ДЕЦЛ. Голос российского хип-хопа. История Кирилла Толмацкого глазами друзей и близких - Александр Толмацкий

Кирилл свободно владел английским и выступил с ответной речью:

– Привет! Я ДеЦл. В Москве, в России тоже есть хип-хоп. Мы открыты для всего нового. Мир всем!

Это был наш звездный час. Впервые российский клип удостоился такой награды. Мы были счастливы и горды собой. Позже в интервью СМИ Влад Валов сказал:

– Больше никто из русского шоу-бизнеса не прыгнул выше этой планки…

ДЕЦЛ БЫЛ НАСТОЯЩИМ. НЕ КОПИЯ, НЕ АДАПТАЦИЯ, НЕ КАЛЬКА С ЗАПАДА – ОН БЫЛ ТЕМ САМЫМ ГОЛОСОМ СВОЕГО ПОКОЛЕНИЯ. ЭТО ПОЧУВСТВОВАЛИ СРАЗУ, НЕ ТОЛЬКО У НАС, НО И НА ЗАПАДЕ.

В то время, когда другие артисты пытались выглядеть «как там», Кирилл уже был там – по вайбу, по форме, по свободе. У него не было комплекса русского рэпера. Он не играл – он жил этим. В нем был стиль. И внутренняя культура.

MTV вручает награды не просто за клипы или треки. Они отмечают явление. Символ. А Кирилл стал именно таким символом новой волны, когда подростки наконец перестали слушать, что им навязывают, и начали выбирать свое.

Он выглядел как его ровесники, но говорил как взрослый. Он умел нести мысль в бит, и его тексты резонировали – не потому, что были круто зарифмованы, а потому, что были честными. А в эпоху напыщенной эстрады это особенно ценно.

После него появилось много тех, кто хотел попробовать себя, и тех, у кого даже неплохо получалось. Но никто не смог стать тем самым, зажечь аудиторию до такого градуса, чтобы клип показали в Нью-Йорке, а стиль начали копировать от Москвы до Владивостока.

Потому что Кирилл не пытался понравиться – он просто был собой. И это стало его главной суперсилой.

Но на этом наши американские приключения не закончились.

Получив премию, мы остались в Нью-Йорке еще на несколько дней. Влад предложил:

– Давайте купим рэперские аксессуары, ну там цепочки золотые с большими знаками и какую-то модную одежду. Мне тут сказали, есть один магазин…

– Ну поехали, – решили мы и отправились в путь прямо на метро.

Когда вышли, я понял, что мы оказались в черном квартале. Мы шли до магазина под пристальным наблюдением местных, они с нас глаз не спускали. От неприятностей спасло лишь то, что у Кирилла были дреды и его воспринимали как своего. В магазине разговаривал Кирилл, он быстро объяснил, что нам нужно, мы купили рэперскую атрибутику и поспешили обратно в отель.

МЫ БЫЛИ ПОБЕДИТЕЛЯМИ ПО ОБЕ СТОРОНЫ ОКЕАНА.

Александр Толмацкий, отец

Мой товарищ познакомил меня с девушкой. Ее звали Лола, красивая испанка, чьи родители попали в СССР детьми во время войны и остались здесь жить. Мы начали с ней общаться. У нее была подруга Ирина. Как только я увидел эту эффектную рыжую девушку, сразу же влюбился.

Ирина работала на Сретенке в магазине косметики. Я начал за ней ухаживать. В 1982 году мы поженились. И через год, 22 июля 1983 года, появился на свет наш сын Кирилл.

Когда я узнал эту новость, мы с моим товарищем Лёвой поехали отмечать в гостиницу «Космос». В тот момент это было очень модное место. Там были бассейн, боулинг. Спекулянты и фарцовщики покупали у иностранцев вещи и перепродавали их соотечественникам, прямо не отходя от гостиницы. Короче говоря, в «Космосе» можно было прикольно провести время.

И в результате я напился так, что, прыгая в местный бассейн, начинал тонуть, а выныривая, трезвел. Это я очень хорошо запомнил. Я практически не пью, но рождение сына стало для меня таким большим событием, что на радостях я перебрал.

Мне было 23 года. Ну какой я там отец. Сейчас у меня есть четкое мнение, что у мужчин мозги только к 30 годам начинают становиться на место. Девушки уже в возрасте 20–25 лет взрослые, умные, а их ровесники – полные оболтусы. В общем, мужчины до 35 лет вообще не предназначены для совместной жизни. Поэтому я считаю, что мужчина должен быть старше женщины хотя бы лет на десять, чтобы не портить жизнь ни себе, ни жене.

ПОСЛЕ РОЖДЕНИЯ КИРИЛЛ ДОЛГОЕ ВРЕМЯ ОСТАВАЛСЯ В БОЛЬНИЦЕ ОДИН. ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО НЕ ВСЕ ГЛАДКО ПО ЗДОРОВЬЮ. ПОНАЧАЛУ ПРОГНОЗЫ И ВОВСЕ БЫЛИ СТРАШНЫЕ. ЦЕЛЫЙ МЕСЯЦ ЗА ЕГО ЖИЗНЬ БОРОЛИСЬ МЕДИКИ.

Иру к нему не хотели пускать. Мне удалось договориться, чтобы она каждый день навещала сына и была рядом.

Наконец Кирилла выписали домой.

После рождения ребенка мы переехали ко мне – в небольшую двухкомнатную квартиру, где я жил вместе с матерью. Я родился и вырос в Измайлово, на Измайловском бульваре, недалеко от Театра Мимики и Жеста. Тогда ни у кого не было квартир, да и вообще ничего не было, только сплошной дефицит. Помню, как стоял в многочасовой очереди в «Детском мире» за немецкой коляской. И когда ее удалось купить, это стало целым событием. Добыча.

Так, например, один из первых компьютеров Macintosh в нашей стране оказался у нас дома. Первые приставки для видеоигр тоже появились у Кирилла раньше всех. Мы вместе с ним объездили практически полмира. У него всегда все было, он ни в чем не нуждался.

Но давайте вернемся в начало 1980-х. Тогда у меня было много денег, но тратить их было некуда. В тот момент я был известным диджеем, цеховиком[4] (шил партиями джинсы и делал обувь), параллельно учился в Московском технологическом институте мясной и молочной промышленности, но толком туда не ходил. Был в центре музыкальной тусовки, поскольку стал одним из первых диджеев в стране. Занимался организацией подпольных концертов. Играл на барабанах и бас-гитаре. Короче, сегодня все это называют «шоу-бизнес».

В конце 1970-х – начале 1980-х годов я был одним из главных организаторов самых больших в Москве дискотек, таких как «Кругосветное путешествие» в ДК завода «Серп и молот», а чуть позже – «Мираж» в ДК завода Ильича. Туда приходили по полторы-две тысячи человек, и на тот момент это было грандиозно. Тогда музыку запускали с бобинных магнитофонов, а светорежиссеры управляли светом простыми выключателями. Множество известных людей выросли вместе со мной и многого добились в жизни. Они стали министрами, руководителями крупных компаний, телевизионных каналов и просто успешными людьми.

Так случилось, что я стал одним из первых, у кого появился видеомагнитофон. Со всей Москвы ко мне