Звоните Манькову! - Денис Деев

— Узнай фамилию начальника смены, который тормознул груз. Я по своим каналам поищу подходы.

Всю эту ерунду я нес исключительно для того, чтобы произвести на Влада и его доморощенных бандитов должное впечатление. Ввязываться в мутную историю с таможенной фурой, да еще с такими истеричными клиентами, я совершенно не собирался.

— Но разрулить этот вопрос будет стоить уже совсем других денег, — многозначительно добавил я.

— А ты че, и на таможне шныряешь? — попытался подколоть меня Леха.

— Шныряют обсосы по подворотням, — осадил я его. — А нормальные люди дела делают.

— Ну… у тебя там люди есть? — с надеждой зацепился за мои слова Влад.

— Попробую найти. Если что — оплатишь мне дорогу туда и суточные. Но сначала мне созвониться надо кое с кем, почву прощупать.

— По-моему, он фуфло гонит, — проворчал Леха.

— Проверим, — отрезал коммерсант, а затем повернулся ко мне. — Аванс на решение вопроса мы тебе давать не будем…

— Сначала за регистрацию рассчитайся, — перебил я его. — Только потом дальше говорить будем.

Влад переглянулся со своим качком. Подумал, затем неохотно полез во внутренний карман, вытащил оговоренную сумму и протянул мне.

— Ты это… прости, — промямлил он, отводя глаза. — Я просто перепсиховал… Думал, ты меня кинуть хочешь…

— Проехали, — я спрятал купюры в карман. — До дома меня отвезете, и мы в расчете.

— Ну ты нахал! — возмутился Леха.

— Насчет таможни наберу завтра, — невозмутимо продолжил я, сделав вид, что вообще не услышал реплику бугая.

— Адрес какой? — покорно спросил Влад.

Я назвал адрес. Естественно, я специально указал перекресток в паре кварталов от своего реального дома, чтобы эти придурки потом ко мне в гости не заявились.

— Колян, разворачиваемся, — скомандовал Влад водителю.

Водитель кивнул, машина неуклюже развернулась в тесном переулке. Я расслабленно откинулся на спинку сиденья, испытывая приятное, пьянящее чувство абсолютного превосходства. Я только что играючи поставил на место целую бригаду наглых коммерсантов.

И тут мой сосед справа, тот самый щуплый, неприметный паренек, не проронивший за весь разговор ни единого звука, зашевелился. Он слегка распахнул свою куртку, раздался сухой металлический щелчок, и тусклое лезвие ножа-«выкидухи» исчезло в недрах его кармана. Мое сердце пропустило удар, а затем пульс мгновенно подскочил до ста ударов в минуту. Липкий холодный пот проступил между лопаток.

Всё это время, пока я вальяжно читал им нотации и упоенно наслаждался собственным величием, этот тихий урка держал лезвие прямо у моей печени. Я не почувствовал этого через толстую зимнюю куртку. Одно неверное слово с моей стороны — и я бы остался истекать кровью на этом грязном заднем сиденье. Вот тебе и реальные, мать их, лихие девяностые…

Всю оставшуюся дорогу мы ехали в полном молчании. Высадив меня у нужного перекрестка, «девятка» коротко бибикнула на прощание и быстро влилась в ночной поток машин.

— Вот сука-а-а-а… — сквозь зубы процедил я, глядя вслед удаляющимся габаритам.

Понятное дело, что Влад убивать меня не собирался. Скорее всего, просто нашел через знакомых каких-то отмороженных утырков, чтобы взять меня на понт и запугать. Но этот мелкий молчаливый урка с ножом… Из-за своей излишней самоуверенности я ведь сегодня реально мог стать еще одной безымянной циферкой в печальной милицейской статистике той безжалостной эпохи.

На ватных ногах я направился в сторону дома. Адреналин начал постепенно отпускать, и теперь внутри поселилась неприятная, тянущая дрожь. Я ведь всего-навсего передал бумажки из одних рук в другие, а всё едва не закончилось «хирургией» в тесном салоне «девятки». Расслабился я. Отвык я от подобных раскладов.

Первой мыслью было срочно раздобыть ствол. Хоть какой-нибудь. Но, немного остыв и поразмыслив, я понял, что в сегодняшней ситуации огнестрел меня бы не спас. Против пера под ребро тот же «ТТ» был абсолютно бессилен — я бы даже дернуться не успел. В голове я мысленно высек для себя новое правило: отныне все встречи с клиентами следовало проводить исключительно в людных местах. И желательно при свете дня.

С этими невеселыми мыслями я дошел до знакомого железного «бункера», в котором восседал Игорёк. Наличку маме я отдавать пока не планировал. Оборотный капитал был еще слишком мал. Но обеспечивать семью нормальной едой было моей святой обязанностью.

Я глухо постучал костяшками по толстому железному окошку. Металлическая створка с противным скрежетом отъехала в сторону.

— Чё надо? — вместо приветствия буркнул Игорёк.

Понятие клиентоориентированности у этого дворового коммерсанта отсутствовало напрочь.

— Привет, Игорь, — я все-таки проявил вежливость. — Давай продуктовый пакет. Как в прошлый раз.

Продавец подозрительно прищурился:

— На что меняешь?

— В этот раз на деньги, — хмыкнул я.

— Покажи.

Да уж. Репутацию платежеспособного человека нужно было еще заслужить. Я послушно вытащил из кармана пачку купюр и небрежно помахал ею перед носом Игорька.

— Вот.

Вопросов больше не возникло. Игорёк скрылся в недрах своего железного короба, гулко застучал банками, зашуршал упаковкой и уже через полминуты с глухим стуком выставил на узкий прилавок увесистый пакет.

Я отсчитал нужную сумму и протянул ему деньги.

— Бывай, Игорёк.

Тот не проронил ни слова. Просто сгреб купюры, и металлическое окошко с грохотом захлопнулось прямо перед моим носом.

Когда я наконец добрался до своего подъезда, то обнаружил там скучающего дядю Мишу. Местный Анискин стоял, задрав голову и внимательно пялился на Людкины окна. При этом он что-то недовольно бормотал себе под нос.

Увидев меня, он тут же оживился и по-хозяйски махнул рукой:

— Олежа, а ну, иди сюда!

Бегать по щелчку к участковому я не собирался. Поэтому просто остановился на почтительном расстоянии и вежливо кивнул:

— Добрый вечер, дядь Миш. Кого караулите?

— Не твоего ума дело, — привычно огрызнулся мент. Затем прищурился и пошел в наступление: — А ты к Людке в прошлый раз зачем заходил?

«Вот ведь зараза, — мелькнула в голове досадная мысль. — Значит, он за нами тогда всё-таки следил».

— Да нравится она мне, дядя Миша, — я мастерски изобразил смущенного юнца. — Вот в гости и напросился.

— Нравится⁈ — участковый аж крякнул от неожиданности. — Э-э-э… а она тебе, часом, ничего не рассказывала?

— Рассказывала. И даже показывала.

Участковый мгновенно сделал охотничью стойку:

— И что показала?

— Фотки. Со своим любовником, — я тяжело, картинно вздохнул. — Так что