Абиссинец 1890. Том 10 - Сергей Насоновский
В кабинете крестный сразу сел писать. Я напомнил про Федюкова, которого мы видели у сходней с саквояжем, и про дядькино обещание дать весть после приема. Степан Анисимович добавил просьбу сообщить, где именно наши сошли с парохода и что об этом известно Сапожникову.
Пока я переводил написанное в цифровые группы, крестный вышел в коридор.
— Павел Андреевич, еще одну срочную отправить надо.
Берестов поднялся из-за стола Парамона и отпер комнату напротив кабинета. Телеграфиста прислали из Козловской, когда у нас устраивали пункт. Мужчина лет тридцати пяти, худощавый, с аккуратно подстриженными усами. Жил он в гостевом доме, а семью пока оставил в Козловской. При одной из прежних отправок жаловался, что чужого белья через его комнату проходит больше, чем собственных писем.
Я принес шифровку. Павел Андреевич пересчитал группы, уточнил одну цифру и придвинул лист к аппарату.
— По тому же адресу?
— Да. Ответ нужен без промедления.
Он кивнул и взялся за ключ. Я остался у двери, слушая перестук. Первая наша сводка, о зимовье и оружии, уже ушла. Теперь вслед за ней отправлялся вопрос, найдется ли вообще кому ее прочесть.
Наконец Берестов сделал отметку на бланке.
— Прием подтвердили.
Когда я вернулся в кабинет, Илька уже сидел возле Семена. Завьялов стоял у окна, Албазов развернул на столе карту.
Крестный провел пальцем вдоль Уссури.
— Если понадобится идти, пойдем так: я, Денис Павлович, Андрей, Семен и Илларион. Еще десяток возьмем. Пятнадцати человек для начала хватит.
— Где искать-то? — спросил Рыжий.
— Сначала ответа дождемся.
— Людей подберу, — сказал Денис Палыч.
— Гордеева с переселенцами не задерживай, — напомнил крестный. — Завтра идут, как договорились. Охрану им оставляешь. Караулы и холодную тоже не оголяй.
Албазов кивнул.
— Учту.
— Макар, если мы уйдем, станица на тебе. Парамон все бумаги покажет.
Завьялов подтянул к себе список караулов. Крестный позвал писаря, повторил распоряжение о депешах: приносить сразу, когда бы ответ ни пришел. Берестова тоже предупредили.
— До утра далеко не расходиться. Если понадобитесь, вызовут. Утром снова здесь.
Илька посмотрел на меня.
— Я к тебе вечером собирался.
— Саша говорила. Пока отложим, собирайся в дорогу. Харч есть?
— Есть, анда. Все приготовлю.
Мы с Семеном еще сходили проверить дорожные припасы. Денис Палыч распределял людей так, чтобы не выдергивать тех, кому предстояло сопровождать Рубцова. Мне велел отдохнуть и заняться своей справой.
Дома Саша молча придвинула подогретые щи. Я поел, затем вытащил из ранца белье, пустой мешочек из-под сухарей и отсыревшую за дорогу тряпицу. Нужное на новый выход оставил на лавке.
Жена остановилась возле меня.
— Ты хоть разложить успеешь, прежде чем опять собирать?
— Мы пока никуда не идем.
— Да уж вижу.
Она забрала грязное белье. После трех дней в седле хотелось лечь и больше сегодня не подниматься. Но если завтра уходить, Веденеевы вновь останутся только с моим обещанием вместо пристройки.
Я достал бумагу с набросками домика для коллекций и вышел на поиски Фомича.
Застал его у школы. Он подгонял дверную створку, то прикладывая ее к косяку, то снимая еще немного древесины. Дождался, пока плотник отложит рубанок, и развернул на верстаке рисунок.
— Ну, показывай, что там на выселке придумали строить, — сказал он.
— Откуда знаешь?
— Дык Рыжий уже заскакивал, рассказал, как вы сходили. Все за свой курень суетится.
— Понятно, Сема своего не упустит. Ладно, мне завтра, может, опять отлучиться придется. Хочу с тобой договориться, чтобы без меня дело не встало.
Силантий прижал угол листа обрезком доски.
— Тут три сажени?
— Три на две. Света побольше надо, окна открывающиеся. Садки вдоль этой стены, полки здесь. Только к ограде не сдвигай, там низина.
— Выберу время. Схожу к ним, прикину, что к чему. По твоим черточкам строить не стану.
— Так я и прошу сначала место посмотреть.
Фомич провел пальцем по нарисованной крыше.
— Давай так: послезавтра выберусь. Завтра эту дверь добью и по Семенову куреню разобраться надо. А ты пока с Лешкой потолкуй насчет досок. Пусть сюда привезет, я отберу. Школьное не трогайте, у меня тут все посчитано.
— Что еще приготовить?
— Подкладки под лес. И гвозди, только с ними погоди, сперва скажу, какие. Окна кто заказывает?
Я объяснил наш уговор. Лес и крышу оплачивали мы с Сашей, окна, полки и все для садков брали на себя Веденеевы. За плотницкую работу рассчитывались пополам.
— Добре. Только хозяин пусть при мне будет. А то поставим окно, а он потом скажет, что бабочкам не с той стороны светит.
— Не волнуйся, обязательно будет. Записку с разъездом передам.
Силантий еще раз оглядел рисунок и вернул его мне.
— Когда доски привезут, сразу на выселок не тащи. Может, половина волной пошла, поглядеть надо, то потом еще раз везти придется.
Выйдя из школы, я встретил Семена. У Албазова он управился, домой пока не торопился.
— Куда идешь, Андрюха?
— К Лешке. Доски мне нужны.
— С тобой пойду. Все одно без толку слоняться….
В слободке мы встретили отца Василия.
Батюшка сидел у Алексея за столом и держал в руках чашку. Рядом устроились Николай Го и Василий Ван Цзу. Мария как раз принесла миску, над которой поднимался пар.
— Грибные, — пояснил Лешка, заметив мой взгляд. — Мясо нет.
Отец Василий вежливо поклонился хозяйке.
— Спаси Христос, Мария, только я уже сыт. У Николая чаю выпил, потом у Василия…
— У меня вы только чай пили, батюшка, — возразил Ван Цзу.
— И лепешки, — напомнил отец Василий.
Ван Цзу посмотрел на Николая, оба улыбнулись. Видимо, лепешки за еду здесь не считались.
— Ешь немного, — предложил Лешка. — Мария готовила.
Она подвинула миску ближе.
— Вась, я тебе подмогну, — вызвался Рыжий и присел рядом.
Мария тут же поставила перед ним вторую миску, полную почти до краев.
Семен глянул на брата. Тот опустил глаза в свою чашку, но улыбку спрятать не успел.
— Ну давай, подмогай.
Я заговорил с Лешкой о досках, пока хозяйка не решила накормить и меня. Алексей выслушал и сходил со мной к сложенным под навесом запасам. Верхние доски были сухие, нижние предстояло перебрать.
Когда вернулись, батюшка уже отодвинул пустую чашку.
— Давайте лучше всех родителей за один стол соберем, — предложил он. — Я ведь об учебе ребятишек поговорить пришел. Ивана Викторовича приглашу. А то из дома в дом хожу, только здороваться да благодарить за снедь успеваю.
Лешка перевел соседям. Николай сразу закивал, Мария показала на стол.
— Здесь, — сказал Алексей. — Все придут.