Стивен Кинг - 11.22.63

Тоже самое и с Карачи. Только после того, как Россия, Китай и Соединенные Штаты пообещали закидать бомбами обе страны, возвратив их в Каменный век, те прекратили военные действия.

В 1976-му Хамфри проиграл Рональду Рейгану тотально по всей Америке, не добрав голосов даже в своем родном штате Миннесота.

Две тысячи людей совершили массовое самоубийство в Джонстауне в Гаяне[707].

В ноябре 1979-го иранские студенты захватили американское посольство в Тегеране и вместе с ним не шестьдесят шесть заложников, а более двух сотен[708]. Покатились головы на иранском телевидении. Рейган был достаточно научен Ханойским Адом, и придержал ядерные боеголовки в бомболюках и ракетных шахтах, однако отдал приказ о массированном военном вторжении. Остальных живых заложников, конечно же, зарезали, а новоявленная террористическая группа, которая называла себя «Основой» — на арабском языке Аль-Каида — начала минировать дороги то там, то здесь, повсюду.

— Тот наш президент умел ораторствовать, как сам чертов дьявол, но не знал толк в воинствующем исламе, — сказал Гарри.

Вновь воссоединились Битлз и сыграли «Концерт за Мир». Смертник среди публики подорвал на себе начиненный взрывчаткой жилет, погибло триста слушателей. Пол Маккарти остался слепым[709].

Вскоре после этого вспыхнул Средний Восток.

Развалилась Россия.

Какая-то группировка — скорее всего, упрямые фанатики-россияне — начало активно распродавать ядерное оружие террористическим группам, включая «Основу».

— К 1994 году, — говорил Гарри своим сухим голосом, — районы нефтяных буровых скважин там превратились большей частью в черное стекло. Такое, что светится во тьме. Тем не менее с того времени терроризм тоже перегорел, типа самовыгорел. Кто-то подорвал ядерный чемодан в Майями два года назад, но без особого толка. То есть у меня есть мнение, что больше никто не погуляет на Южном побережье еще следующих лет шестьдесят или восемьдесят — ну, и конечно, Мексиканский залив превратился в мертвый бульон, — но от радиационного заражения там погибло всего лишь десять тысяч человек. К тому времени это уже была не наша проблема. Мэн проголосовал за то, чтобы стать частью Канады, что очень утешило настоящего президента США по фамилии Клинтон.

— Билл Клинтон президент?

— Господи, нет. Он стопроцентно стал бы им снова в 2004-м, но умер от инфаркта прямо посреди выступления перед избирателями. Вместо него его жена продолжила кампанию. Она сейчас там президент.

— Хорошо работает?

Гарри сделал рукой волну.

— Неплохо…но никто неспособен повлиять законодательством на землетрясения. А именно это нас губит сейчас, в конце концов

Над головой вновь послышалось этот водянисто-ледяной скрежет. Я посмотрел вверх. Гарри нет.

— Что это? — спросил я.

— Сынок, — сказал он, — никто этого, похоже, не знает. Научный работники дискутируют, но в данном случае, я думаю, лучше прислушаться к проповедникам. Они говорят, что Господь готовится разрушить творение Его рук так, как когда-то Самсон разрушил храм филистимлян. — Он допил остаток своего виски. Чуть-чуть порозовели его щеки…свободные, как я успел заметить, от радиационных язв. — И в этом случае они, я думаю, правы.

— Иисус правый, — произнес я.

Он заглянул мне в глаза.

— Достаточно вам истории, сынок?

Достаточно, хватит до конца жизни.

— Должен уже идти, — сказал я. — С вами все будет в порядке?

— Будет, пока буду. Как и со всеми другими, — он не отводил от меня глаз. — Джейк, с какого неба вы упали? И откуда у меня, к черту, такое чувство, что знал вас?

— Возможно, это потому, что мы всегда узнаем своих добрых ангелов.

— Ерунда.

Мне хотелось уже уйти. В конце концов, я думал, что моя жизнь после следующей переустановки будет намного более простой. Но сначала, так как он был добрым человеком и очень пострадал во время всех трех своих инкарнаций, я подошел к каминной полке и снял со стены одну из обрамленных фотографий.

— Аккуратнее с этим, — раздраженно произнес Гарри. — Это моя семья.

— Знаю, — передал я ему в искореженные, по-стариковски запятнанные руки ту черно-белую, немного нечеткую фотографию, несомненно, увеличенную с кодаковского снимка. — Это ваш отец снимал? Я потому спрашиваю, что он единственный, кто отсутствует в кадре.

Он посмотрел на меня удивленно, потом вновь перевел взгляд на фото.

— Нет, — произнес он. — Это фото сделала одна леди, наша соседка, летом 1958-го. Тогда моя мама с отцом уже были разведены.

Я задумался, а не та ли это леди, которую я видел, как она курила сигарету, моя семейную машину и раз за разом брызгая водой на семейную собачку. Почему-то я был уверено, что фотографировала их именно она. Откуда-то из самого дна моего разума, словно из глубоченного колодца, донеслись голоса девочек-попрыгуний: «Старик мой водит суб-ма-рину».

— У него были проблемы с алкоголем. В те времена это не было дивом, много мужчин хорошенько выпивали, но оставались под одной крышей со своими женами, но он становился невыносимым, когда выпьет.

— Относительно этого нет сомнений.

Он вновь посмотрел на меня, на этот раз еще внимательнее, а потом улыбнулся. Большинства зубов у него уже не было, но улыбка все равно была приятной.

— Это у меня есть сомнения относительно того, понимаете ли вы, о чем самые говорите. Сколько вам лет, Джейк?

— Сорок. — Хотя я уверен, что выглядел старше в тот вечер.

— Это означает, что родились вы в 1971 году.

На самом деле годом моего рождения был 1976-й, но я не видел способа, каким бы мог без лишней болтовни ему объяснить, куда, провалившись в кроличью нору, словно Алиса в Страну Чудес, подевались пять лет моей жизни.

— Довольно близко, — кивнул я. — Этот снимок был сделан на Кошут-стрит. — Я произнес название по-Деррийскому «Коссут».

Я показал пальцем на Эллин, которая стояла слева от своей матери, в то же время сам думая о ее взрослой версии, с которой когда-то говорил по телефону — назовем ее Эллин 2.0. А еще думая — это было неотвратимым — об Эллин Докерти, ее версию, которую я знал в Джоди.

— Здесь точно тяжело угадать, но думаю, волосы у нее были морковного цвета, не так ли? Такая себе миниатюрная Люси Болл.

Гарри ничего не сказал, лишь разинул рот.

— Она стала актрисой? Или еще куда-то пошла? На радио, на телевидение?

— Она ди-джей, ведет свою программу на той станции Си-Би-Си, которая транслируется на Провинцию Мэн, — произнес он едва слышно. — Но как вы…