Рождение Колосса - Денис Старый
Мы подошли к главному козырю наших мобильных отрядов. Никаких неуклюжих круглых батарей, вращающихся на неповоротливых осях, которые еще недавно по старинке пытались конструировать в наших мастерских. Толку от этакой «карусели» в тесном пространстве телеги не было никакого — громоздко, неудобно, газы бьют в лицо, да и расчету развернуться негде. Так что первый вариант, предложенный Нартовым, не подошел.
А то, что стояло перед нами сейчас, намертво закрепленное на тяжелом дубовом шкворне, было совсем иным зверем. Хищный, приземистый кусок смертоносного железа.
Восемь кованых граненых стволов, плотно стянутых широкими кольцами из темной литой бронзы, скалились черными провалами дул. Они были уложены не в круг, а в плоский, компактный пакет — в два ряда по четыре ствола. Строгая, беспощадная геометрия смерти. Пахло ружейным маслом, окалиной и тем специфическим железистым духом, который бывает только в хороших арсеналах, где куется победа.
Чтобы зарядить, нужно вставить кассету, которая заряжена не унитарными патронами, к сожалению, а составными пороховыми зарядами в малых каморах, которые при выстреле посылают в стволы пулю.
Кассета — массивный металлический брусок, есть рычаг, который служит спусковым крючком. Ну и барабанная основа. При сноровке восемьдесят выстрелов в минуту можно сделать. При кассете в пятьдесят зарядов.
К тому же внутри бронированного фургона оставалось достаточно места, чтобы пушкарский расчёт, как все равно называют картечников, мог безопасно укрыться от ответного огня, да еще и посадить туда двух метких стрелков, вооруженных нарезными штуцерами под новые конические пули. Выходила настоящая мобильная огневая точка. По нашим расчётам, один такой экипаж мог сходу остановить лаву до сотни вражеских кавалеристов. А при слаженной совместной работе звена из четырех фургонов — перемолоть в кровавую кашу целый кавалерийский полк. Стрелять можно было даже на ходу, при условии, что рельеф местности позволял телеге идти ровно, с минимальным количеством рытвин и кочек.
— А вот и те передвижные гранатомёты, которые в лесистых горах могут стать отличной заменой тяжелой полевой артиллерии, — словно заправский гид в музее, представил другое наше новшество Василий Иванович Суворов.
Оружие действительно больше всего напоминало ранние батальонные миномёты. Унитарные заряды к ним производить в этих реалиях было крайне сложно. Сперва наши кулибины вышли из положения весьма экстравагантно: придумали систему, где запальная игла, накалывающая пороховой сердечник, всегда должна была оставаться раскалённой. Для этого внизу казенника, прямо как в жаровом самоваре, в специальном поддоне постоянно тлели угли.
Однако эта машинка регулярно давала сбой: не каждый снаряд опускался в ствол ровно, четко утыкаясь капсюлем в калёную иглу. Мастера полгода ломали головы над тем, как исправить недостаток, и если бы не моё вмешательство, работы над проектом просто заглохли бы. Решение оказалось до гениального простым: помимо механизма с иглой, в казеннике высверлили дополнительное запальное отверстие, куда пушкарь мог вставить классический зажжённый фитиль. Уж тогда бомба вылетала из ствола наверняка, а в небе работала как шрапнель, разрываясь в воздухе и щедро осыпая неприятеля свинцовой картечью.
— Ко всему этому арсеналу придается усиленный егерский полк, где собраны лучшие инструкторы и наставники по военному делу с наших императорских полигонов, — я перевел тяжелый взгляд на Стрельцова. — Твоя задача состоит в том, чтобы при помощи этих кадров готовить в партизанских зонах новые полки, но уже из сербских воинов. И главное: совместно с нашим послом в Австрийской империи, графом Румянцевым, ты должен наладить бесперебойные тайные поставки русского огнестрельного оружия через австрийские земли.
Переговоры об этом транзите сейчас ведутся. Идут они невероятно тяжело — австрияки уперлись как бараны. И их логика вполне понятна. Выходит так, что через их приграничные территории мы не просто спонсируем освободительную войну сербского, а там, глядишь, хорватского и валашского народов. Мы тем самым стремительно распространяем своё влияние на умы этих людей.
Свалить Османскую империю чужими руками — это лишь половина дела. Национальные интересы Священной Римской империи германской нации недвусмысленно требуют, чтобы русское влияние на балканских землях оставалось нулевым. Венский двор с огромным удовольствием хотел бы присоединить эти славянские территории к себе, включая независимую Черногорию, и пробить для Габсбургов еще один выход в Средиземное море.
Но парадокс в том, что ровно этого же хотим и мы. И за это влияние мы будем драться. Правда, вряд ли с самими австрийцами придется воевать — если, конечно, у них хватит дипломатического ума пойти нам на уступку в балканском вопросе в обмен на то, что наши штыки принесут огромную пользу их империи где-нибудь в другом месте Европы.
Грядёт мировая война. Ну или, по крайней мере, масштабная общеевропейская, где каждая из сильных держав вынуждена будет выбрать свою сторону. И, как я уже неоднократно говорил: Россия — это та гиря на весах истории, которая решит исход. Чью сторону она выберет, тот военно-политический блок и получит подавляющее преимущество и все возможности для победы.
Да, формально у нас есть всеобъемлющий союзный договор с Австрийской империей, и он вроде бы подразумевает все эти совместные действия на Балканах. Но кулуарная дипломатия всё равно должна работать безостановочно. Я очень рассчитываю на Александра Румянцева. Надеюсь, что дипломатического таланта этого человека — отца будущего великого русского полководца, а пока еще сущего несмышленыша, только-только начавшего ходить, — хватит сполна. Ему предстоит вместе с прославленным принцем Евгением Савойским, которого я уже лично убедил в необходимости этих негласных операций, продвинуть нашу повестку. И сделать это так изящно, чтобы вышло хорошо и для России, и для Австрии.
— Готовьтесь, господа. Обсуждайте всё до малейших деталей, — строго произнес я, возвращаясь к своим собеседникам. — Можете пока ночами не спать, но в самое ближайшее время — не позднее чем через три дня — я должен видеть ваш подробный доклад. Мне нужно четкое понимание того, как и каким именно путём вы будете действовать. Точные топографические карты, которые нашей агентуре удалось добыть у австрийцев и турок, и которые были детально усовершенствованы Тайной канцелярией — всё это поступает в ваше полное распоряжение. Кроме того, наш сербский агент Милош Кобилич предоставил недавно свежие сведения о том, какие партизанские гайдуцкие отряды в горах уже существуют и готовы работать совместно с нашими инструкторами.
Я замолчал, оглядывая их уставшие, но сосредоточенные лица, заканчивая эту многочасовую тяжелую