Звоните Манькову! Том 2 - Денис Деев

профессура да партийная номенклатура. Но сейчас, в девяносто втором, социальный состав жильцов здесь начал стремительно и безжалостно меняться. Элитных новостроек в городе еще толком возводить не начали, поэтому эти величественные архитектурные мастодонты по праву считались чуть ли не лучшим и самым престижным жильем. Огромные квартиры в них сейчас активно, не считаясь с затратами, скупали новые хозяева жизни — удачливые коммерсанты, банкиры и поднявшиеся криминальные авторитеты.

Степан плавно притормозил у одного из массивных подъездов с остатками лепнины над козырьком.

— Третий этаж, квартира двадцать восемь, — коротко проинструктировал он, не заглушая мотор.

— А вы с нами не пойдете? — Люда вопросительно посмотрела на водителя, нервничая перед визитом к неизвестному человеку.

— А мне-то зачем? — усмехнулся Степан, поудобнее перехватывая оплетку руля. — Я свое уже отучился.

Мы выбрались из уютного тепла «Волги» на утреннюю прохладу и шагнули в подъезд. Внутри оказалось на удивление чистенько и ухоженно. Никаких тебе привычных подпаленных спичками стен, матерных надписей на стенах или стойкого запаха сырости. Широкие лестничные пролеты, аккуратно выкрашенные стены, а на окнах между этажами стояли ухоженные цветы в горшках. Сразу видно —чужие здесь не ходят.

Мы поднялись на третий этаж и остановились перед обитой коричневой «кожей» дверью. Прямо по ее центру тускло поблескивал здоровый выпуклый глазок. Я нажал на кнопку звонка. Мелодичная трель эхом раздалась где-то в недрах просторной квартиры.

— Может, его дома нет? — переминаясь с ноги на ногу, тихо спросила Люда после недолгой паузы.

Было очень заметно, как девушка нервничает, оказавшись в непривычной ситуации. Я лишь неопределенно пожал плечами и еще раз надавил на кнопку звонка. В мутном стекле огромного глазка вдруг мелькнула тень — нас кто-то внимательно через него рассматривал.

— Вам кого? — раздался из-за массивной двери настороженный мужской голос.

— Мы к Андрею, — ответил я, стараясь говорить уверенно.

— Нет тут и никогда не было никакого Андрея!

Я машинально посмотрел на металлические цифры на двери. Всё верно, квартира двадцать восемь.

— Но… нам сказали, что есть… — начал было я.

— Кто сказал? — резко перебил голос.

— Степан, — я выложил главный козырь. — Мы от Степана.

— Так бы сразу и сказали, — тон невидимки изменился.

Загремели замки, звякнула тяжелая стальная цепочка, и дверь приоткрылась ровно на ширину узкой щели. Кто именно за ней стоял, в полумраке прихожей рассмотреть было невозможно.

— Какой ВУЗ интересует? — деловито, без лишних прелюдий перешел к сути невидимый хозяин.

— Нам нужно что-нибудь связанное с экономикой, — сформулировал я. — Не слишком пафосное, чтобы не привлекать лишнего внимания, но и не заборостроительный или сельхоз.

— МКИ подойдет? — коротко спросил голос.

Я напряг память. Вузов с такой аббревиатурой я с ходу не припомнил.

— А что это?

— Московский кооперативный институт, — пояснил голос из-за двери.

Я мысленно покрутил название на языке. А что, для постсоветской действительности начала девяностых звучало весьма солидно, в духе времени.

— В принципе, да, — кивнул я.

— Специальность «Организация коммерческой деятельности» устроит?

А вот это звучало вообще идеально! Прямо то, что доктор, точнее генерал, прописал.

— Да, то, что нужно. Берем.

— Десять штук, — буднично огласил прайс продавец.

— За диплом⁈ — я аж поперхнулся, не ожидая такой астрономической по местным меркам суммы.

Дверь тут же с громким стуком захлопнулась, лязгнул замок. Переговоры, кажется, зашли в тупик.

— Погодите! — я повысил голос. — Может, вы нас неправильно поняли!

Секундная пауза, и дверь снова нехотя приоткрылась на длину натянутой цепочки.

— Это ты меня неправильно понял, — жестко отрезал продавец «знаний». — У меня настоящие, оригинальные бланки Гознака. А не дешевая паль, фломастерами на коленке нарисованная. Разницу между моей работой и оригиналом под микроскопом не найдут даже эксперты. Так что цена окончательная.

Я крепко задумался. С одной стороны — безумно дорого. С другой… дешевку генералу Зимову подсовывать себе дороже. Не дай бог наш обман вскроется из-за кривой печати — тогда он не только Людку, но и меня с треском вышвырнет. Рисковать так глупо было категорически нельзя.

— Хорошо, давайте ваш Гознак, — смирился я.

— Деньги давайте.

Я достал бумажник, быстро отсчитал нужную сумму и сунул пачку в темную щель. Пальцы невидимки ловко забрали деньги во мрак.

— Паспорт.

Я повернулся к Люде. Девушка стояла, широко распахнув глаза, и явно зависла, ошарашенная скоростью и циничностью наших торгов. Десять тысяч за какую-то картонку… в ее голове эти манипуляции укладывались слабо.

— Дай свой паспорт, пожалуйста, — мягко попросил я.

Она, словно очнувшись, суетливо покопалась в сумочке, выудила оттуда серпасто-молоткастую книжицу и дрожащей рукой просунула ее в дверную щель. Паспорт тут же исчез вслед за деньгами.

Дверь снова с громким стуком захлопнулась прямо перед нашими носами. Лязгнул тяжелый замок.

— Ждите, — глухо, словно из склепа, донеслось из-за толстого слоя дерматина.

Людка бросила на меня полный сомнений взгляд.

— Олег… ты уверен, что нам вообще стоило столько денег тратить? — зашипела она растерянным шепотом, косясь на закрытую дверь. — Десять кусков! За какую-то картонку!

— Во-первых, мы их не потратили, — невозмутимо поправил ее я. — Мы их грамотно вложили. В тебя, между прочим. А во-вторых — это, разумеется, в долг. Потом отдашь.

В глазах девушки вспыхнуло возмущение.

— Просто зашибись! — в сердцах выпалила она, забыв про конспирацию. — То есть я из одной ямы еще не вылезла, а теперь всё дальше и дальше в новые долги лезу⁈ Спасибо тебе, благодетель!

— Да не кипятись ты, не переживай, — я примирительно улыбнулся, стараясь сбить градус ее паники. — Я же не фарцовщик твой, на счетчик ставить не собираюсь и торопить с возвратом не буду. Отдашь, когда сможешь, хоть с первой зарплаты, хоть с пятой.

Пока мы ехали в «Волге», Людка, словно ребенок, то и дело тайком от меня приоткрывала сумку, доставала темно-синюю корочку, заглядывала внутрь и бережно закрывала обратно. Она просто не могла насмотреться на свое внезапно обретенное «высшее образование».

Надо признать, свои десять тысяч невидимый умелец отработал сполна. «Липа» оказалась действительно идеальной, неотличимой от оригинала — я успел досконально изучить ее еще там, на лестничной площадке. Плотная гознаковская бумага, правильный рельеф, настоящие, чуть размазанные синие печати. Фамилия, имя и отчество новоиспеченного специалиста-коммерсанта были