Человек-паук - Питер Дэвид

Питер застыл на месте, парализованный услышанным. Как мог кто-то, тем более её собственный отец, сказать что-то подобное про Мэри Джейн? Она же само совершенство, самая замечательная девушка в мире. Как мог тот, кто должен любить и обожать её и благодарить Бога за то, что он подарил ему её, возможно, это было немного чересчур, но всё же... – говорить про неё такое?

– Мне нужно идти в школу, – крикнула ему в ответ Эм Джей, поворачиваясь на каблуках.

– А кто тебя держит? – с усмешкой произнес её отец.

– Оставь её в покое! – огрызнулась мать Мэри Джейн, внезапно появившись из-за его плеча.

Девушка же не стала дожидаться, чем закончится ссора между её родителями. Вместо этого она ускорилась вниз по тротуару. Её движение вывело Питера из оцепенения, и он поспешил за ней.

Всё, что он собирался сказать ей, вылетело из головы, потому что в его воображении она была улыбающейся, яркой, жизнерадостной Эм Джей, которую он так хорошо знал по школе. Эмоционально взвинченная Мэри Джейн, которой приходилось иметь дело с родителями, или, по крайней мере, с отцом, который не ценил её такой, какая она есть, была не по силам Питера. Со всей энергией, бурлившей в его жилах, он был уверен, что сможет догнать её в мгновение ока, но его собственная неуверенность замедляла его.

«Поговори с ней, поговори с ней», твердил про себя юноша, приближаясь к Мэри Джейн уверенным, но осторожным шагом. Но девушка вытирала слёзы, а Питер, обычно сообразительный, не мог придумать, что сказать, учитывая её эмоциональный стресс.

Сзади раздался громкий гудок, и к ним подъехала машина, битком набитая её подружками. Если Питер и думал, что произошедшая с ним прошлой ночью трансформация было поразительной, то это было ничто по сравнению с молниеносным преображением лица Мэри Джейн. Сразу же всё уныние и разочарование исчезли, сменившись широкой улыбкой и радостью девушки. Машина притормозила настолько, что Эм Джей успела запрыгнуть в неё, словно Золушка на балу. Под весёлый смех девушек машина рванула с места, объезжая школьный автобус...

«Школьный автобус?!? Вот блин!»

Питер помчался по улице. Когда-то от такого поспешного, решительного бега у него бы перехватило дыхание, но не в этот раз. Оно было медленным, ровным и уверенным, как и сердцебиение. Казалось, он даже не напрягался, как будто скорость, с которой он двигался, была лишь малой частью того, насколько быстро он мог двигаться на самом деле.

Но даже этого оказалось недостаточно, так как автобус, выпустив клубы дыма, отъезжал от обочины. Питер начал сомневаться, что водитель заметил приближающегося Питера, поэтому он завёл двигатель и с рёвом начал движение.

Питер подбежал к автобусу как раз в тот момент, когда он уже отъехал от обочины. На борту висел баннер "ВПЕРЁД, ДИКИЕ КОТЫ!". Выбежав на улицу вслед за автобусом, он прижал руку к баннеру, намереваясь несколько раз постучать по автобусу, чтобы тот остановился.

Но автобус уже вовсю набирал скорость, а баннер отлетел от него.

Если быть точным, баннер прилип к пальцам Питера точно так же, как ранее носок прилипал к его ноге, но только с гораздо большей силой. Парень попытался стянуть баннер с руки, но обнаружил, что тот прилипает к другой. Почему, чёрт возьми, баннер был таким липким? Как будто он был сделан из липкой ленты.

Но глаза подсказывали ему, что в материале, из которого был изготовлен баннер, нет ничего необычного. Баннер просто липнул к его пальцам...

Нет ...

Нет... дело было совсем не в этом. Его пальцы... цеплялись за баннер.

И вдруг что-то ударило его по голове, что-то с такой силой, что чуть не раскололо череп надвое. Это было предупреждение, ощущение, реакция "опасность, спасайся", и всё это требовало внимания одновременно, и пока он пытался разобраться в этом, над всем этим раздался звук сигнала. Но гудок был снаружи его головы, а не внутри, и Питер повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть несущийся на него грузовик. Он чувствовал жар, исходящий от радиатора, практически ощущал запах резины от шин – настолько близко он был.

С криком Питер отпрыгнул в сторону, всё это время понимая, что нет никакой возможности, абсолютно никакой возможности, что он сможет вовремя убраться с дороги, даже когда сработают тормоза и завизжат шины.

А потом всё исчезло: жар, запах – всё исчезло, сменившись головокружительным ощущением, как будто он летит. Он поднимается всё выше и выше, ветер от ускорения бил ему в лицо, а земля под ним проносилась мимо, как будто он был реактивным самолётом, взлетающим со взлетно-посадочной полосы. Это чувство восхитительной свободы, ощущение, что ты не связан такими банальностями, как гравитация.

И в этот момент Питер врезался в стену здания. Это было не особо высокое здание, трёхэтажное офисное сооружение, в котором размещалась юридическая фирма. Но его кирпичи были такими же прочными, как у любого Манхэттенского небоскрёба, и когда Питер врезался в него на высоте двенадцати метров, он чуть не потерял сознание. В состоянии головокружения и растерянности он сделал то, что не имело абсолютно никакого смысла: Питер протянул руку и попытался ухватиться за стену здания, чтобы не упасть.

Ещё меньше смысла было в том, что это сработало.

Парень зацепился за стену, словно летучая мышь, его разум пытался осознать безумие того, что с ним происходило.

Питер оглянулся через плечо и увидел в восемнадцати метрах от себя водителя грузовика, который стоял на улице, уставившись на решётку радиатора, словно не в силах понять, почему на ней нет размазанного подростка. Мужчина на мгновение заколебался, затем опустился на колени, чтобы осмотреть нижнюю сторону грузовика. На мгновение Питеру показалось, что он действительно мёртв и что он обязательно увидит своё тело, лежащее там, как в тех фильмах с призраками, ангелами и тому подобным. Но потом водитель грузовика пожал плечами, покачал головой, словно сомневаясь в своих чувствах, забрался в кабину и уехал, оставив за собой улицу, на которой явно не было трупов.

В этот момент женщина в офисном здании приоткрыла окно, намереваясь полить цветы в оконном ящике. Увидев Питера, она издала изумлённый вопль, от которого Питер отлетел от стены. Земля разверзлась перед ним, и в отчаянии он схватился за водосточную трубу, чтобы избежать падения и, возможно, даже забраться на крышу и оказаться в безопасности. А водосточная труба вместо того, чтобы удержать Питера от падения, смялась под его твёрдыми как сталь пальцами. Питер стал