Ленин. Личная жизнь гения - Ханна Беккер
Инесса Федоровна не раз говорила с Поповым на эту тему и даже развивала ее. Но неизменно приходила к выводу: история маловероятная, похожа на сплетню, хотя – нет дыма без огня – что-то есть у Марии Александровны, какая-то тайна ее молодости.
Тут же Арманд плавно переходила к теме свободной любви, она ее всегда волновала…
Сижу в 1991 году, обложившись книгами и документами, опубликованными и архивными, журналами, нашими и зарубежными, хочу поймать хвост тайны девицы Бланк, а ловлю какие-то другие «хвосты». Ведь все не так давно было: первого марта 1887 года Россию всколыхнула весть о неудавшемся покушении членов партии «Народная воля» на императора Александра III. Среди террористов оказался сын Ульяновых Александр, студент-отличник Петербургского университета. По подозрению была взята и его родная сестра Анна Ульянова. Мария Александровна, мать Александра и Анны, бросается в Петербург. 28 марта она подает прошение на имя царя:
«Горе и отчаяние матери дают мне смелость прибегнуть к Вашему Величеству как единственной защите и помощи. Милости, Государь, прошу! Пощады и милости для детей моих. Старший сын Александр, окончивший гимназию с золотой медалью, получил золотую медаль и в университете. Дочь моя Анна успешно училась на Петербургских Высших Женских Курсах. И вот, когда оставалось всего лишь месяца два до окончания ими полного курса учения, у меня вдруг не стало старшего сына и дочери. Оба они заключены по обвинению в прикосновении к злодейскому делу первого марта. Слов нет, чтобы описать весь ужас моего положения. Я видела дочь, говорила с нею. Я слишком хорошо знаю детей своих и из личных свиданий с дочерью убедилась в полной ее невиновности…

Товарищ Арманд
О Государь! Умоляю, пощадите детей моих. Возвратите мне детей моих. Если у сына моего случайно отуманился рассудок и чувство, если в его душу закрались преступные замыслы, Государь, я исправлю его: я вновь воскрешу в душе его те лучшие человеческие чувства и побуждения, которыми он так недавно еще жил. Милости, Государь, прошу, милости».
Что можно извлечь из этого вопиющего материнского письма? Какое и чему подтверждение?
Есть ли хоть одно слово, выдающее желание напомнить о некоем прошлом, связывающем госпожу Ульянову и царя?
Ни одного.
Есть ли хоть намек на какое бы то ни было исключительно особое право?
Решительно нет.
Почему царь так быстро отреагировал на письмо госпожи Ульяновой и все ей разрешил: свидание с сыном, возможность дать ему покаяться?
Это вопрос типичного советского человека, живущего в беззакониях и жестокостях нашего времени, а тогда были иные времена, свои жестокости и беззакония, – но часто облеченные в благородные и возвышенные формы. Появление умного, страдающего каждым словом страстного письма русской дворянки, родившей шестерых детей, могло быть оставлено без внимания? Нет. Избежавший смертельной участи самодержец вполне мог демонстрировать великодушие перед матерью преступника и перед всем народом. Александру Ульянову была дана возможность покаяться, выжить. Почему он не воспользовался этой возможностью?
Более ста лет назад, в годы перестройки девятнадцатого века, Александр III на письме Марии Александровны Ульяновой начертал такую резолюцию: «Мне кажется желательным дать ей свиданье с сыном, чтобы она убедилась, что это за личность, ее милейший сынок, и показать ей показания ее сына, чтобы она видела, каких он убеждений».
Нет никаких оснований предполагать, что он когда-либо знал Марию Ульянову-Бланк и каким-то образом относится пристрастно к ее имени и просьбе.
Впрочем, трудно представить себе, чтобы умная Мария Александровна в официальном письме позволила себе вольность напоминания, а царь в официальном ответе снизошел до лирических воспоминаний.
Присутствовавший при последнем свидании матери с сыном прокурор Князев писал, что отказавшийся покаяться Александр Ульянов перед казнью сказал матери: «Представь себе, мама, двое стоят друг против друга на поединке. Один уже выстрелил в своего противника, другой еще нет, и тот, кто уже выстрелил, обращается к противнику с просьбой не пользоваться оружием. Нет, я не могу так поступить».
Вот тут в покушении Александра на Александра возникает некий акцент – Александр Ульянов видит в своем поступке не покушение на жизнь, а дуэль. Благородный, чуткий и честный Александр Ульянов видел в царе противника? Он хотел исполнить долг чести?..
Иван Федорович Попов говорил мне, и не раз (у него была привычка пожилых людей повторяться), что Инесса Арманд развивала тему так: после смерти отца, в 1886 году, Александр, разбирая тайные бумаги покойного, наткнулся на документ, касающийся пребывания при императорском дворе девицы Марии Бланк – то ли пожалование материального характера на новорожденного, то ли письмо, раскрывающее тайну.
Александр поделился открытием с Анной, которой эта бумага лично касалась. И оба поклялись отомстить. Жажда мести привела их к народовольцам, чьи идеи совпали с их намерениями. Но Александр не хотел впутывать сестру и в решающий момент отстранил ее от задуманного акта. Против Анны улик не было, ее отпустили.
Возможно, насчет улик Васильева и ошибается. Они могли быть, при желании их не трудно было найти, но вопрос в том, захотел ли царь ими воспользоваться?!
Смерть брата очень потрясла Ленина. И ему уже приходится мстить и за него, и за мать. Ненависть лично к царю вскоре разрастается ко всему окружению императора, к целой государственной системе. Благо, почва для этого в то время в России была благоприятная.
Невероятно? Отчасти. Необходимо знать характер этого невероятно жестокого человека, фаната, вампира, которого преграды, что стояли на пути к поставленной им цели, только окрыляли, придавали ему силы.
Он видел цель, он бежал, он торопился к ней, подчиняя своему влиянию всех, кто встречался на его пути: родных, близких, друзей, знакомых, просто первых встречных.
Тех, кто не поддавался его влиянию, он просто уничтожал, он расправлялся с ними жестоко и хладнокровно.
Но об этом разговор еще впереди.
А пока что оставим историю с фрейлиной Марией Бланк под большим вопросом и вернемся к Марии Ульяновой, тихой, скромной, задумчивой женщине.
Да вот еще что. Это, собственно, тоже будет хорошо видно из дальнейшего повествования. Я не раз задумывалась: при всем при том уж больно благосклонен был царь к семье Ульяновых. И в своей смерти Александр прежде всего повинен сам, и остальные его братья и сестры за свою революционную, а по меркам того времени, так преступную деятельность могли бы пострадать куда больше. Могли, но… Почему?
Пока нет ответа…
Беспутная жизнь Ильи Николаевича, а также, в сущности, самое что ни есть заточение в своем доме Марии Александровны, одиночество, вечное подозрение мужа в измене не могли не пройти для нее бесследно. И хотя внешне она пыталась оставаться все такой
Ознакомительная версия. Доступно 25 из 123 стр.