пусть все остается так, как я решил.
Глава 4
Над пропастью
Я запрокинул голову – створки дверей уходили высоко вверх. Только какая же это дверь? Настоящий величественный портал, попавший на космическую станцию прямиком из мрачной готической сказки. По поверхности черненого металла змеились странные узоры, массивные витые колонны заканчивались мощной капителью. Аж мурашки по коже пошли от страха и восхищения! А еще возникло странное ощущение: почему-то я был уверен, что этот портал очень древний. Рядом с залитыми искусственным светом просторными палубами станции он выглядел диковинным чужаком – не из этого времени и не из этого мира.
Резкий гудок заставил меня вздрогнуть.
– Земля, приготовиться!
По колоннам спиралью пробежала голубоватая искра, ослепительно вспыхнули, складываясь в древние символы, узоры на двери, и створки с низким утробным звуком торжественно раскрылись.
Впереди была кромешная тьма.
– Кто первый? – спросил Веник.
– Я! – козырнула отвагой Жанна и смело шагнула в портал.
Темнота мгновенно поглотила ее фигуру.
– Давай, командир, – я хлопнул Веника по плечу. – Твоя очередь.
Веник, чуть помедлив, направился к порталу. Но перед ним, словно чертик из табакерки, выскочила маленькая юркая фигурка с длинной косой на макушке и стремительно исчезла во мраке. Вот ведь, стервец, пусть хоть и в такой мелочи, но обставил командира.
– Теперь ты, – отозвался за моей спиной Лис.
Я сделал шаг и осознал, что не вижу впереди себя привычной сероватой спины хаски, – пес испуганно жался к моей ноге. Голубые глаза робко взглянули на меня, лапы неуверенно переступали на месте. Но как настоящий верный пес, хаски молча последовал за мной.
Еще один шаг и я внутри.
Меня окружала беспросветная тьма. Лишь под ногами голубоватым неоновым светом мерцали дорожки из прямоугольников с закругленными углами. Я топнул ногой. Твердая поверхность – уже неплохо. Могли ведь оставить болтаться в пространстве.
Куда меня вынесло? Я не понимал, где очутился. Большое ли это помещение или маленькое. Да и вообще – помещение ли. Все чувства сбоили и отказывали. Ни запахов, ни звуков, никакого движения воздуха. Вообще ничего. И никого.
Мысленно я позвал пса. Ответа не было. Жаль. Без него будет трудно.
– Эй! Есть тут кто? – крикнул я и прислушался.
Тишина.
– Ребята! Жанна! Веник! Лис! Галвин!
Мне вновь никто не ответил.
Ладно. Попробуем по-другому.
Скинув рюкзак, я нащупал фонарик. Но световой конус лишь слегка разогнал темноту.
Я завертелся на месте, оглядываясь. Кроме теряющихся вдалеке голубоватых полос вокруг меня ничего не было. Куда, спрашивается, мне идти? Ни цели, ни указателей. Хотя… Игра ведь хитрая и сложная. Вряд ли тут задумано – дуй вперед в бесконечность, авось куда-нибудь придешь. Это было бы слишком просто и неумно. Тут наверняка кроется какой-то подвох. Эх, связаться бы с ребятами, вместе мы бы быстрее сообразили.
– Жанна! Веник! Ау! – вновь крикнул я, прислушиваясь.
На этот раз мне показалось, что звук гасится слишком быстро. Кстати, и фонарик должен был бы светить поярче и подальше.
А вот зачем, кстати, нас разделили? Мы же команда. Я не сомневался, что это сделали специально. Может, как раз для того, чтобы мы сообразили, как собраться вновь? Но как?..
Дебил! – я мысленно хлопнул себя по лбу. Нам же дали позывной!
«Терра, – я четко произнес кодовое слово. – Ребята, отзовитесь».
«В норме», – коротко бросил Галвин.
«Я попал в какую-то матрицу», – недовольно буркнул Веник.
«Лис, Жанна?»
«Да тут я, тут», – прозвучал в голове недовольный Жанкин голосок.
«Если бы еще понять, где этот тут», – тихонько хихикнул Лис.
«Кто-нибудь кого-нибудь видит?» – спросил я.
Четыре «нет» прозвучали почти одновременно.
«Давайте все посветим фонариками», – предложил Веник.
Ура! Наш командир наконец-то взял руководство в свои руки.
Я размахнулся и прочертил несколько световых кругов, поворачиваясь во все стороны, но вокруг меня по-прежнему была беспросветная тьма.
«А что если поменять спектр? Вдруг нам оставили послание, которое можно прочитать в диапазоне, отличном от видимого».
Похоже, Веник постепенно вживался в роль командира.
«Отличная идея»! – одобрил Лис.
«Ага. Давайте. Я такое в одном фильме видела», – поддержала идею Жанна.
«Начали», – скомандовал Веник.
Я менял настройки фонарика, махал руками, напряженно вглядываясь в темноту, но все было тщетно. И вдруг…
«Ой»! – ойкнула Жанна.
Справа от меня черноту прорезала ярко-зеленая черта.
«Лазер, пятьсот двадцать нанометров, – раздался снисходительный смешок Галвина. – Это было несложно».
Тут же вокруг меня заплясали четыре ярко-зеленые точки.
«Ура! Вперед!» – завопила Жанна.
«Да погоди же, глупая! – в сердцах бросил Веник. – Куда „вперед“? Мы сейчас будем бегать друг за другом по кругу как собаки в цирке».
«Точно», – поддержал я его.
«Все выключили фонари, кроме командира», – коротко распорядился Галвин.
Когда остался только один зеленый луч, я припустил к нему изо всех сил, словно боясь, что он пропадет, и я опять останусь один. Но луч не пропал.
– Мальчики! – обрадовано повизгивала Жанна, обнимаясь с каждым.
Глядя на довольные физиономии, мелькающие в лучах фонариков, можно было подумать, что мы не виделись целую вечность.
– Все в сборе, что теперь? – спросил Веник.
И тут, словно в ответ на его вопрос, перед нами появились две закрытые двери, из-за которых пробивался свет. Вернее, два черных прямоугольника, окантованных яркими полосками света, на двери походили весьма условно, но почему-то я был уверен, что за ними находится выход. По крайней мере, за одной из них.
– Перед вами две двери, – прозвучал в голове спокойный до равнодушия голос. – Одну охраняет ложь, другую правда. Только одна дверь позволит вам войти в игру. Если ваш выбор окажется неверным, вы проиграли.
– Так это еще не игра, еще