Позывной «Терра» - Дмитрий Корсак
Лестница привела меня на площадку с единственной дверью, из-под которой пробивался свет. Я прислушался, не вошли ли в башню ребята, но в башне по-прежнему стояла гулкая тишина.
Дверь пугала и притягивала меня одновременно. Правильнее было бы спуститься вниз или вообще уйти из башни, но мне почему-то казалось, если я сейчас уйду, то вернуться обратно уже не смогу. А этого я совсем не хотел. Прошептав «любопытство сгубило кошку», я взялся за дверную ручку и… Оказался среди моих одноклассников.
По-моему, это была квартира Смолова. Гремела музыка. Плотные шторы не пропускали дневной свет, комната тонула в полумраке. Несколько свечей в пустых жестяных банках безуспешно пытались создать романтическую атмосферу. Дерганное, неверное пламя выхватывало из полутьмы силуэты девчонок, секретничавших стайкой у окна. На диване, окружив Вовчика, яростно сражавшегося с инопланетными захватчиками на ноутбуке, сидели Серый, Влад, Петюня, Колян. Вовка лихо орудовал игровым джойстиком, а пацаны не отрывали глаз от экрана ноутбука. Противоречивые советы так и сыпались со всех сторон. Вовчик огрызался – нечего советовать под руку, когда он и сам все знает. На меня никто не обратил внимания, я здесь был лишним.
Я сунулся на кухню, где Лара со Смоловым уплетали мороженое. Хотя я стоял прямо перед ними, они вели себя так, как будто меня не было.
– И как только ты с Нечаевым дружишь? – говорила Лара, ковыряя мороженое. – Он же скучный. С ним же поговорить не о чем.
– Да я с ним особо и не разговариваю, – пожимал плечами Смолов. – Он мне не интересен. Просто с детского сада вместе, привык к нему. Да и в математике он сечет.
– Да, он редкостный зануда. Если бы не контрольные с домашкой, я бы к нему ни за что за парту не села. Серая, заурядная личность.
Смолов хмыкнул, глядя сквозь меня.
– Думаешь, буду возражать?
Ладно Лара, с ней уже все ясно, но Смолов?.. Я подозревал, что наша дружба не вполне бескорыстна с его стороны, иногда мне действительно приходилось помогать ему, но вот чтобы так открыто рассказывать об этом Ларе?
Я повернулся и вышел из квартиры.
…И столкнулся с Никой.
Она была в серебристом мундире – парадной форме академии Алькора. Откуда-то я знал, что значок, приколотый справа на ее груди, – знак отличника Академии, а золотой круг слева – награда за уничтожения Разрушителя. Ника стояла на мостике космической станции возле огромного панорамного окна-экрана и смотрела, как из прокола торжественно выплывает белоснежный линкор. Сила, мощь, благородная красота, спокойная уверенность – все в корабле вызывало восхищение. Бравые курсанты, окружавшие Нику, обсуждали с ней тактико-технические характеристики корабля. Я не понимал, о чем они говорят. Да и откуда обыкновенному земному десятикласснику разбираться в технике Альянса?
Ника скользнула по мне невидящим взглядом и улыбнулась. К сожалению, не мне.
– Говорят, что тебе помогали жители какой-то примитивной планеты? – спрашивал Нику один из курсантов.
– Да, это так.
– И тебе удалось найти с ними общий язык?
– А что мне оставалось?
– Они хоть имели представление, что их планета – не центр мироздания, стоящий на трех слонах и большой черепахе? – ухмыльнулся другой курсант. – Или считали, что космос – это купол, на котором нарисованы звезды?
– Не особо, – засмеялась Ника.
Мои щеки пылали огнем, почему-то вдруг стало трудно дышать. Курсанты не сказали ничего нового, все это я знал и сам, но мне все равно было обидно. Жители галактики могли считать по-своему, но Ника… Она не раз говорила, что для нее не имеет значения, откуда я родом. Так почему же сейчас она передумала? Или раньше она просто успокаивала меня, а сейчас сказала то, что думала всегда?
Едва слышный голос в моей голове убеждал меня не поддаваться обидам и страхам, но я был слишком расстроен, чтобы услышать его.
Развернувшись, я зашагал прочь.
…И оказался в центре управления форпоста. Над головой струился Млечный Путь, шесть кресел по периметру зала пустовали. Зато в центре зала о чем-то оживленно спорила наша команда – Веник, Галвин, Лис и Жанна.
– Ребята! – я бросился к ним. – Все закончилось? Нас вернули на Землю?
Но на меня никто не обратил внимания.
– Он бесхарактерный и нерешительный, ему никогда не завоевать авторитет у команды, – говорил Галвин.
– Он совсем не понимает других людей, – грустно улыбался Лис. – Он плохой друг.
– Ему нельзя доверять, – решительно тряхнула зелеными кудрями Жанна.
– Он всегда все портит, – поставил точку Веник.
Я растерянно переводил взгляд с одного знакомого лица на другое, стараясь уловить хоть частичку прежней дружбы, но ее не было.
«Не поддавайся своим страхам! Борись с ними!» – уже громче кричал в моей голове знакомый голос, но моя обида была сильнее голосов.
– Ребята, зачем вы так?
Слезы навернулись мне на глаза, и я бросился бежать.
…Передо мной стоял пес. Голубые глаза смотрели холодно и даже презрительно.
– Мы все еще в игре? Значит, я могу тебя видеть? Но почему же…
– Конечно, можешь, – перебил он, ухмыляясь. – Но только тогда, когда я этого хочу. А ты думал, что высокоразвитый интеллект будет подчиняться желаниям какого-то примитива с захолустной планеты?
Это был удар под дых.
– Я думал, ты мой друг.
– Вот еще! – фыркнул он и, отвернувшись, занялся своим хвостом.
Такого я не ожидал. Пес добил меня.
«Не поддавайся! Борись!» – кричал голос в моей голове. И я понял, что это кричал хаски. А потом и он сам на мгновение показался передо мной.
– Какой из вас настоящий?
– И ты еще спрашиваешь? Конечно тот, который всегда был твоим другом! Которому не безразлично, что происходит с тобой сейчас!
Пес сдавленно рычал и от напряжения переступал лапами. Сколько же сил ему приходилось затрачивать на то, чтобы поддерживать свой облик! Я обнял хаски и прижался к мохнатой морде. Он лизнул мою ладонь.
– Все. К черту надуманные обиды, недоверие, подозрительность.
Оба пса пропали, но в голове звучал, затухая, его голос:
– Никогда не поддавайся плохим мыслям. Борись с ними.
Меня вновь окружали стены из красного кирпича. Я прикрыл глаза и опустился на пол. Мне казалось, что я написал сто контрольных по алгебре, что меня протащили через мясорубку, заставили пробежать марафонскую дистанцию. Я был выжат, измочален и вывернут наизнанку. Хотелось только одного – все забыть.
Когда я открыл глаза, передо мной стояли мои друзья – Жанна, Галвин, Лис – и с тревогой смотрели на меня.
– С тобой все в порядке? – осторожно осведомился Лис, приглядываясь.
– Вроде, – пробурчал я.
– Вид у тебя какой-то… Странный.
Зато Жанна бурлила энергией.
– Мне показали мои мечты. Я и не подозревала,