Соленый раф для влюбленных - Виктория Арана

Андрей: «Хаха, прости. Есть за мной такой грешок. Просто хочу, чтобы ты знала обо мне все. Еще больше, разумеется, хочу узнать о тебе. Знаю, сейчас все это выглядит странно, но я одержим».

Хорошо, что во время переписки он не увидит мои пунцовые щеки.

Сашка: «Знакомое чувство. Очень жаль, что я была занята целый день».

Андрей: «Ты работала. Это нормально, что ты не могла написать. Зато завтра мы наконец-то сможем увидеться и поговорить».

Свидание. Да, точно. Разумеется, я о нем помнила. Ждала больше, чем собственный день рождения. Чем просмотров на новом видео. Чем положительных отзывов на карте о точке, где работаю.

Сашка: «Я тоже хочу увидеться. Готова задать тебе минимум триста вопросов».

Андрей: «У меня не меньше. Придется задавать по очереди, чтобы было честно. Что бы ты спросила первым?»

Я задумалась. Это мой шанс вызвать какую-нибудь эмоцию. Глаза продолжали закрываться от усталости, скорость печати стала катастрофически низкой. Но я готова была снова окунуться в ледяную воду, лишь бы попереписываться еще хотя бы чуть-чуть.

Сашка: «Как ты ухаживаешь за белыми кожаными кедами?»

Вопрос странный. Я рассчитывала на недоумение и смешок. Учитывая полуигривый характер переписки, мое сообщение должно выбить из колеи. В ответ пришло голосовое сообщение.

«Я использую средство для мытья ванны. Только не смейся, этот способ я открыл много лет назад, и с тех пор мои кеды остаются белыми, пока не развалятся».

В голосе слышалась улыбка. Я прижала ладонь к пылающей щеке. Он нормально воспринял глупый вопрос и ответил на него со всей серьезностью.

Сашка: «Записала. Потом пришли ссылку на конкретное средство. А то на мои уже через месяц после покупки страшно смотреть».

Сашка: «Теперь, кажется, твоя очередь?»

Андрей: «Почему ты выбрала Тюмень?»

Сонливость моментально прошла. Я села на диване, недоуменно пялясь в экран. Стало стыдно за вопрос про кеды. Думала, он подхватит волну, мы похихикаем и разойдемся по кроватям. В итоге же его интересовали намного более серьезные вещи.

Сашка: «Из вредности. Родители не отпускали далеко, я хотела жить в более-менее крупном городе. Поступила на заочку и решила остаться здесь. Почувствовала себя… дома?»

Я написала чистую правду. В Тюмени я действительно чувствую себя более своей, чем в родном Ялуторовске. Резкий ветер перекликался с непрекращающимся штормом моей души. Мне нравились разношерстные дома, которые в любом другом месте показались бы несочетаемыми.

Я любила неспешный темп местных жителей. Они не торопились, они – жили. Ну, почти все. Бабушки в автобусах обычно предпочитали драться за понравившиеся места, но это мелочи. Остальные плюсы перекрывали все недостатки, которые могли бы смутить какого-нибудь туриста.

Андрей: «Мне кажется, тебе бы больше подошли другие города. Более крупные. Но я счастлив, что ты выбрала Тюмень, потому что иначе мы бы вряд ли познакомились».

Андрей: «Следующий вопрос твой, но ты, должно быть, адски хочешь спать. Задашь его завтра?»

Сашка: «Только если ты будешь отвечать и так же спрашивать в ответ».

Андрей: «О, ты от меня так просто не отделаешься. Я буду рассказывать обо всем, даже если ты ни о чем не спросишь».

Я хихикнула. Он казался болтливым и милым. Хотелось уже поскорее увидеться. Странно скучать по практически незнакомому человеку, но поделать с собой я ничего не могла.

Сашка: «Спокойных и безмятежных снов, пусть муза оставит тебя хотя бы во сне и даст хорошенько отдохнуть».

Андрей: «Спи крепко-крепко. Завтра придется много ходить и говорить. Жду не дождусь нашей встречи».

Я поставила реакцию на его сообщение понимая, что слишком легко могу вовлечься в продолжение переписки, и зарылась лицом в подушку. Быть таким милым незаконно! Это чревато чрезмерной влюбленностью, из-за которой вообще-то страдают люди.

Нервничать перед свиданием с парнем мечты – вполне нормально, поэтому я практически не спала ночью, а потом все утро носилась из угла в угол, мерила вещи, сокрушалась из-за волнистых волос, которые из-за влажности закудрявились сильнее обычного, и боялась, что скажу на встрече какую-нибудь глупость.

Рита трижды раскладывала карты, будто бы это могло меня успокоить. Оля приносила мне кошек по очереди и грустно вздыхала: тоже хотела в кого-нибудь влюбиться. Маша хмыкала каждый раз, когда мы встречались с ней взглядом. Она считала, что все это глупости и что мы разбежимся, не успев как следует сойтись. Слишком молодые. Еще и познакомились странно.

Я не спорила. Сама не понимала, что со мной происходило. Будто любовь с первого взгляда, о которой я только читала в книгах и которую видела в фильмах. Но каждый раз, когда он мне писал, хотелось бросить все дела и говорить, говорить, говорить… Каким-то чудом я сдерживала желание строчить ему от заката до рассвета. Я хотела задать ему миллион вопросов. И разумеется, хотела узнать на них ответы.

Экран телефона на мгновение вспыхнул. Я почти прыгнула на диван с разбега, надеясь на сообщение от Андрея. Вчера мы переписывались целый день до глубокой ночи, но мне все равно было мало. Радость чуть поутихла, когда высветился отправитель сообщения.

Игореша: «Я не хочу ходить на работу. Там нет записок от тебя, из-за этого день проходит всегда плохо».

Сашка: «Приручи нового сменщика. Хотя, мне кажется, вернусь через пару недель. Поэтому можешь не сильно стараться».

Игореша: «Про тебя люди спрашивают, скучают».

Я тоже скучала. Мои любимые постоянники ходили, разумеется, не только в мои смены, но почти всегда передавали привет. Из-за этого я каждый раз грустила и переживала, чтобы их не спугнули недостаточно доброжелательной улыбкой или не самым вкусным на свете напитком.

Сашка: «Я тоже по ним скучаю. И по точке, разумеется. Здесь с утра вертишься, как уж на сковородке, а смену все равно закрываешь с трудом».

Игореша: «Лучше старайся похуже. Тогда с большей вероятностью решат вернуть обратно, где ты справлялась лучше».

Я хмыкнула. Игорь каждый день ныл и придумывал разные способы, как вернуть меня обратно. Еще чуть-чуть, и он начнет ходить ко мне на работу в свои выходные вместо отдыха. А у него хватало дел, которые требовали много времени.

Он фанател от футбола, часто ходил на матчи, состоял в каком-то там мало известном клубе и много помогал бабушке. Когда Игорю исполнилось восемнадцать, он специально переехал к ней. Он вообще крайне заботливый человек.

Разумеется, я тоже скучала по другу. И неоднократно говорила ему об этом. Но именно